Когда Фирокс подвел Мариссу к своему глайдеру, она снова посмотрела на Брейса. «Он прекрасен», – с болью подумала девушка, вспомнив, какую нежность излучали совсем недавно его глаза. Тогда она думала, что они выражают восхищение ею. Но это было ошибкой – такой же, как и ее план заманить его в ловушку.
Марисса отвернулась. Придется вновь ожесточить свое сердце. Важно только одно – судьба Кандры. Она должна верить в это, чтобы выжить. Нельзя думать о Брейсе и о том, что его ждет. Пора сосредоточить все силы на спасении Кандры.
Они направились через горы в Тутелу и прибыли туда под покровом темноты. Сразу же стало ясно, что их целью в Тутеле была только транспортная станция. Заспанного техника сразу же растолкали и, даже не заплатив ему, заставили запрограммировать межпланетную переброску на Мораку. На станции остался вооруженный охранник, которому поручили проследить за правильностью транспортировки, а пленники и Фирокс со своими головорезами были переброшены через все пространство Империи.
На Мораке их уже ждал новый глайдер. Марисса едва успела бросить беглый взгляд на Витреум, мораканскую столицу, ибо они тут же направились к дальним горам. Интересно, куда они летят, подумала Марисса, и ждет ли их в конце пути Кандра? Надежда увидеть сестру наполнила девушку радостью и страхом.
Она украдкой взглянула на Фирокса, решив, что безжалостно убьет его, если он хоть пальцем дотронулся до Кандры.
Половину ночи они двигались в глайдерах, пока не углубились в горы. Восходящее солнце уже осветило небо, когда глайдеры начали спускаться и наконец приземлились на широком каменном уступе рядом с пещерой в отвесном склоне горы.
С беспокойно бьющимся сердцем Марисса выбралась из глайдера. Когда она направилась к пещере, Фирокс остановил ее.
– Позволь нашему гостю войти первым, – твердо сказал он.
– Ты столь же почтительно обращался и с моей сестрой? – резко спросила Марисса.
– Она жива и здорова, госпожа, – ответил Фирокс с фальшивой улыбкой. – Странница – товар чрезвычайно ценный, во всяком случае, до тех пор, пока ее способности не исчерпаны. После этого… – Он пожал плечами. – После этого я отдам должное ее прелестям, как, впрочем, и твоим. А пресытившись вами, уступлю вас моим людям.
«В таком случае ты очень скоро умрешь», – подумала Марисса, сосредоточив внимание на стражниках, которые вытаскивали Брейса из глайдера.
Он споткнулся и упал на колени. Стражники хохотали, глядя, как Брейс пытается подняться, но и не думали помочь ему. Кандалы до крови врезались ему в запястья, а ножные не позволяли встать.
Гнев охватил Мариссу, хотя она почла за лучшее не выказывать его.
– Мы так и будем торчать здесь, пока твои бандиты вдоволь не потешатся над Ардейном? – бросила она Фироксу.
– Осторожнее, госпожа, – предупредил тот, – смотри, как бы твоя забота о нашем пленнике не возбудила во мне ревность. Это не пойдет ему на пользу.
– Ты же все равно намерен убить его, – возразила Марисса. – Так что мои слова едва ли имеют значение.
– Ты права, – признался Фирокс. – Он, как ты знаешь, брат моего заклятого врага, и я хочу, чтобы он умирал медленно и мучительно. К тому же все это будет отснято на пленку, которую отправят на Аранию. Пусть Тирен полюбуется, как его брат умирает, моля о пощаде.
Холодное отчаяние охватило Мариссу. Она не может позволить себе думать об этом, ибо должна направить усилия на освобождение Кандры и составить план, как ускользнуть из рук Фирокса. И все же мысль об обреченном на муки Брейсе разрывала ее сердце. Необходимо найти способ освободить и его!
Марисса поняла, что теперь ей не удастся договориться об обмене Брейса на Кандру. Как они с Брейсом и подозревали, Фирокс имел виды на ее сестру. Что именно он задумал, Мариссе предстояло узнать очень скоро.
Фирокс дал знак своим людям. Те рывком подняли Брейса на ноги и потащили его вперед. Крепко схватив Мариссу за руку, Фирокс вместе с ней последовал за ними. Они вошли в темную пещеру и углубились в узкий извилистый ход. Наконец они достигли большого, ярко освещенного помещения.
Марисса быстро огляделась, надеясь увидеть Кандру. Но ее здесь не было.
– Где моя сестра? – спросила она Фирокса. – Ты получил Ардейна, так верни же мне Кандру!
Он приблизился к ней.
– Ты хочешь увидеть сестру, не так ли? – усмехнулся он, коснувшись пальцем ее щеки. – Если поцелуешь меня, я охотно это устрою.
Марисса содрогнулась при мысли об этом. Однако поцелуй – ничтожная плата за то, чтобы увидеть Кандру.
Она подняла голову:
– Ну что ж, я готова, но вели привести Кандру.
– О, да ты торгуешься? – улыбнулся Фирокс. – Приносишь жертву на алтарь сестринской любви! Но мне нужно твое страстное желание. У Ардейна не должно остаться никаких сомнений в твоих чувствах ко мне.
Марисса посмотрела на Брейса. Он стоял в центре пещеры под охраной двух бандитов, устремив лихорадочный взгляд на Мариссу и Фирокса.
«Фирокс хочет заставить Брейса еще глубже ощутить мое предательство», – подумала девушка.
У нее защемило сердце. Неужели это никогда не кончится?
– Ну же, госпожа, – настаивал Фирокс, – разве твоя сестра не стоит краткого мгновения страсти? Воспользуйся случаем – надеюсь, ты будешь приятно удивлена.
– Повторяю, Фирокс, ты обольщаешься, – ответила Марисса. – Твоя душа давно уже умерла, поэтому у меня нет ни малейшего желания целовать тебя.
В глазах Фирокса вспыхнула ярость.
– Ты заплатишь за это, моя маленькая госпожа. Ну а теперь поцелуй меня, иначе тебе никогда не увидеть сестры!
Марисса привстала на цыпочки, обхватила руками шею Фирокса и, зажмурившись, поцеловала его.
Едва девушка коснулась его губ, он с силой прижал ее к себе. Марисса попыталась высвободиться, но он держал ее так крепко, что она едва могла дышать. Наконец Марисса дала ему понять, что покоряется его воле, и он слегка ослабил свои объятия.
Его чувственные губы страстно, но с какой-то безнадежностью прижались к ее губам. Эта безнадежность удивила Мариссу. Несмотря на отвращение к Фироксу, она почувствовала жалость к нему. В этом жестоком человеке явно тлел какой-то слабый огонек, и он нуждался в сочувствии. Ах, если бы только найти эту искорку, раздуть ее и вернуть его к жизни!
Но тут Марисса почувствовала, как его язык пытается проникнуть к ней в рот. Она сразу же сжала губы, а Фирокс злобно прошептал:
– Пусти – или будет хуже!
Марисса подчинилась, и Фирокс принялся целовать ее с грубой, безудержной страстью. Руки преступника прижали ее бедра к своей напряженной плоти. До слуха Мариссы донеслись смешки и циничные замечания головорезов. Она сгорала от стыда.
