рыжая голова Лампы, но в глазах блестел холодный расчёт дяди Стёпы. — Представь, что ты можешь перескочить несколько уровней и ещё качество своих способностей усилить. Кто-то подарил Жмелевскому эту девочку. По опыту могу сказать, что это император или кто-то…
— Она связана с ним клятвой крови, — мои пальцы замерли на деревянной поверхности.
— Тоже так подумал, — алхимик забросил ногу на ногу с какой-то неестественной для Лампы грацией. — Если её обнаружили в детстве, то забрали и растили. Усиливали, готовили, — он провёл языком по губам, и этот жест выглядел особенно мерзко на юном лице. — Могу тебе сказать, что такого сильного УТМИ я ещё не встречал. Сам бы не отказался от такого подарка, — его глаза лихорадочно заблестели. — Магия станет запредельной, так и тело хорошее. В постели еще порадует.
— Вы… — только успел я открыть рот.
— Стой! — тут же вскочил мужик, и кровать под ним скрипнула. — Я хочу, чтобы у меня было своё место с моими вещами. И эта… — потряс красным бюстгальтером в воздухе, — будет первой.
— Выхухоль, — оборвал я его.
Тело Лампы обмякло и рухнуло на постель, а я быстро спрятал предмет женского гардероба в пространственный карман.
Что у нас выходит? Жмелевский со своей магией, а Саша — усилитель. Мне наглядно продемонстрировали возможности и что может случиться с моими людьми в любой момент.
Эффектно, не буду скрывать. Пальцы застучали по подоконнику, когда я заметил, как все на улице разом пришли в себя. Словно кто-то щёлкнул невидимым выключателем. Вот они стоят безвольными куклами, а через мгновение уже продолжают разговоры и свои дела.
Поморщился. Жмелевского нужно убрать! Осталось понять как, и можно приступать. А пока… Что ж, поиграю по правилам императора. Как раз к этому всё уже подготовил. Да ещё и четыре процента мне с барской руки пообещали.
— Как бы я поступил? — спросил сам себя, разглядывая людей внизу.
Заставил выполнять мою волю — это есть. Чтобы грязную работу сделали другие и усыпить бдительность — этот пункт в процессе. А потом придумал бы, как подстроить несчастный случай. И даже это монарх уже начал. Вероника и Елена должны были принять в этом участие.
— Всё-таки не овощ, — качнул головой, оценивая изящество задумки.
Ну что ж… Как я могу подвести императора, если он так старается и верит в меня? Правильно — никак! Сашенька немного проговорилась: помимо СБИ сюда прибудет и армия.
А это кое-что мне даёт. Ждёте бесперебойных поставок моих кристаллов? Они будут! У меня…
Отвернулся от окна и вышел из комнаты. На губах играла улыбка — той самой, от которой у придворных в прошлой жизни холодел затылок. Пора бы и мне нагрянуть в гости к ставленнику императора.
Только немного подготовлюсь. Ноги уже несли вниз по лестнице. На улице многие удивлённо таращились — как это я так вернулся и никто не заметил? Я только улыбался и кивал в ответ.
— Витас! — окликнул я Лейпниша, который как раз проходил мимо, прижимая к груди пачку бумаг. Ветер трепал уголки листов, норовя вырвать их из рук. — Медведь, тоже иди сюда!
Фёдор оторвался от разговора с новичками и неспешно направился к нам. Его рыжая борода колыхалась на ветру.
— Господин, — Витас поклонился, продолжая удерживать документы.
— Павел Александрович, — Медведь кивнул, почёсывая бороду. В его движениях ещё читалась некоторая заторможенность.
— Собирайте отряды, — обвёл взглядом территорию, где уже кипела привычная жизнь. Мужики тренировались, слуги сновали туда-сюда, алхимики что-то бурно обсуждали у входа в ангар. — У нас будет большая охота. Тварей ожидается море.
— Откуда? — Медведь нахмурился.
— Пятка левая чешется, — хмыкнул в ответ и демонстративно постучал носком сапога по земле. — У Магинских это знак скорого прорыва.
Мужики переглянулись. Их лица стали серьёзными — шутки кончились. Витас машинально проверил револьвер на поясе, а Фёдор сжал рукоять меча так, что костяшки побелели.
— Оставляйте процентов десять людей на территории, — продолжил я, внимательно следя за их реакцией. — Остальные пойдут со мной в лес.
— Господин, — замялся Лейпниш. — А если на нас…
— Нападут? — закончил за него, отмечая, как дёрнулся кадык на его шее.
— Верно… — голос Витаса упал до шёпота, взгляд заметался по сторонам, словно выискивая невидимую угрозу.
— Не переживай, — положил руку ему на плечо и ощутил, как напряжены мышцы под тканью. — Теперь у нас есть новый ставленник императора и он не даст мою землю в обиду, — губы растянулись в усмешке. — Во всяком случае сейчас.
Витас вскинул брови, явно уловив иронию в голосе.
Команды посыпались одна за другой. Территория наполнилась криками мужиков, собирающих группы. Воздух звенел от лязга оружия и топота десятков ног.
«Что-то забыл!» — мелькнула мысль. Точно! Чтобы не вызвать подозрений, для начала нужно заглянуть к алхимикам. Развернулся к ангару, по пути бросив Медведю с Лейпнишом:
— Через двадцать минут зайдёте.
Толкнул тяжёлую дверь. Смирнов, закатав рукава рубашки, руководил новенькими. При моём появлении все дружно склонили головы, словно по команде.
— Клятва крови! — бросил я отцу Ольги. — Я готов её принять.
— Сейчас? — Игорь Николаевич поправил очки, и они блеснули в свете ламп.
— Вчера, — опустился на стул, закинув ногу на ногу.
Смирнов засуетился, полез в шкаф за артефактами для ритуала. Новые алхимики жались по углам, боясь даже взглянуть в мою сторону. Их напряжение можно было потрогать руками.
Через пять минут всё началось. Один за другим они приносили клятвы крови. Магия пульсировала в воздухе, связывая нас невидимыми нитями.
— У меня для всех хорошие новости, — улыбнулся, когда последний алхимик закончил ритуал. — На следующей неделе прибудут люди аристократа Булкина из Томска. Заберут партию зелий. Всё эталонки третьего ранга.
— Что?
— Сам Булкин?
— Господин имеет такие связи?
Новенькие алхимики зашептались, переглядываясь между собой. В их глазах читалось что-то среднее между восхищением и ужасом.
— Сколько нужно? — Смирнов шагнул вперёд, его очки снова поймали блик света.
— Десять ящиков.
Трое алхимиков закашлялись так, словно подавились воздухом.
— Господин? — Игорь Николаевич приблизился, нервно теребя край жилета. — Но это невозможно. Да, у нас появились ещё руки. Но пока все начнут работать слаженно, привыкнут к распределению обязанностей… Пройдёт время.
— Поэтому у
