Управляющая постоялого двора, если это был он, зацепилась за мой наряд взглядом, за вышивку, словно узнала. Я только сейчас подумал, может, Малеф скучал по родному миру и носил наряды по местной моде?
Молчание немного затягивалось. Или она в нашей платёжеспособности сомневается? Я вынул из-за пояса сразу две заранее подготовленные монеты и положил на стойку. Кстати, надо сказать, что на одной стороне монет было изображение дворца, а на другой — ступка с пестиком и незнакомые надписи. Не обратил на это внимание сразу, а, как оказалось, у местных алхимиков даже свои монеты имелись.
— Пять дней гуляем на все деньги, — сказал я. — Комната, еда, купальни. В вашем дворце купальни есть?
Женщина, не глядя, накрыла монеты рукой, убирая их под стойку.
— У нас есть всё, что может удовлетворить даже самых требовательных клиентов, — сказала она, расплывшись в улыбке. — Могу я узнать имя юного господина и его спутницы?
— Василий, а это Зои.
Из-за полога в главный зал выглянула девушка в красивом и довольно откровенном платье.
— Сорин, проводи гостей в первую комнату, — не сводя с меня взгляда, сказала женщина.
— Конечно, — девушка отступила в сторону, изящным движением сдвигая ткань полога. — Прошу за мной.
Главный зал был разделён на шесть больших зон, где гости могли поесть, не мешая друг другу. При этом сделано всё так, чтобы с любого места видеть полукруглую сцену в дальней части помещения. С утра пораньше было занято два столика. За ближайшим к выходу плотно завтракал какой-то хмурый мужчина, а чуть поодаль что-то увлечённо обсуждали два торговца. Ещё одна девушка в откровенном наряде как раз разливала им вино по кружкам.
Правее от входа в зал находилась лестница с резными перилами. По ней мы поднялись на третий этаж с коротким коридором и всего одной дверью.
— Подать завтрак в комнату или в общий зал? — спросила девушка.
— В общий зал, — сказал я. — Через пять минут.
Она поклонилась, дождалась, пока мы войдём в комнату, и только потом поспешила исполнять поручение по поводу завтрака.
— Неплохо, — сказал я, разглядывая три смежные комнаты, отделённые друг от друга лёгкими занавесками. — Почувствуй себя султаном…
— Кем? — переспросила Зои, проходя к окошку и выглядывая на улицу.
— Это правители жарких стран. Что с золотом делать будем? Таскать с собой целый день?
— Можно управляющей отдать на хранение, — сказала она. — В подобных заведениях должны быть запирающиеся тайники для гостей.
Управляющей я бы как раз отдавать золото не стал, чтобы не возникли нехорошие мысли прибрать его к рукам, устранив богатых, но глупых постояльцев. Тайник мы не нашли, зато осмотрели комнаты и остались крайне довольны. Даже комнаты и спальни во дворце госпожи Мин были гораздо скромнее. Точнее, дело не в обилии золота или дорогих тканей, а в том, как это подавалось. И было в обстановке что-то знакомое, но я так сразу не смог вспомнить, где видел подобное. В общем, золото я оставил в сундуке для одежды рядом с кроватью. Таскаться по городу в обнимку с тяжёлой шкатулкой желания не было. Взял лишь несколько монет, чтобы поменять на более мелкие.
Выходя из комнаты в коридор, мы столкнулись с ещё одной девушкой, работавшей на постоялом дворе. Платья у них были приталенные, открывающие плечи и ключицы, что можно считать весьма откровенным нарядом. Пышные рукава, до локтя из плотной тёмно-красной ткани, а ниже — полупрозрачные. Такие ткани в любом мире ценятся крайне дорого. Зато я вспомнил, где видел похожие.
Для завтрака нам подобрали удобное место на первом этаже, чтобы другие гости постоялого двора не мешали и не отвлекали. Плохо, что далеко от окна. Подавали молочную кашу, фруктовый салат и поджаренный на молоке хлеб с мёдом в виде десерта. Ну точно, я последний раз такое блюдо пробовал как раз во дворце Малефа. Только там фрукты были другие и хлеб более грубый.
Едва мы закончили завтракать, к столику подошла та женщина, которая встречала нас у входа.
