не поднял глаз. Как будто ослеп и оглох.
Подумаешь, трагедия! Ивану вдруг стало обидно за Арину, с которой отец так сурово обошелся и даже не вышел проводить. Она ведь не нарочно разбила игрушку, к тому же это отец ее напугал своим внезапным появлением. Ладно, потом разберутся. Сначала он проводит девушку.
32
Клара все так чудесно придумала! Носов выдаст себя за режиссера, встретится с Ариной, предложит ей главную роль в своем фильме — а ради таких перспектив Змеющенко в новогоднюю ночь хоть в Сибирь на пробы уедет. Иван поймет, что Арина им совсем не дорожит, тут-то его и подберет Полина и приведет за их семейный праздничный стол!
Но прежде, чем обрисовать план Носову, пришлось рассказать о той роли, на которую Клара наняла Змеющенко.
— Что ты сделала? — поразился Носов и посмотрел на нее так, как будто она призналась в изощренном убийстве старушки. — Клара, ты в своем уме?
— Я только хотела, чтобы Полина была счастлива с Иваном, — оправдываться было неприятно и обидно. — Как ты не понимаешь, Егор?
— Ты не должна вмешиваться в жизнь сестры.
— Но я уже вмешалась и теперь хочу все исправить! Мне только нужна твоя помощь, чтобы избавиться от этой Царевны-лягушки. Послушай, что я придумала…
— Даже слушать не хочу. Остановись, Клара. Жизнь — это не роман, который ты пишешь.
— Да, не роман, и очень жаль! — Клара с обидой сверкнула глазами. — Потому что в романе любимый мужчина не стал бы затыкать рот своей женщине, а выслушал бы ее и помог!
Сыщик молча поднялся из-за стола, и от его взгляда Клара поежилась.
— Не пытайся редактировать меня, Клара. Мы не в твоем романе. Вернись в реальность!
Носов вышел, а Клара потрясенно застыла. Что это было? Они впервые поссорились?
Хлопнула входная дверь. В полной тишине Клара слышала, как обиженно стучит ее сердце. Она не побежит за ним, как бы ей этого ни хотелось. И она не отступится от своего плана. Носов — не единственный мужчина на свете, который может исполнить роль режиссера. Клара вдруг вспомнила одноклассника Полины, которого сестра помирила с женой. Почему бы ему не отблагодарить Полину добром за добро?
Клара открыла ноутбук и вошла в соцсеть. Как там его зовут, кажется, Олег Щегольков?
Когда Иван вернулся домой, в гостиной не горел свет. Темнота скрывала не до конца наряженную елку, и у Ивана защемило сердце. Не так он себе представлял знакомство Арины с отцом! Сейчас они должны были сидеть за круглым столом, пить чай и весело смеяться, а одетая во все игрушки и шары ель сверкала бы огнями и напоминала бы о празднике.
Вместо этого отец по-прежнему сидел на кухне
Правда, уже без осколков в руке. Склонившись над семейным альбомом, он листал страницы былого счастья.
Иван молча сел рядом. Отец так же молча подвинул альбом на середину стола. На новогоднем фото десятилетний Ваня в костюме мушкетера стоял у елки с родителями и бабушкой Валей. Бабушка и внук с улыбкой смотрели в объектив, а счастливые супруги — друг на друга. И казалось, именно от их любви разгорался золотой фонарик, висевший между ними. Они могли бы прожить долгую жизнь в любви и в заботе, и никто даже представить не мог, что это их последний Новый год вдвоем.
— Ты скучаешь по маме, пап? — тихо спросил Иван.
— Каждый день, — скупо признался отец. Он никогда не выставлял свои чувства напоказ, но Иван знал, что его сердце навеки отдано жене. Молодой крепкий строитель еще не раз мог бы устроить свою личную жизнь. Иван помнил, как с интересом поглядывали на его отца разведенные матери одноклассниц, когда старший Царев забирал сына из школы. Тогда Иван злился на назойливых теток, которые хотели отобрать у него папу. Потом, повзрослев, он не имел ничего против, если бы отец женился второй раз. Но для отца не существовало других женщин ни тогда, ни сейчас. Если в квартире Царевых и появится новая хозяйка, то это будет только жена Ивана.
— Как тебе Арина, пап? — осторожно спросил он.
Отец с хлопком закрыл семейный альбом в кожаном переплете.
— Красивая, — прозвучал сухой ответ.
Отец поднялся из-за стола и налил воды в чайник.
— И это все, что ты можешь о ней сказать? — с обидой спросил Иван, глядя ему в спину.
— Я могу сказать больше, сын, — не поворачиваясь, ответил Андрей Палыч. — Уверен, что хочешь это услышать?
— Уверен, — напряженно кивнул Иван. Тон отца настораживал.
Неужели ему настолько не понравилась Арина? Подумаешь, преступление — разбила игрушку. В конце концов, отец сам ее напугал своим внезапным появлением!
— Арина — красивая девушка, — отец повернулся к нему и взглянул в глаза сверху вниз, строго и печально. — Но пустая, как елочная игрушка. У нее внутри ничего нет.
— Как ты можешь так говорить? — Иван вскипел от обиды одновременно с нагревающимся чайником. — Ты ее видел пять минут! Ты ее совсем не знаешь! — Он вскочил на ноги и взглянул на отца с высоты своего роста — теперь уже сверху вниз смотрел он.
— Когда я встретил твою маму, мне хватило минуты, чтобы понять, что она — сокровище, — прозвучал спокойный ответ.
— А мое сокровище — Арина, — запальчиво сказал Иван.
— Не сравнивай их, — вскинулся отец. — Твоя подружка не стоит и мизинца твоей матери.
— Я хотел, чтобы мы встретили Новый год втроем, — оглушенно пробормотал Иван. — Хотел, чтобы Новый год снова стал семейным праздником. Но после таких слов… Будет лучше, если мы с Ариной встретим Новый год вдвоем.
Отец ничего не ответил, лишь отвернулся к окну, за которым накрапывал дождь.
Иван вышел из кухни. В горле стоял ком, в ушах эхом звучали злые слова отца: «Красивая… пустая… игрушка».
Полина как раз подходила к подъезду, когда бумажный журавлик вылетел из окна и мягко приземлился на клумбу. Если бы не аномально теплая погода, журавлик опустился бы в рыхлый снег и до весны затерялся бы в сугробе. Но жаркий декабрь растопил сугробы, и журавлик упал на сырую землю — откуда его и подняла Полина. Журавлик был трогательный и кособокий, а на его крыле неровным детским почерком было написано: «Деду Марозу в Виликий Утюк».
Полина бережно сунула журавлика в карман и поспешила домой..
33
«Дарагой Дедушка Мароз! Миня завут Соня, мне 6 лет. Я вила сибя харашо, слушалас маму, научилась читать и писать. Прашу тибя аб адном дедушка Мароз. Чтобы
