увидеть…
— Она тоже просится к тебе.
В груди шевельнулась надежда. Но тут же обуглилась о суровую реальность. Она просто в шоке и видеть хочет меня прежнего. А не такого, каким являюсь на самом деле.
— Если она быстро придет в себя, то я оформлю ее в больницу, чтобы с тобой была.
— Она не придет в себя быстро, — отрезал я. — И ты это знаешь. Говорила с реабилитологом?
— Сутки прошли только, — замялась она.
— И что с ней за эти сутки произошло?
— Пока ничего. Хочет тебя видеть. Это все. А остальное — по стандартной программе. И с ней Давид говорил. Он звонил мне.
Я прикрыл глаза, вздыхая.
— Где мой мобильный? — потребовал хрипло.
— Давид заедет к тебе через несколько часов, отдохни пока насколько сможешь. Не удлиняй сроки собственного восстановления.
— Ива, ну как ты себе это представляешь? — тихо зарычал я.
— Не представляю, — неодобрительно заметила она.
— А… где мы вообще? И… тебе позволили меня оперировать?
— Кто бы мне запретил! — сдвинула она светлые брови. — В главном.
Главный терапевтический комплекс очень большой. Здесь и общая хирургия, и терапевтический корпус, и даже психиатрия с реабилитацией для женщин.
— Хорошо. — Хорошо, что Яна где-то рядом. — Яну пустишь ко мне?
Я не был психологом, но сейчас я для нее — единственная зацепка за прошлую реальность. Хотя она у меня девочка неглупая — быстро разберется, что и я к ней больше не отношусь. Остается надеяться, что я для нее хоть что-то значу. Найдет ли она меня стоящим того, чтобы преодолеть это все? А есть ли у нее выбор? Ведь, по сути, она сейчас проходит в мой мир в качестве моей женщины. И зависит от меня.
Интересно, преуспел ли Давид с ней? Не исключено же, что Яна увидит, как много вокруг обычных вроде бы людей и… примет это все?
— Игорь…
Я поднял взгляд на Иву.
— …вот только не вздумай перед ней стелиться и уговаривать. То, что ты — волк, сущая фигня по сравнению с тем, какой ты мужик…
С губ сорвался смешок.
— …Ну что ты усмехаешься? — неодобрительно покачала она головой. — Еще и жизнь ей спас.
— А зачем ты мне цену набиваешь, раз я такой мужик? — поинтересовался без интереса. — Я просто защищал свою женщину. В этом нет ничего особенного.
— Я всегда знала, что ты поставишь свою избранницу на пьедестал. Потому что считаешь свою сущность своим недостатком, — вдруг начала она серьезно. — Ты с раннего детства смотрел на результаты трагедий и решил, что это и есть объективная реальность. И что ты должен еще кучу всего положить на алтарь той, которую захочешь, чтобы этот свой недостаток уравновесить. Но это не так.
— Ива, — неодобрительно качал я головой.
— Что Ива? Разве я не права?
Наши взгляды встретились. И я отвел свой. Да, пожалуй. А сейчас, когда я всеми лапами в своем мире, почувствовал себя «никем». У меня больше не было преимуществ… которые для Яны тоже ничего не значили. Как же хотелось ее увидеть…
— Отдыхай, — поднялась Ива. — Я сегодня с тобой тут.
— Спасибо, — прикрыл я глаза и приготовился ждать.
***
Я пришла в себя утром в незнакомой комнате. И состояние было странным. Мне хотелось начать паниковать и метаться, но вместо этого я погружалась в какую-то апатию и неадекватное спокойствие.
«Препараты», — подумала отстраненно.
Комната была похожа на обычный гостиничный номер. Светлая, милая… унылая. Мне так и не дали вчера мобильник. Когда этот мужчина ушел, я… сразу уснула? Или было что-то еще? Не помнила.
Тяжело сглотнув, я поискала глазами бутылку воды. Но только приложилась к ней, услышала тихий стук дверей, и в комнату вошел вчерашний… следователь? Симпатичный располагающий мужчина, брутальный, хорошо одет и дорого пахнет. Выше Игоря. И глаза голубые. Почему-то с его приходом с ним стало спокойнее.
— Привет, — улыбнулся он мне.
Вместе с ним в комнату скользнул и запах кофе.
— Меня накачали чем-то, — спокойно констатировала я.
— Это скоро пройдет, — заверил он и прошел к креслу. — Не против моей компании?
— Нет, — пожала плечами.
Только сейчас заметила, что я в больничной пижаме. Хорошо, не голышом.
— Пришел рассказать тебе новости. — И он протянул мне стаканчик с кофе. — Игорь пережил операцию. Сегодня сможешь его увидеть.
Я тяжело сглотнула, растерянно моргая. Чувства будто вязли в какой-то вате, и мне было сложно их испытывать. Да, я рада, что Игорь жив. И да, я хочу его увидеть. Но что-то ворочалось внутри… какое-то сомнение, страх, неуверенность…
— Яна, помнишь, как меня зовут? — прервал мои мысли мужчина.
— Давид. Вы друг Игоря и очень им дорожите, — выдала я спокойно. — И вы — оборотень.
Он улыбнулся:
— Все верно. Может, у тебя есть вопросы?
— Что происходит? Что будет дальше?
— Сейчас я веду следствие. Твои показания вчера отвели от Игоря очень серьезную угрозу. И ему, к счастью, ничего не будет. Но я выясняю, почему вообще на вас оказалось возможным напасть и как Галина Коновалова оказалась у квартиры Игоря.
— Она ненормальная.
Вообще, я чувствовала себя все спокойней. Даже неясная тревога отступала. А вкус кофе неожиданно вернул и некое подобие вкуса к жизни.
— Это безусловно. Но сама бы она вряд ли это все провернула.
— У Игоря есть враги?
— Возможно, — уклончиво ответил он и всмотрелся в мое лицо. — Но это все мое дело. А нам с тобой нужно обсудить важные моменты, которые касаются тебя.
— Хорошо.
— Яна, ты сейчас стала резидентом другого мира, которому принадлежим и я, и Игорь, и многие другие, — заговорил он серьезно. — Ты видела, как Игорь частично обернулся, чтобы спастись самому и спасти тебя. Ты видела, как я использовал способности, когда останавливал его кровотечение. Помнишь?
— Да. У вас руки светились. И кровь действительно остановилась.
— Об этом нельзя говорить кому-то, кроме тех, кто принадлежит нашему с Игорем миру. Понимаешь?
— Логично. Да и кто мне поверит?
— Хранить эту тайну очень важно. Ты должна осознать это сейчас. Нарушение этого закона недопустимо.
— Я поняла.
— Хорошо. В остальном твоя жизнь останется прежней.
И он
