и будут проблемы, если я не выполню задание. Так что я осталась смиренно ждать своей очереди и порадовалась, что пришла последняя. Успею побольше подслушать.
- Я хочу победить на отборе в городской хор.
- Хочу, чтобы Аллор расстался с Лией.
- Хочу похудеть.
В основном загадывали всякую девчачью ерунду. Получить главную роль в театре, рассорить подругу с парнем, получит высший балл на контрольной. Я даже заскучала, подумав, что наверняка Катрин, пользуясь директорским положением, выполняет некоторые простенькие желания – уж с руководителем театрального кружка договориться несложно – и этим держит авторитет среди участниц клуба.
И тут очередь дошла до меня.
Но к этому я была готова. Навык изображать простуженный голос был отработан еще с детства. Прежде, чем начать, для убедительности я кашлянула и шмыгнула носом. Пусть думают, что я простужена, поэтому голос изменился.
- Хочу вернуть друга, который перестал со мной общаться.
И даже не соврала. Айван действительно перестал со мной общаться и я действительно хочу его вернуть. Никто же не требует уточнять, что он пропал – и в этом основная проблема.
Кажется, пронесло: директриса Вольгурт кивнула.
Но вдруг все до единой свечи резко погасли, оставив после себя легкий дымок и запах горелого фитиля.
Но только не моя. Моя вспыхнула, как будто кто-то плеснул в огонь жидкое топливо. Пламя изменило цвет, став кроваво-красным, жутким и таким горячим, что я не выдержала, вскрикнула и выронила свечу.
- Ты… что ты здесь делаешь?! – взвыла Катрин.
Мы все отчетливо ощутили вибрацию, исходящую откуда-то снизу. Девушки, перепугавшись, завизжали. Я растерянно оглянулась в поисках Шона, но Катрин успела первой. Она схватила меня за руку и потащила прочь.
- Ты даже не представляешь, какое проклятье навлекла на нас обеих! Ты немедленно покинешь Блэкхевен!
Директриса Вольгурт всегда отличалась крепкой хваткой и тяжелой рукой, но сейчас она превзошла саму себя. Если бы я не бежала послушно за ней следом, то она без особых усилий дотащила бы меня до сада – и там же прикопала, судя по тому, как ее потряхивало от злости. Или от страха? Сначала я подумала, что Катрин в ярости, но после ее слов о проклятье поняла, что ничего не поняла. И решила посмотреть, что будет дальше. В конце концов, когда тебя тащат ОТ трясущегося потолка и стен, это не так уж и плохо.
Рой визжащих девчонок в белых сорочках застал Шона и Мяфа врасплох в самом неожиданном месте: под секретером у смежной стены. Что они там делали, я не поняла, но Шон успел спросить первый:
- Что это вы делаете?
- А вы?
Они с Мяфом переглянулись.
- Запонки ищем.
- Запонки?! – взорвалась Катрин. – Так я и знала, что это ты, Шон Баумгартнер! Ты послал эту девчонку на мое собрание! Боги, как я зла! Я пустила вас в свой дом, я позволила вам находиться среди моих воспитанников! И чем вы отплатили?!
- Собираемся снять смертельное проклятье с твоих учениц, - мрачно ответил некромант.
С интересом заглянул в проем, откуда доносились грохот и треск, и аккуратно прикрыл его шкафом, убедившись, что все девушки вышли.
- Что, твоему другу не понравились новые подружки? – с ехидцей поинтересовался он.
И Катрин побледнела! Выпустила, наконец, мою руку, резко растеряла всю браваду и поджала губы, как обычно делала, когда ее не слушались. Но сейчас грозная и стервозная директриса больше напоминала испуганную девчонку. И мне почему-то было ее жалко.
И еще себя, потому что меня определенно использовали в каких-то целях, забыв об этом рассказать.
- Отпусти девушек по комнатам, Катрин, и начни уже говорить правду. Иначе я прямо здесь тебя арестую и увезу в корпус стражи. И сразу же доложу королю.
Несколько секунд леди Вольгурт боролась с характером, а потом выдохнула сквозь сжатые зубы и повернулась к воспитанницам:
- Девушки, сдайте маски, и можете быть свободны. Напоминаю, что вы никому не должны рассказывать о клубе и о том, что происходит на собраниях.
- Кстати, а что на них происходит? – шепотом спросил у меня Шон.
- А что вы с Мяфом делали под секретером?
- Я первый спросил.
- А я пострадавшая сторона. Ты обещал, что придешь на помощь, если что-то случится. Что-то случилось – а ты под столом с моей магической силой ползаешь.
- Твоя магическая сила мне чуть ладонь опять не проткнула. Почему мне порой кажется, что у нее два десятка когтистых лап? И вообще, ты моя подчиненная. Вот и подчиняйся. Кстати, я тебе что сказал?
- Что?
- Если что-то случится – сжимай брошку. А ты что сделала?
- А я мяфкнуть не успела. Все затряслось, зашумело, Катрин схватила меня за руку и практически вынесла оттуда.
- Видела что-то интересное?
- Ничего, ровным счетом. Они просто сидят на скамеечке и рассказывают, чего бы хотели. Пятерку по зверологии, чтобы мальчик пригласил погулять и прошли прыщи к зимнему балу. Никаких жутких ритуалов, кровавых жертвоприношений. Просто при свечах молятся кому-то об исполнении желаний. Потом свечи гаснут, и у кого это случилось – те желания и исполнятся. Как я поняла, у них бывают разные собрания. На других они что-то делают, а на этом выпрашивают награду.
Умолкнув, я поняла, что все это звучит как бред, и решила, что Шон сейчас рассмеется, взъерошит мне волосы и пообещает во всем разобраться.
Но он нахмурился и произнес:
- Так я и думал.
Кажется, я знаю, как лорд Баумгартнер стал королевским некромантом: просто в нужные моменты делал умное лицо и говорил «я так и знал!». И у всех складывалось впечатление, что он интеллектуал, каких тьма не видывала. Я, во всяком случае, в этом была уже почти уверена.
- Что ты на меня так смотришь? – с подозрением спросил он.
- А ты не думал о том, куда пропали Айван и Барбара? – вопросом на вопрос ответила я.
Некромант тут же помрачнел.
- Увы. Но, может, Катрин прояснит ситуацию.
Она как раз закончила выпроваживать участниц клуба в комнаты. Воистину стоило воздать этой женщине должное: она держалась даже в
