успокоится.
И олень успокоился, вновь наклонил рогатую голову к земле, начал пить.
Оно тут же перешло в атаку.
Прыжок с дерева, бег к жертве, вновь прыжок и привычным движением проломить голову, прижать к земле.
Голодное оно тут же впилось в тело поверженного оленя, принялось жадно есть, но…тут же оторвалось и, недовольно урча, отпрыгнуло от добычи.
Пахло вкусно, но это была не еда. Она не подходила!
Оно злобно зарычало и попыталось еще раз.
Нет, не еда…
Издав злобное шипение, оно направилось прочь, вынюхивая воздух в поисках новой жертвы. Тут не пахло сородичами, не пахло даже молодыми, не начавшими перестроения тела особями, которые были медленными, неповоротливыми и глупыми. Но не пахло тут и существами, которые годились в еду…
* * *
Оно лазало долго. Свет и тень уже поменялись несколько раз, однако найти еду не удавалось. Существа оно слышало и чуяло, но стоило только пойти по следу, существа с бешеной скоростью убегали. Залезали в твердые железные короба, которые отвратительно чадили и тарахтели, уносились прочь или использовали грохочущую боль. Когда оно кралось к существам и вдруг впереди начинало грохотать, появлялись яркие вспышки, оно предпочитало отойти назад, чтобы избежать боли. Грохот означал, что оно обнаружено и существа не позволят к себе приблизиться.
Впрочем, это были редкие случаи, а так оно находило в лесу и других сущностей. Одно хрюкало, и оно даже повредило ногу в борьбе с ним.
К сожалению, существо это оказалось несъедобным.
Далее оно встретило целую стаю хищников. Зубастые, лохматые, они даже пахли не так, как еда. Зато сами они расценили оно за свою добычу, только не рассчитали сил. Из пяти рычащих зубастых существ убежали только два, остальные три оно разорвало.
Наконец, самая серьезная схватка у оно случилась с большим бурым существом. Победить его оказалось той еще задачей. Убить сразу у оно не вышло. Орудуя своими лапами, оно разорвало существу живот, но существо, казалось, не чувствует боли и только свирепеет сильнее. В результате оно вынуждено было ретироваться…
Рысканья по лесу без пропитания ослабили оно. Если в ближайшее время не удастся найти еду — оно может погибнуть.
Но наконец-то удача смилостивилась. Оно, блуждая по лесу, вышло на огромную поляну, посреди которой стояли здания. Не те, как в месте, где оно раньше охотилось, а чуть другие. Еще здесь был странный запах. Пахло расщепленными деревьями…
Существ тут не было, но оно забрело сюда, когда было темно, и решило дождаться, когда темнота пройдет.
Как оказалось, оно не прогадало.
* * *
Когда солнечный свет разогнал рассветный полумрак, оно услышало рычание. Решив, что это одно из тех существ, с которыми довелось столкнуться в лесу, оно подобралось, стало готовиться к битве.
Но нет. К зданиям, за которыми оно наблюдало, подлетела, подсвечивая себе двумя яркими лучами, рокочущая коробка.
Рокот смолк, свет погас, из коробки вылезло пятеро существ и, к огромной радости оно, у них с собой не было рокочущей боли.
Однако оно не спешило нападать. Оно ослабло за последние дни, стало уязвимым, и потому решило действовать осторожно, по крайней мере, пока наблюдало.
Существа разделились. Из здания стали доноситься странные звуки, до оно долетали запахи свежего дерева — существа распиливали их на куски.
Одно из существ подошло к коробке, подняло переднюю крышку и начало в ней ковыряться.
Оно хотело уже выдвинуться, подкрасться и напасть, но тут появилось второе существо. Оно стало возле здания, начало пускать дым и переговариваться с тем, что стояло у рокочущей коробки.
Оно вынуждено было ждать дальше.
Второе существо, наконец, устало пускать дым и вновь вернулось в здание, и тогда оно вышло за жертвой.
Оно слишком хотело есть, было слабо, поэтому удар вышел смазанным — жертва не только выжила, но еще и принялась орать, призывая других существ.
Оно успело прикончить существо, успело взять с него немного еды, как тут появились остальные существа, так что оно вынуждено было сбежать, а так как было слишком голодным, утащило с собой труп жертвы.
Существа запаниковали, начали бегать вокруг коробки, и почему-то не прятались внутрь нее. Когда им надоело — они вернулись в здание и засели там.
Оно выжидало. Пока существа суетились, оно подкрепилось, сожрав практически всю жертву, не оставив ничего.
Голод удалось утихомирить, однако все же он не пропал. Да и на перестроение тела нужно было больше еды.
И оно стало караулить…
У оно терпения оказалось куда больше, чем у существ — они не выдержали первыми и покинули укрытия.
Впрочем, даже если бы оставались там — оно уже подлечило свои раны, пустило часть добытой еды на восстановление организма, так что прежняя сила, ловкость, скорость уже вернулись, приумножившись.
Оно пыталось понять, почему существа, увидев угрозу, осознав, что им угрожает, до сих пор не сбежали. Ведь у них была возможность, пока оно ело, просто сесть в свою коробку и умчаться прочь. Почему они это не сделали?
Почему не делают и сейчас? Что они ищут?
И тут оно поняло, в чем дело. Существа ищут своего соплеменника, которого утащило и сожрало оно. Скорее всего, именно у него было что-то, что заставляло коробку рычать и возить внутри себя существ. И они сейчас застряли, не могут воспользоваться коробкой, не могут найти соплеменника или его останки, чтобы забрать с них вещь, управляющую коробкой.
Оно, перемещаясь быстро и незаметно, вернулось назад, к месту своего пиршества, и унесло останки жертвы высоко на дерево, где существа бы его не нашли, после чего вновь вернулось на свой «пост», продолжило наблюдение.
Существа, похоже, совсем отчаялись, а еще отчего-то решили, что оно ушло. Решили и осмелели — разделились, стали искать собрата по одному.
Более того, одна из парочек снова разделилась, и оно тут же этим воспользовалось — убило одного из них просто молниеносно.
Второму повезло меньше — его оно ранило, заставив вопить и стонать.
Естественно, к нему на помощь бросились собратья.
Правда, одно из существ как-то не спешило, а вот второе бежало как могло, не глядя по сторонам, за что и получило — оно убило сначала бегуна, а потом и «приманку». Последнее оставшееся в живых существо бросилось назад, в здание. Оно успело ранить бедолагу, но не убило — старые раны дали о себе знать — оно промахнулось.
Ну и ладно — преследовать беглеца оно не стало — уже имелось три тела, которые следовало немедленно сожрать, пока они не испортились, не превратились в молодых собратьев…
