очередного круга сокрушений — Помниться мне я просил обождать меня на корабле. Вашего ума затея, мой дорогой друг? — прозвучала словно угроза фраза в адрес Молодого Бенедетти.
Константин в компании пары громоздких моряков с судна сложил руки на груди и властно смотрел на Молодого Бенедетти.
— Да, моего — прямо ответил Лино, уместно опустив формальности — не травите душу — и так знаю, что виноват.
— Юрка. Где он? Бестолковщина этакая? Простого поручения доверить нельзя? Лучший воин Юга… — чуть ли не ругался непотребной бранью Константин.
— Какой кошке на хвост наступили? — вырисовалась фигура пирата.
Судя по всему, он ошивался на площади, когда случилась кража. И до сего момента просто наблюдал. Как только услышал крик Константина примчался на зов, аж запыхался, что пытался скрывать.
— Как ты мне это объяснишь? — свысока бросил принц.
— Что именно?
— Не паясничай, не время, ты меня доконал. Можешь радоваться, ты же этого хотел — брызгая слюной напористо затараторил принц.
— Нет, Юрий не виноват. Я сама. — споро утирая капли со щек, встряла Роза — я сама виновата. Я попросила Юрия узнать сколько стоят мммм, те, да те платья…
Роза врала неумело, безнадёжно неумело. Она не любила врать, но за сегодня уже дважды изменила своим привычкам. Всё же одно высокое чувство пересиливало другое.
— Это правда? — дежурно, с вздохом, обратился к пирату Константин.
— Да — выпалила принцесса, но тут же обомлела от отрицательного ответа Юрия.
— И почему же тебя не было рядом с ней? Я ведь указал, что безопасность целиком и полностью на тебе? — не унимался Константин.
— Мне нужно было выпить, на ладье бухла не нашлось. Шторм видать смыл. Я и пошёл на рынок за новой партией — откровенно сказал Юрий.
— Ты доволен? — потирая лоб и кивая на заплаканную и скованную недоумением и разочарованием от напрасной лжи принцессу, прогундосил принц.
Юрий пристально рассмотрел Розу, пожал плечами и мотнул головой в знак несогласия.
— Исправляйся живо! Вы, мой дорогой друг, Лино, прошу тоже окажите честь. Полагаю вы знаете, как выглядела пропажа. Стражу понятное дело привлекать не будем. Я же правильно понимаю?
Лино действительно знал. Вору посчастливилось прикарманить любимый перстень Розы, подаренный ей Александром. В общем он был простеньким — золотым с инкрустированным в него лиловым камнем небольшого размера. Молодой Бенедетти хорошо его помнил, потому смог бы опознать. Передавая Розу в более надёжные, чем его, руки фрейлины, Лино повиновался принцу и направился на поиски украденного.
* * *
Лино плёлся за вальяжно шагавшим пиратом. Улочки медленно плыли перед глазами. В голове всё ещё гудел истошный сопящий плач принцессы. Молодой Бенедетти считал себя виноваты в том, и в этот раз ещё и без веской на то причины. Уйти с корабля супротив приказа принца, было опрометчиво. Лино как молотом по темени осенило. Их прогулку ведь можно в кривотолках обозвать попыткой побега. Очередной. Ведь Константин наверняка так подумал. Особенно учитывая то, что к страже обращаться по поводу пропажи он не спешил, текущее положение принцессы он прекрасно понимал. Лино же подставил Розу под удар, так ещё и посеял ложную, но логичную мысль в уме прилипчивого как репей принца. И главное зачем? Лино всмотрелся в непроницаемый, к большому его сожалению, черный затылок спереди. С Розой всё ясно, а вот с Юрием?
— Почему ты не поддержал её? Тебе же выгодно было подыграть — метко подмечая, что это их первый разговор, прервал гомон улицы Лино, без подвохов и скрытых смыслов обратившись к пирату.
— Рыжий, помолчал бы, так было хорошо, пока ты не раззявил пасть — пробрюзжал Юрий и, пройдя еще дюжину шагов, внезапно дал ответ — я в игры твоей госпожи играть не намерен.
— Ты настолько привержен принципам, что даже в такой ситуации не стал лгать? — настаивал на продолжении Лино — должно быть сильная у тебя воля.
— Какая воля, Рыжий? — пират явно усмехнулся, то было ясно даже идя сзади — ни воли, ни принципов. Я поступил, как было проще всего. Описал Его Величеству то, что он уже нарисовал у себя в голове. Удобную правду, чтобы побыстрее отвязаться и напиться.
— Как же? Я, конечно, понимаю, что ты не виноват в краже. Тут моя ответственность. Но разве тебе не жаль её, хоть немного? Вы с ней знакомы, ты её спас. И…
— Что ты всё заладил, а, Рыжий? — остановил поступь и в пол-оборота развернулся Юрий, колыхая меховым плащом — Чего ты от меня хочешь? Сострадания, помощи, чего? Если тебе так хочется якшаться с монаршей барышней. Вон — махнул красноречиво Юрий рукой и расплылся в натянутой силой улыбке — иди, дерзай. Я свечку держать не собираюсь. Она там, а ты здесь. Дамочку пригласи с вами, она явно не откажется. Слыхивал такое нынче в моде у Междуморских богатеев. Чего стоишь? Иди!
— А как ты тогда кольцо найдёшь, если я уйду? — искренне смутился Лино, не взирая на все инсинуации пирата.
— Рыжий, не парь мне мозг. Ради всех ангелов. Прошу. Ну как ты думал я буду искать это треклятое кольцо? Видел какой город…как иглу в стоге сена. Тем более, буду я ещё надрываться из-за капризов и цацек девки, которой всё всегда приносят на блюдечке. Щ-щ-щас! Перебьётся! У меня есть более важные дела — Юрий явно хотел сбросить хвост в виде Лино.
— Это какие?
— Не твоего ума дела. Иди к плаксе и дамочке, обсудите чем такой худородный как я может заниматься — вот сейчас гримаса кривой улыбки была отчетливая и искренняя — пшёл, пшёл.
— Нет, я обещал найти кольцо, и я его найду. С тобой или без тебя — беззлобно и твёрдо стоял на своем Лино.
— Без меня, значит. Бывай.
* * *
— Так ты ищешь кольцо, Рыжий? — усаживаясь на скамью и заказывая пшеничного пива, выязвил из себя Юрий — И как оно продвигается?
Сидели они в кабаке прискорбного состояния. Под балками вилась махровая паутина, в углу сопела мышь, а рядом в рвоте копошились тараканы. Засаленный стол с приставшими кусками еды, местами покрылся плесенью, которую трогать было приятнее, чем липкие лужи разлитого спиртного. Набумные глаза мужиков бандитской наружности косились на опрятного и лощёного Лино, а несколько вульгарного вида дам в расшнурованных платьях с грудью на показ пытались подсесть ему на колени. Отходя, когда он робко и последовательно отказывал им, морща нос то ли от их, то ли от общей вони, разочарованно и зло бубнили под нос гадости.
— Также как твои важные дела
