Эту погруженную в тень пещеру с трех сторон окружали отвесные скалы, а с четвертой была стена, прорезанная многочисленными воротами, закрытыми решетками, — так мы предположили, судя по струившемуся из-за них свету. По-видимому, там содержали священных львов, потому что из-за этой расположенной на восток от нас стены раздавались ужасные завывания, фырканье и рев.
На дне пропасти, непосредственно под нами, лежали чьи-то останки, судя по одежде и волосам — человеческие трупы. Кажется, Шадрах сказал нам, что это трупы того фенга, которого застрелил Оливер, и его товарищей, упавших в пропасть вместе с лестницей.
В течение нескольких мгновений мы молча созерцали это ужасное место. Потом Оливер вынул часы и сказал:
— Хиггс говорил мне, что его бросят львам через два часа после восхода луны, значит, это произойдет через четверть часа. Сержант, я полагаю, что нам следует быть наготове.
— Все готово, капитан, — ответил Квик, — и эти звери тоже готовы, судя по шуму, который они там подняли. Ну, кисонька, спускай лестницу! Вот ваша винтовка, капитан, и шесть запасных обойм к ней, по пяти пуль с надрезанным концом в каждой. Вам больше не потребуется, да и ни к чему тащить с собой лишнюю тяжесть. В правом кармане пиджака, капитан, не забудьте. Я захватил с собой столько же. Доктор, патроны для вас — на том камне. Ложитесь здесь, чтобы свет падал как следует. У вас будет упор для локтя, и вы сможете стрелять превосходнейшим образом. Оставьте лучше в покое ваш револьвер, капитан, по крайней мере, я не беру с собой своего — это новомодное оружие всегда может выстрелить, если споткнешься. Ну, Яфет тоже готов — отдайте распоряжение, сэр, и в путь: доктор переведет Яфету, что нужно.
— Мы спустимся по лестнице и пройдем шагов пятьдесят в тени, где нас не будет видно и откуда мы сами все увидим, — начал объяснять Орм. — Кроме того Шадрах сказал, что именно в этом месте спускают корзину с кормом для зверей. Мы будем ждать ее там. Если в ней будет профессор, известный вам, фенгам и абати под именем Темных Окошек, ты, Яфет, схватишь и поведешь, а если будет нужно — понесешь его к лестнице, взобраться по которой ему помогут горцы. Вам, сержант, мне и доктору, который останется наверху, придется ружейными выстрелами удерживать львов на расстоянии. Мы с сержантом будем отступать к лестнице, продолжая отстреливаться от львов. Если звери повалят кого-либо из нас, его следует оставить, потому что бессмысленно попусту приносить в жертву несколько жизней. Что касается остального, вы, сержант, и ты, Яфет, руководствуйтесь обстоятельствами и действуйте так, как вам покажется лучше. Не ждите от меня распоряжений, так как я, возможно, не смогу дать их вам. Идемте. Если мы не вернемся, Адамс, последите за тем, чтобы Дочь Царей благополучно вернулась в Мур. Прощай, госпожа.
— Прощай, — ответила Македа твердо. В темноте я не мог разглядеть ее лица. — Теперь я уверена, что ты вернешься с твоим братом.
Тут вступил в разговор Джошуа:
— Я не хочу, чтобы эти язычники превзошли меня в храбрости, — заявил он. — У меня нет такого ужасного оружия, как у них, и я не могу пойти в глубину пещеры, но я спущусь и буду охранять подножие лестницы.
— Превосходно, — ответил Орм несколько ошарашенно, — очень рад, что ты хочешь отправиться с нами. Но только помни, что голодные львы очень подвижны, и, кроме того, мы ни в коей мере не берем на себя ответственности за то, что может случиться с тобой.
— Право, тебе лучше остаться здесь, дядя, — заметила Македа.
— Чтобы ты вечно смеялась надо мной, племянница? Нет, я спущусь и один встречу львов. — И он медленно пролез сквозь отверстие в стене и начал спускаться по лестнице. Когда Квик через некоторое время последовал за ним, он, разумеется, нашел его на половине дороги и вынужден был поторопить, случайно наступив ему на пальцы.
Минуту или две спустя, перегнувшись через край, я увидел, что все они уже находятся в пещере, — то есть все, кроме Джошуа, который поднялся обратно по лестнице на высоту около шести футов и здесь, став спиной к скале, раскинул руки, точно его распяли. Боясь, как бы его не заметили, я попросил Македу приказать ему или спуститься вниз, или подняться наверх, но он не обратил на ее слова никакого внимания. Так мы его там и оставили.
Тем временем остальные трое скрылись в тени сфинкса, и мы перестали видеть их. Полная луна поднималась все выше, заливая светом всю пропасть. Кругом царила мертвая тишина, которую лишь изредка прерывало рычание, доносившееся оттуда, где находились львы. Теперь я мог различать металлические брусья в воротах и даже темные крадущиеся силуэты, двигающиеся за ними. Потом я обнаружил несколько человек, глядевших со стены вниз, хотя и не знал, откуда они взялись. Мало-помалу число их увеличивалось и вскоре достигло уже нескольких сотен, поскольку край стены был широк, как дорога. Это, очевидно, были зрители, пришедшие взглянуть на церемонию жертвоприношения.
— Принц, — шепнул я Джошуа, — ты должен спуститься вниз, или нас заметят. Подниматься наверх уже поздно — свет луны упадет сейчас на твою голову. Спускайся вниз, или мы сбросим лестницу и тебя вместе с ней.
Он спустился вниз и спрятался за кустом, так что мы некоторое время совсем не видели его и почти забыли о его существовании.
Издалека сверху, вероятно, со спины идола, донеслись приглушенные звуки торжественного пения. Оно стихло, и мы услышали громкие крики. Потом они прекратились и через несколько мгновений зазвучали снова. Македа, стоявшая на коленях рядом со мной, дотронулась до моей руки и указала на медленно спускавшуюся сверху тень, с обеих сторон которой струились лунные лучи. Это была, без сомнения, корзина, в которой спускали Хиггса, и случайно ли или нет, но львы за стеной подняли ужасающий рев. Быть может, один из них, наблюдая через ворота, увидел или учуял знакомую корзину и дал знать об этом остальным.
Корзина медленно опускалась и в нескольких футах от земли начала раскачиваться как маятник, все увеличивая и увеличивая амплитуду колебания. Потом, когда она висела над ближним к нам краем тени, ее вдруг опустили вниз, а потом дернули вверх, и из нее вывалилась человеческая фигура. Хотя мы на таком расстоянии не могли как следует разглядеть ее, но когда этот человек упал, с его головы свалилась шляпа, и я тотчас же признал в ней белый тропический шлем Хиггса. Профессор встал на ноги, медленно, с трудом нагнулся за шлемом, поднял его и стал счищать им пыль с колен. В это мгновение вновь раздались звон и грохот.
— Они поднимают решетки! — прошептала Македа.
Мы услышали шум. На сей раз его производили дикие звери, устремившиеся к своей добыче, а также озверевшие люди, кричавшие от восторга на стене наверху. Профессор повернулся и собрался было бежать, потом передумал, надел на голову шлем, скрестил на груди руки и стал ждать, несколько комично напоминая картину, изображавшую Наполеона, возможно потому, что у него была такая же короткая плотная фигура.
