Сарема обмолвился, что почти невозможно спасти жителей из приграничных поселений. Здесь нет тайных ходов, и ворота лишь одни, чтобы стражники успели за ними уследить и вовремя укрепить. Правда, торговцам, ремесленникам и другим людям об этом никто не рассказывал. Их кормили разными байками и вселяли уверенность, будто Мор окончательно пожрал разум разрушителей и те никогда не додумаются взять поселение в осаду. Только набегут, побьются о стены, а потом разбегутся кто куда. Хотя практика показывала, что безумные одержимые до победного преследовали свою цель и никуда не уходили.
Ложь во благо… А что поделать? Иначе стражи и ловцы погибли бы от голода.
Пусть вся защита столицы построена на лицемерии, но она действовала, и лишь благодаря ей созидатели до сих пор существовали. К тому же в приграничных поселениях торговцы и простые люди могли хорошо заработать. За ловцов платило королевство, поэтому мы за ценами никогда не следили, а стражи и рабочие получали неплохое жалование.
– Людям страшно, – взглянула я на Дора, продолжая играть роль простого жителя.
– А вам нет? Что-то на вашем лице ни намека на беспокойство, – заметил он.
Я мысленно выругалась, но постаралась выглядеть невозмутимой и оправдаться:
– Просто я уже смирилась. И в глубине души верю, что нас спасут или выведут из поселения.
Глаза Дора потемнели, а лицо осунулось. Не только я знала, что никому из Черного Камня не сбежать – он тоже это прекрасно понимал.
– Веришь, значит, – медленно проговорил Дор и протянул мне руку, а я сжала его шершавую от мозолей ладонь и улыбнулась:
– Да. Верю.
Благодаря помощи стража, я поднялась, и земля вновь заволновалась под ногами, угрожая уронить меня обратно на пыльную тропу, однако Дор помог устоять. Придержав меня за локоть, он учтиво предложил опереться о его плечо, чем я не побрезговала – навалившись всем своим весом.
– И? – поинтересовался он. – Куда идем?
– Недалеко! – воодушевилась я. – Четыре дома вверх по дороге.
– Неблизкий путь для того, кто собрался преодолеть его ползком, – присвистнул Дор.
Я криво улыбнулась:
– Ты удивишься, насколько я сильная.
– Ни капли, – крепче обхватил он меня за талию. – Твое тело хорошо натренировано. Даже слишком хорошо.
Сердце екнуло в груди.
– В поселении много работы, вот и приходится быть сильной, – произнесла я, почувствовав нотки подозрения в его голосе.
Страж утвердительно хмыкнул и замолчал, а я обрадовалась, что наша опасная беседа прервалась. Если Дор меня все-таки разоблачит, то сразу доложит Змею.
– А где все люди? – в который раз я отметила пустынность улиц.
– Ты разве не знаешь?
– Понятия не имею, – честно призналась я и насторожилась.
– Все местные жители на собрании. Капитан старается их вразумить и погасить волнения.
– Так, значит… – произнесла я и осеклась.
Выходит, Вэл уже начал работу с истерией. Я невольно изменилась в лице и глубоко вздохнула, в который раз сожалея, что не в моих силах помочь ни Вэлу, ни жителям Черного камня. Тут бы самой о себе позаботиться. А то сейчас я только и могла, что вяло переставлять ноги, и если бы не Дор, как он верно сказал, мой путь ползком оказался бы очень долгим. Возможно, до самого конца отдыха Змея. И когда тот решил бы меня навестить, он умилился бы картине ползущей в грязи ученицы.
Вдруг Дор вздохнул и произнес, продолжив мою фразу:
– Так, значит, ты совершенно не умеешь врать…
Я вскинула на него взгляд:
– Ч-что?
– Врать, говорю, не умеешь, – скользнул он взглядом синих глаз по шраму на моем лице. – Рей.
Сердце ухнуло в груди, а я запуталась в ногах и чуть не шлепнулась на землю от неожиданности, но рука Дора меня удержала и прижала к его груди.
– Т-ты знал? – стиснула я рубаху стража.
Мы остановились.
– Все знают о выжившем ловце, которого асигнаторы притащили из-за стены, – уже внимательнее разглядывая мое лицо, улыбнулся он.
Я открыла рот в попытке сказать хоть что-нибудь дельное, но слова застряли в горле.
Что делать?
Что же, Истин все побери, делать?!
«Может, вырубить его?» – промелькнула в голове отчаянная мысль.
Да только понимала: вряд ли сейчас мне хватит сил. Только разозлю Дора, и он побежит жаловаться Змею.
– И что теперь? Сдашь меня? – не стала юлить я и прямо поинтересовалась, но Дор не спешил с ответом, а его губы изогнулись в таинственной улыбке.
Я стиснула зубы, молясь про себя, чтобы Древний король даровал мне чудо. Или хотя бы сил, чтобы хорошенько жахнуть стража и добежать до хижины сестры.
– Дай подумать, – задумчиво промычал Дор. – Если не сдам, то… как ты там говорила? Змей сочтет мой поступок неподчинением, личной обидой или предательством?
– Или просто обзовет тебя идиотом, публично унизит и останется этим доволен, – тоже припомнила его слова я.
Страж цокнул языком:
– Либо засмеет, либо убьет – в сложное положение вы меня поставили.
– Ну и ну, – хмыкнула я, когда он снова перешел на вежливый тон. – Мы опять на «вы»?
Дор досадливо цыкнул:
– Я немного теряюсь. Не знаю, как обращаться к девушке, которая выше тебя по рангу, при этом ниже ростом и младше на вид.
Он с улыбкой посмотрел на меня сверху вниз, а я фыркнула. И правда, внешне он выглядел немногим старше меня – года на три или четыре. Но все равно по меркам стражей Дор был тем еще юнцом. Ведь воинам его ранга приходилось учиться дольше, чем ловцам. Если меня и моих сестер растили, как смертников, и почти все время уделяли физической подготовке, то стражам из-за тесного общения с простыми людьми и вышестоящим обществом приходилось тщательно изучать еще и политику.
– Я ловец, и столичные формальности мне ни к чему, – разъяснила я.
– Ты теперь асигнатор, – усмехнулся Дор. – Пришло время привыкать к тонкостям общения в светском обществе. Это тебе не в лесу жить, а…
– В самом сердце Сарема с напыщенными снобами и высокомерными курицами, – вспомнила я как-то случайно подслушанное выражение Яра.
Яр не любил и осуждал столицу с ее расслоением общества. Впрочем, я придерживалась того же мнения. Когда нас, ловцов, развозили по окончании Школы на посты, мы проезжали несколько крупных городов. С тех пор я по сей день помнила безобразные сцены, которые мне «посчастливилось» увидеть. Например, как очередной богач, желая удовлетворить свое эго и жажду превосходства, унижал и наказывал прислугу. Тогда сопровождающие строго запретили вмешиваться в обыденную жизнь людей. На вопрос «почему?» отвечали просто: «Это дело стражей» или «Поможете сейчас – погубите потом». Оно и понятно: только мы уедем, как хозяева тут же обрушат на слуг двойной гнев.
– Снобы и… кхм… курицы – тоже неотъемлемая часть мира, в котором мы