— Всё ли Вас устраивает, господин Василий? — спросила она, говоря на языке людей с гор Ракку.
— Спасибо за гостеприимство, — ответил я. Если и удивился, то только тому, что она решила говорить именно на этом языке. — Меня всё устраивает. Мы собирались прогуляться по городу, так что не теряйте нас.
— Конечно, — кивнула она. — Мы Вас не потеряем.
Хотел спросить, не знает ли она женщину по имени Айн Ханна, но вспомнил, что последний раз владыка Малеф в этот мир ездил для отчёта ещё лет пятьдесят назад. Может, это кто-то из местных жителей, родственных тем, кто сейчас живёт в горах Ракку. В любом случае, совпадение неожиданное. Не зря же она так пристально разглядывала меня. Надо будет у Ханны спросить, когда появится.
После завтрака мы отправились на прогулку по городу, затянувшуюся до вечера. При этом так и не смогли попасть в дворцовый район, куда пропускали только по специальному разрешению. Об этом нам поведал разговорчивый ювелир, у которого мы меняли золото на мелкие монеты. Он говорил, что дворцы вечных — это сердце секты, где они работают каждый день, изучая демонов, магию, алхимию и ещё много всего полезного. Только благодаря секте Вечных удалось затормозить распространение ядовитого леса, в котором обитали демоны. Кстати, путевые арки в Ардо тоже были их изобретением, важно заявлял ювелир, но так и не смог сказать, почему в Эфире их не было. Ссылался на то, что город маленький и ему подобное просто не нужно.
Ближе к вечеру мы смогли найти порт летающих кораблей и лодок, расположенный в восточной части города. В отличие от Ардо, здесь не было реки или озера, поэтому летающие корабли не приземлялись, оставаясь парить в воздухе. Исключение было сделано только для плоскодонных грузовых галер.
После долгой прогулки по Эфиру я мог сказать, что это тихий городок, не очень большой даже по меркам городов тёмных миров, но чистый и аккуратный. Люди здесь жили приветливые, торговцы добродушные и отзывчивые, а стража за весь день нас ни разу не побеспокоила. Это не Хума с её шумными улицами, полными демонов, с вечно недовольной стражей, драками и разборками наёмников. Здесь улицы из-за дождей не превращались в грязные реки с мостиками из досок. Нет сырости в воздухе, отчего дышится легко. В таком городе я бы пожил с удовольствием. Да, надо сказать, что за всю прогулку мы встретили только двух или трёх бессмертных. Двое шли по своим делам, совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг, а последний командовал грузчиками в порту, собиравшимися разгружать торговый корабль с севера. Учитывая, что это их город, бессмертных здесь было исчезающе мало.
По возвращении в Рубиновый дворец нас встретили всё так же радушно, проводили в общий зал. Обычно к вечеру на постоялых дворах было шумно, люди ужинали, сплетничали и пили вино, но в зале было абсолютно пусто. Один стол напротив сцены оставили, а другие сдвинули, освобождая больше места в зале.
— А что случилось? — удивлённый тишиной, спросил я у девушки. — Где все?
— Все, кто? — не поняла она.
— Другие постояльцы.
— Не переживайте, господин Василий, — сказала она, мило улыбнувшись. — Вы сейчас единственные постояльцы, поэтому никто вам не помешает, наслаждайтесь ужином и отдыхайте. Какое вино предпочитаете?
Я был уверен, что та троица, завтракавшая в общем зале, не спешила съезжать. К тому же на втором этаже был ещё кто-то из постояльцев, слабенький одарённый. А сейчас в здании точно никого не было.
— Вина не надо, — сказал я. — Тёплые и сладкие напитки есть?
— Конечно, — кивнула она. — Сейчас всё будет.
Едва мы заняли место за столом, на сцену поднялись две девушки, всё в тех же одеждах, что и прислуга постоялого двора. В руках они держали длинные струнные музыкальные инструменты, а струны перебирали серебряными ноготками.
— А Ханна-то не знает, что здесь её соплеменники живут, — тихо сказал я Зои. — Говорила, что всех вывезли. Ты не обращала внимания, они в тенях прячутся?
