Герцог держался на расстоянии, как, впрочем, она и ожидала. Он не стал бы танцевать с ней вчера вечером, если бы леди София не устроила ловушку им обоим. Хотелось бы думать, что, избегая ее общества, он заботится не столько о своей репутации, сколько о добром имени Гарриет. А может быть, он не считает нужным уделять ей внимание на людях, поскольку дважды в неделю получает свое сполна. Словно в наказание за мечты о его полных любви объятиях Гарриет терзалась такими мыслями. Увы, это была только похоть…
Ей представилось несколько удобных случаев, когда она могла бы столкнуться с ним лицом к лицу, но она промедлила и теперь опасалась, что он уйдет до окончания приема, как часто это делал. Наконец она ухитрилась одна, без поклонников приблизиться к двери в ту минуту, когда он намеревался выйти из нее. Он заметил ее, сухо поклонился и хотел было пройти мимо, но она тронула его за рукав.
– Я должна поговорить с вами, – сказала она, чувствуя, как краска заливает ее щеки, и желая только одного – провалиться сквозь землю.
Он с неудовольствием взглянул на нее и, сделав вид, что нащупывает шнурок от монокля, отвел ее руку от своего рукава. Снова поклонился и улыбнулся.
– Мадам, вы поступаете неразумно, – мягко произнес он.
– В четверг я не смогу увидеться с вами, – поспешно проговорила Гарриет, стараясь казаться очень светской и непринужденной.
– Ах, – сказал он, – у вас какое-то другое, более важное свидание?
– Нет… – промолвила она. – Просто я не могу прийти.
– Улыбайтесь, – попросил он. – Это необходимо, когда за вами, без всякого сомнения, наблюдают. У вас месячные, Гарриет?
Зеркала поблизости не было, а потому Гарриет не знала, стала она багровой или малиновой.
– Дорогая, – сказал Тенби, – я уже много лет имею дело с женщинами и потому знаю, что каждый месяц с ними приключается такое бедствие. Улыбайтесь! И пустите веер в ход, моя маленькая скромница.
– В понедельник все будет в порядке, – заверила Гарриет.
– Увы! – Он вертел в руке монокль. – Судя по всему, вы пока что не получили ни приглашения, ни письма. В понедельник, Гарриет, и вы, и я будем в поместье Барторпов в деревне. Вы – для того чтобы спасти графа от скучнейшего повторения каждого слова, которое он скажет моей дражайшей тетушке, я – чтобы сделать следующий шаг в моем ухаживании за леди Филлис.
– Меня там не будет!.. – торопливо заявила Гарриет. Нет, она не повторит прошлую ошибку! Она не даст снова втянуть себя в такую неприятную ситуацию.
– Вы еще не прочли письма моей тетушки, – сказал Тенби. – Нисколько не сомневаюсь, что ваше нежное сердечко сожмется от жалости. Конечно же, так и будет, даже если оно каменное.
– Эта затея мне не нравится! – Гарриет воинственно вздернула подбородок.
– Но вам же нравится моя тетушка, – с улыбкой в глазах сказал Тенби. – Однако мы уже довольно долго разговариваем. Ваш покорный слуга, мадам. – Он отвесил ей почтительный поклон и удалился.
«Ни за что!» – решила она. Нельзя позволить манипулировать собой в такой степени. Ее уже, можно сказать, лишили возможности распоряжаться собственной жизнью! Впрочем, надо было этого ожидать, коль скоро, став его любовницей, она утратила главное – достоинство. Но это не могло объяснить, каким образом она оказалась столь фатально втянутой в жизнь его семьи. С тяжелым сердцем Гарриет припомнила доверительные признания леди Филлис накануне вечером.
Происходит что-то странное. Ей вдруг захотелось – как часто хотелось в последнее время, – чтобы рядом оказался Годфри, тогда все пришло бы в порядок, и она успокоилась.
Кто-то положил ей руку на плечо.
– Гарриет, дорогая, улыбнись! – Леди Форбс встревоженно смотрела на нее. – На тебе лица нет! Что он сказал? Он уже нашел тебе замену? Это должно было случиться, ты знала. Но ты от этого только выиграешь. Найдешь себе хорошего мужа. Между прочим, куда делся мистер Хардинг?
– Я его отвергла, – сказала Гарриет. – Мне показалось нечестно поощрять его ухаживания. Знаешь, Аманда, я приглашена в загородное поместье к лорду Барторпу. Видимо, по просьбе леди Софии. Как я могу поехать туда? Это какой-то кошмар! Но мне так не хочется обижать старушку!..
– Она просто чудовище, эта леди София! – возмутилась леди Форбс. – К нам направляется лорд Сотби…
Гарриет широко улыбнулась. Если у нее и был сегодня повод для такой радостной улыбки, подумала она, то это открытие, которое она сделала нынче днем, – она не беременна. Гарриет уже некоторое время волновалась из-за этого и не знала, как ей избежать опасности. Теперь она станет волноваться лишь через месяц.
Глава 12
Она не может поехать, решила Гарриет. Приглашение графа Барторпа лежало перед ней на столе. И не хочет. Это было бы непорядочно с ее стороны. Какие бы чувства испытали граф и графиня Барторп, узнай они, что пригласили в свой дом любовницу человека, которого прочили в мужья своей дочери?.. Гарриет медлила вскрывать конверт, в котором, она знала, письмо от леди Софии Давенпорт.
– Я не поеду, – сообщила она леди Форбс. – Сразу же после завтрака отправлю письмо с извинениями и отказом. Я не могу так надолго оставить Сьюзен.
– Я-то буду только рада, если она останется с нами, – сказала леди Форбс. – Но думаю, дорогая, что ты приняла мудрое решение. Мы с КлайВом от души радуемся – круг твоих поклонников расширяется с каждым днем. Даже Ярборо проявляет к тебе интерес. Конечно же, Гарриет, ты не должна ни под каким видом оставаться с ним наедине, однако его поклонение тебе не повредит. Сотби тоже проявляет к тебе повышенное внимание. Он виконт, дорогая, с огромным состоянием. И еще не разменял четвертый десяток.
Гарриет улыбнулась.
– Все очень добры ко мне, – проговорила она, снова разглядывая приглашение. – Я, разумеется, не поеду, Аманда.
– А также дашь отставку Тенби? – с надеждой спросила подруга.
Гарриет взяла второй конверт и вскрыла его.
– Когда придет время, – тихо сказала она.
Может быть, время уже и пришло, подумала Гарриет. Съезд гостей в Барторп-Холл наверняка ознаменует начало следующего этапа ухаживания за леди Филлис. А быть может, и помолвку. При этой мысли сердце Гарриет болезненно сжалось. Она не сможет встречаться с ним, если состоится помолвка. Ее и сейчас уже мучила совесть. Их встречам следует положить конец.
Леди Форбс покачала головой и поднесла ко рту чашку с кофе.
– О Боже, Боже! – воскликнула Гарриет, читая письмо леди Софии.
– Она эгоистка до мозга костей, эта старушенция, – безапелляционно заявила леди Форбс. – Ей и в голову не приходит, что она увозит тебя от твоих друзей и даже от маленькой дочери, и только лишь ради своего удобства! Она использует тебя как служанку, Гарриет!
