сожалению, слишком маленькие и миленькие для полноценных полетов, но по деревьям отлично перелетают. Питаются падалью другой нечисти, и в этом плане полезны как очистители. Для человека не опасны, но мешают тем, что для размножения лайоры используют других животных, в том числе крупный рогатый скот, как инкубатор, поэтому этих пушистиков совсем не любят фермеры. Вьют дома-гнезда на деревьях, забираются в самую глушь, куда обычно не ступает нога человека, но могут делать стремительные вылазки на фермерские угодья.
Лайор махнул хвостом, довольный тем, что его погладили, вернулся на дерево и поскакал вглубь леса. За ним поскакали и остальные представители данной нечисти.
– А сейчас, с вашего позволения, я еще немного расширю свое влияние на втором призыве к нечисти. С первым призывом сюда пришли конкретно те, кого я позвал. Эта нечисть на регулярной основе откликается на меня, они уже хорошо знакомы с реакцией студентов на них. Теперь я кину общий зов на лес, – добавил Бестиан, на миг прикрыв глаза, и я чётко ощутила исходящий от него мощный энергетический всплеск, волной прокатившийся по всей толпе студентов. – Посмотрим, кто еще из нечисти в этом лесу сейчас имеется, проведем небольшой эксперимент. Не волнуйтесь, кто бы на мой зов ни пришел, вам не угрожает никакая опасность, это я гарантирую.
– Эй, Лина, ты куда? – Оливия схватила меня за предплечье и потянула на себя.
– А? Что? – я перевела непонимающий взгляд на подругу.
– Ты куда идешь? – повторила Оливия. – Нам же сказали оставаться на своих местах.
Я быстро заморгала, тряхнула головой, сбрасывая с себя непонятный легкий морок, и огляделась, только сейчас осознав, что я зачем-то сделала несколько неосознанных шагов в сторону резвящихся около Бестиана дилмона и мазурдона… Или в сторону самого Бестиана?
Во рту пересохло, и я нервно сглотнула.
– Я… просто хотела подойти ближе к Барсику, чтобы внимательнее изучить его чешую и сделать нужные заметки, а то он слишком быстро передвигается, мне плохо видно, – нашлась я, демонстративно перелистывая блокнот на чистые страницы и начиная строчить, то и дело поглядывая на мазурдона, якобы сверяясь с объектом наблюдения.
Хотя по факту строчила бессмысленную абракадабру, просто чтобы создать иллюзию занятости и увлечённости процессом.
– А-а-а, понятно, – протянула Оливия и отпустила мою руку, разом потеряв интерес и тоже вернувшись к своим конспектам.
Я не оглядывалась по сторонам и жутко боялась пересечься взглядом с Бестианом, но всей своей сущностью ощущала на себе его изучающий и очень, очень внимательный взгляд. А моя сущность этот взгляд ощущала так явно, будто Бестиан меня ладонью касался. И к его ладони тянуло столь сильно, что мне пришлось приложить недюжинные усилия, дабы остаться на месте, а не ринуться в объятья профессора.
Зар-р-раза…
Глава 17. Моя прелесть
Пока я нервно строчила, делая вид, что конспектирую лекцию, земля под нашими ногами ощутимо задрожала, и я, наконец, оторвалась от блокнота, переведя взгляд на нору, из которой доносились странные звуки.
Бестиан при этих звуках заметно оживился и подошел к самому краю дыры, поросшей мхом.
– О! Слышите этот нарастающий гул?
Мы слышали. Слышали и замерли в ожидании ужаса, который полз к нам.
– Это мой давний друг – хаурага́рр, – продолжал вещать Бестиан. – В данный момент он спешит к нам из глубин своей норы. Советую вам сделать пару шагов назад. Сейчас будет шумновато.
Шаг назад мы сделали еще до окончания фразы Бестиана, потому что не попятиться при виде такой большой и страшной махины, вылезшей из земли, было сложно. Это Бестиан привык к общению с этими тварями, а у меня глаза расширились от шока, когда увидела монстра, выпрыгнувшего из так называемой норы.
«Шумновато» было так, что мне пришлось закрыть уши руками, потому что рев монстра , показавшегося нашим взорам, оглушал и заставлял кровь стыть в жилах.
Это было… Боже, с чем бы сравнить это чудище? Наверное – с гигантским червём. Гигантским! Он запросто мог бы проглотить человека. Его тело напоминало поросшую мхом змею с огромной пастью и острыми зубами. Такое чувство, что существо сплошь состояло из пасти и мышц. А, ну и пищеварительной системы, наверное.
Этими самыми зубами существо и потянулось к курице, висящей в мягкой клетке прямо над норой хаурагарра.
– В клетке сидит курица, нашпигованная моей магией. Сидела, – громким голосом поправил Бестиан, перекрикивающий шум рева монстра и с любовью наблюдая за тем, как челюсти червяка-переростка сомкнулись над клеткой с курицей, и тварь начала медленно опускаться, оставляя снаружи свой условный «нос». – Хаурагарры живут в лесу и маскируются под мох, бета-уровень опасности. Малоподвижные существа, привыкли закапываться в одно место во влажную почву и шевелиться там как можно меньше. Хотя при необходимости способны рыть многокилометровые туннели, они легко рассекают любую почву, даже глинистую. Глотик привлекает жертв звуком – плачет, как младенец. Заманивает так жертв и радостно хрумкает, оставляет только кости. Ест редко, может довольствоваться одной жертвой в год и реже. Глотик, можешь нам продемонстрировать, как ты прекрасно поешь, когда призываешь жертву? – с нежностью в голосе произнес Бестиан, погладив монстра по его длинной э-э-э, шее.
Хаурагарр раскрыл пасть и издал громкий звук, действительно очень похожий на плач младенца. При внимательном прослушивании можно было заметить разницу, но вот если где-нибудь в лесу услышать такое сомнительное пение, то отличить его от реального плача ребенка не представлялось возможным, на мой взгляд.
– Обратите внимание, что у этой славной зверушки целых семь радиально расположенных челюстей, которые могут раскрываться под углом аж в сто пятьдесят четыре градуса, для более удобного захвата жертвы любого размера. Сейчас Глотик как раз эффектно демонстрирует нам свою очаровательную пасть, и мы можем вволю полюбоваться ей, – продолжал Бестиан, поглаживая тварь по раскрытой пасти. – Магов хаурагарры любят кушать больше всего, ведь магия – это их любимое лакомство. Единственная причина, почему этот славный большой червячок отобедал курицей, а не вами, – мой ментальный приказ. Глотик – послушный мальчик, он всегда делает только то, о чем я его прошу. Поэтому сейчас вы можете абсолютно спокойно познакомиться поближе с таким уникальным долгожителем. Этой особи уже около семисот лет, и она еще даже не вошла в пик своего жизненного цикла. Представляете, как много всего застала эта особь на своем веку? Кто тут у нас самый смелый и хочет подойти ближе, чтобы погладить Глотика? Если повезет, он вас даже ласково оближет своими тремя шершавыми языками, которые, к слову, идеально созданы для того, чтобы снимать мясо с костей за
