уже возвращается!
Охнув, поспешила за малышом, испугавшись, что меня заметят и высадят. Клубочек быстро летел по кораблю, словно прекрасно знал план расположения палуб и отсеков, хотя я видела, что он в корне отличается от того, на котором летали Молчан и Весень. Поворачивая то в одну сторону, то в другую, я вскоре совсем запуталась, понимая, что мы уже идём явно не по жилым отсекам. Колобок остановился только тогда, когда мы попали в тупик и дальше хода не было.
— Ты думаешь, нас тут не найдут? — запыхавшаяся, тяжело дыша и оглядываясь по сторонам, уточнила у Ирха.
— Угу, — не вдаваясь в подробности и даже не глядя на меня, практически отмахнулся он.
Лишь когда киберклубочек выпустил стержень, которым так любил пихать меня, поняла, что это ещё не всё. Раздалась мелодичная трель, после которой из стены выдвинулась панель управления, и Ирх быстро что-то набрал на ней. Я ожидала чего угодно, вплоть до пиратского захвата корабля. Но на уровне моих коленей приоткрылся лаз, в который и юркнул мой проводник, прошипев напоследок:
— Торопись, тугодумка…
После целого дня молчания даже не знала то ли радоваться, что со мной вновь заговорили, то ли оскорбляться на обидные слова. Но он был прав в одном, стоило поторопиться. Присев, быстро нырнула в дверцу для гномов, толкая перед собой скинутый с плеч рюкзак. Узкий лаз непонятного назначения вёл дальше. Хорошо, догадалась снять свою ношу, точно бы застряла в этой металлической кишке. А ещё радовало, что странный лаз не становился ниже и уже. Несколько раз повернув, наконец вытолкала рюкзак в более просторное помещение.
Наполовину выбравшись из лаза, ошеломлённо оглядывала маленькую комнатушку размером с купе класса люкс в вагоне поезда дальнего следования. Впрочем, она и выглядела так же. Поднявшись на ноги, заглянула в неприметную дверь, где оказался туалет и душ с умывальником.
— А для кого эта комната? — всё так же удивлённо осматриваясь, задала резонный вопрос, видя несколько закреплённых коек на стене.
— Это для команды, если произойдёт нападение пиратов, они тут спрячутся и переждут, — уже с удобством устроившись на столе, ответил Ирх.
Видя моё недоумение, поторопился объяснить:
— Когда возникает опасность, команда пытается сбежать от пиратов, но порой мощности двигателей не хватает, тогда их берут на абордаж. С корабля им деваться некуда, спасательных капсул тут не предусмотрено, вот они и прячутся здесь, предварительно подав сигнал бедствия.
— А пираты разве не забирают себе весь корабль, его же тоже можно продать? — с удовольствием усаживаясь на мягкую кровать, удивлённо глянула на колобка.
— Очень редко, так как сигнал послан и их всё равно найдут. Им проще забрать товар и бросить корабль, не связываясь с защитниками светлых земель.
Новость про пиратов оказалась неприятной, но в общем-то ожидаемой. Там, где есть нажива, будет процветать и пиратство, как это было на Земле в средние века.
— А если они нападут, когда я здесь и меня найдут, что произойдёт?
— Да ничего. Удивятся, но пиратам не выдадут.
И то хорошо, будем надеяться, что не встретимся с ними.
— Ирх, а сколько нам лететь до земли богини Сречи? — заметив, что мой проводник опять умолк, постаралась разговорить его.
— Три дня и три ночи, — тут же получила ответ, ошеломлённо понимая, что кормить меня здесь никто не будет.
Нет, без воды я не останусь, так как в её наличие уже убедилась, а вот еда… Мы шли весь день, и есть не хотелось, зато сейчас голод проснулся, и стоило проверить запасы. Развернув узелок, данный мне богиней Желей, оглядела нехитрую снедь, впрочем, которой как раз должно было хватить на весь полёт. Разделив еду на три кучки, перекусила.
Иллюминатора в каюте или, правильнее, схроне не имелось, а спать ещё не хотелось.
— Ирх, ты мне обещал рассказать о “богоизбранных”, — усердно подбивая подушку и подкладывая под спину, попросила своего сопровождающего.
— А что там рассказывать? — недоумённо удивился он. — Кощеи не могут сами спуститься на землю, не царское это дело. Вот и приказывают серым. А те тоже не могут от своего имени действовать, потому как зело отличаются от людей. Вот и находят предателей из верхушки власти среди народа, который собираются поработить, нашёптывают им про "богоизбранность", постепенно переиначивая понятия, подменяя их. А уж потом, когда им даётся такая возможность, начинают иринировать между собой, с людьми и даже животными.
Видя моё недоумение, пояснил:
— Смешиваться, скрещиваться…
— С животными?! — неприятно поразилась я, брезгливо кривя губы и желая даже рот прополоскать с мылом.
— Ну да, таким образом они создают себе слуг, которые будут нести не только их генетику, но и менталитет, преданные им до самой последней мысли. На Мидгарде, например, испокон веков жили благородные во́роны, помогающие как Карне, так и Желе, да и другим светлым иерархам. Но после того, как победили кощеи, во́роны переродились в воро́н, хитрых, мерзких, гадких паразитов!
Удивлённо смотрела на гневающегося Ирха. Не знаю, что ему сделали воро́ны, но, думаю, стоит увести наш разговор от них.
— А дальше что?
— Дальше? Ах, да… Серые внушали своим созданиям мысли о "богоизбранности" созданного ими народа. Хотя… — Ирх насмешливо хмыкнул, — после того как слуги выполняли возложенную на них задачу по выкачиванию всех ресурсов планеты, паразитическая серая раса уничтожала всех, включая “богоизбранных”. Людей жалко. Но всегда хотелось посмотреть на морды этих избранников, когда до них доходило, что они сделали собственными руками. Хотя думаю, они до самого конца считали свою смерть ошибкой, а не расплатой за предательство своего народа.
Мда… Вот так живёшь и не подозреваешь закулисных игр такого масштаба…
— Скажи, а сколько миров входит в состав светлых сил?
— Много… — на меня стрельнули внимательным “глазом”, явно не собираясь отвечать. — Кстати, мы идём небесной Белой Рекой или путём Перуновым.
Видя моё непонимание, пояснил:
— Вайтмана поднялась над Млечным Путём и сейчас летит параллельно плоскости нашей Галактики! Хочешь посмотреть?
От его слов закружилась голова и перехватило дыхание. Если я понимала полёт от одной звезды до другой, то этот был совсем иной категории. Слов не нашлось, и я лишь кивнула.
Передо мной словно открылось квадратное окно, я смотрела на мириады звёзд под нами, складывающиеся в белую молочную реку. Так и хотелось добавить: с кисельными берегами. От невероятного зрелища захватывало дух и всё происходящее казалось нереальным.
