двое не можете подождать, пока доберётесь до своей комнаты? — дразнит Мадлен, заставляя меня вздрогнуть. Только… Мауро не отпускает меня. Он держит меня прижатой к своему телу, его голова внезапно наклоняется вниз, его губы скользят вверх по моей шее, прежде чем прижать мягкий поцелуй к моей коже.
Он идеально играет роль заботливого мужа.
Почти слишком идеально.
Я на грани того, чтобы растаять в его объятиях. Превратиться в лужу у его чёртовых ног. Но прежде чем моё тело успевает предать меня, он отпускает меня, убедившись, что я стою прямо, и затем тянется к упавшему багажу.
— С возвращением, — приветствует группу пожилой мужчина с седыми волосами в безупречной белой льняной рубашке, заправленной в хаки-шорты. — Слишком долго вас не было.
— Это точно, Эмануэль, — отвечает Вин, пожимая мужчине руку. — Как семья?
— Отлично, сэр. Все дети здоровы и учатся в школе, а моя жена с каждым днём становится всё красивее, так что жалоб нет.
— Приятно слышать. — Лео переплетает свои пальцы с пальцами Скарлетт, бросая на неё нежный взгляд. — Я хотел бы представить тебе мою жену, Скарлетт. Скарлетт, это Эмануэль, глава нашей службы безопасности на этом острове.
Эмануэль вежливо опускает подбородок.
— Приятно познакомиться, и поздравляю.
— Спасибо, — тепло улыбается Скарлетт. — Мы ценим, что вы всё организовали в последнюю минуту. Надеюсь, это не было проблемой.
— Нисколько, — отвечает он с усмешкой. — Моя жена любит, когда мне приходится оставаться здесь на работе, потому что она может ездить со мной.
— Тогда нам придётся оставаться здесь чаще, — отвечает она.
Лео поворачивается к остальным.
— Мауро ты, конечно, знаешь.
— Конечно, сэр. Всегда рад вас видеть.
Мауро опускает подбородок, спокойный и невозмутимый.
— А это его жена, Алина.
Улыбка Эмануэля становится шире.
— Что ж, мои поздравления вам обоим.
— Спасибо, — отвечаю я, нервно теребя своё кольцо.
— Знаешь, — продолжает Лео, — Мадлен, а это её муж, Илай.
Пока остальные обмениваются любезностями с Эмануэлем, Мауро смотрит на меня, приподнимая одну бровь.
— Просто немного нервничаю, — тихо признаюсь я, слегка пожимая плечом. — Я… — в ужасе, что мы нарушим правило и всё испортим между нами. — Что ж, наверное…
— Проводить вас до ваших комнат? — говорит Эмануэль.
— Думаю, мы справимся, — отвечает Мадлен.
— Конечно. — Он смотрит на часы. — Если кому-то что-то понадобится, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться. — Он поворачивается и уходит, а несколько мужчин выходят вперёд, чтобы забрать багаж.
Мауро передаёт мой чемодан одному из них, затем переплетает свои пальцы с моими, держа меня близко, пока ведёт к кабанам.
— Мы останемся в этом, — объявляет Мадлен, направляясь прямо к первому домику. — Увидимся за ужином, ребята. — Она открывает дверь, Илай прямо за ней.
— Подожди! — кричит Скарлетт.
Оба замирают.
— Разве мы не идём нырять с аквалангом?
Мадлен закусывает нижнюю губу, сдерживая улыбку, и смотрит на Илая.
Илай поворачивается лицом к нам. — Дайте нам час.
Мадлен толкает его локтем в живот.
— Сделайте два. А потом она вся ваша. Обещаю.
— Ладно. — Скарлетт скрещивает руки на груди, развлекаясь, пока они шмыгают внутрь своего кабана и закрывают дверь. Она поворачивается к Лео. — Полагаю, тебя не интересует дайвинг?
— Ни капли. — Он убирает её волосы с плеча, целуя обнажённую кожу. — Но есть другие вещи, которые я хотел бы исследовать. — Он подхватывает её на руки, её удивлённый визг эхом разносится, когда он несёт её к следующему домику.
Вин тычет большим пальцем через плечо. — Я буду у бара. — Он уходит, исчезая на тенистой тропинке.
— Что ж, — сглатываю я, убирая руку от Мауро и легонько обнимая себя. — Думаю, остались только мы.
Мауро проводит рукой по волосам, погружённый в мысли, затем направляется к самому дальнему домику. Он открывает дверь, жестом приглашая меня войти. Когда я переступаю порог, мои глаза впитывают этот маленький кусочек рая.
Натуральные оттенки дерева, безупречные белые ткани и мягкие сиденья окружают нас. Пышная зелень выглядывает из открытых стен, смешивая комфорт помещения с ощущением скрытого джунглей рая. Пространство открытое, приглашающее и совершенно безмятежное. Идеальный маленький мир, только наш.
Я следую за Мауро через кабан в главную спальню, где он отодвигает белую занавеску и открывает самый захватывающий дух вид, который я когда-либо видела.
Мои губы приоткрываются, когда я подхожу ближе.
Кристально-голубая вода тянется бесконечно за балконом, мерцая под солнцем. Лёгкий ветерок проскальзывает через открытое пространство, касаясь моей кожи, когда мои пальцы скользят по невероятно мягкому белому одеялу, покрывающему самую большую кровать, которую я когда-либо видела. Прозрачные драпировки, обрамляющие её, мягко покачиваются, танцуя с ветром.
Я выхожу на улицу и замираю.
Встроенный бесконечный бассейн изгибается вдоль края террасы, его прозрачное дно создаёт иллюзию, что ты паришь прямо над океаном.
Оранжевая толстая птица с зелёной головой приземляется на перила рядом, наклоняя голову, словно изучая нас. Я улыбаюсь, когда она взмывает в небо, исчезая в бесконечной синеве.
— Это просто… — Я качаю головой, всё ещё впитывая всё. — Такое волшебное. Такое красивое.
Когда я поворачиваюсь, понимаю, что Мауро смотрит не на живописный вид, а на… меня. Его взгляд задерживается медленно и пристально, путешествуя от моей головы до пальцев ног. Жар расцветает под его вниманием, и внезапно моя одежда становится слишком тёплой. Во мне чешется желание снять её. Чтобы Мауро снял её.
Я закусываю нижнюю губу, сжимая бёдра вместе.
И впервые с тех пор, как мы приехали, в голову закрадывается опасная мысль…
Действуют ли наши правила, когда мы так далеко от дома?
Глава 1
6
Мауро
— Никаких правил сегодня, дамы! — кричит инструктор по танцам в микрофон, как раз перед тем, как из динамиков взрывается сальса.
На возвышающейся сцене в центре ресторана под открытым небом Алина, Мадлен и Скарлетт следуют за ним, подражая его движениям, или, по крайней мере, пытаются. А Алина — Боже, помоги мне — улыбается каждый раз, когда ошибается. Она спотыкается по всему полу без капли ритма или грации, но её улыбку невозможно игнорировать. Она заразительна до неприличия, зажигая что-то незнакомое в центре моей груди.
— И поворот! Три, два, один! Поворот! И кружение!
Это наша
