сейчас отношения более-менее сносные. Вот и хочет виконт и те, кто его прислал, поссорить Филиппа со мной, а через меня и с французами. Чтобы Филипп не только морально поддерживал англичан, но и пошевелился немного, помог бы им если и не войсками, то хотя бы деньгами. Знает об этом сам Филипп? Ведь посланники-то представились как от герцога Бургундии, а не Фландрии. А чёрт его знает. Может с его подачи это и происходит. Не силён я в интригах. Вернее, вообще не понимаю, что там наверху, среди высшей аристократии происходит. Кто там с кем дружит, с кем воюет. Да они там постоянно друг друга предают и подсиживают. Мне хоть и плевать на все рыцарские добродетели, но я так не смогу, подлости и сволочизма не хватит. Хотя, где герцог с его огромными владениями и где моё небольшое графство? Я для всех настолько незначительная величина, что меня никто всерьёз и не принимает. Не будет из-за меня герцог с французами враждовать. А вот меня англичане считают психом отмороженным и думают, что из-за наглых посланников я брошусь безобразничать у берегов Фландрии. И герцогу бургундскому и французам придётся меня как-то утихомиривать. И тогда охотиться за моими караванами будут не только англичане, но и фламандцы с французами. А там и кастильцы, союзники французов, подтянутся. И кому мне тогда оружие продавать? С португальцами-то эти сволочи меня уже рассорили. Тогда это скорее ганзейцы интригуют, именно им выгодно, чтобы я со всеми своими торговыми партнёрами рассорился. Тогда мне придётся торговать только через них, отдавая им свою продукцию по дешёвке. Вполне возможно. Ипсвич ведь их город, а я его здорово потрепал. Да ещё и к новгородцам полез. Так что не любят они меня очень сильно и приструнить хотят уже давно. Надо узнать, если эти посланники из Брюгге, то точно ганзейцы. Брюгге их город. Хотя они могли и левых каких нанять. Денег у них хватит. Ладно, завтра Гюнтер приедет и попробуем разобраться в этой шараде. Он постоянно с купцами общается и знает о раскладах в Европе намного лучше меня.
Гюнтер прибыл поздно вечером. И не один, а с Ирмой. Подарок просто. Никаких совещаний устраивать не стали, по причине позднего времени. Отложили на утро.
Встал, как всегда, с рассветом. Зевал, тёр глаза, но поспать подольше не смог. С завистью посмотрел на Ирму. Спит себе спокойно, даже не пошевелилась, когда я вставал. Ну, да, угомонились только час или два назад. Но раз уж встал, надо идти приводить себя в порядок.
В столовой встретился с Гюнтером. Он тоже вскочил ни свет ни заря, видно решил, пока мы дрыхнем, с Германом пообщаться. Ладно, с Германом он ещё успеет вопросы порешать, а пока надо с посланниками определиться, а то ведь они тоже могут поутру заявиться.
Пока мы с Гюнтером завтракали, подтянулась на вкусные запахи Ирма. В отличии от меня, полусонного и расхлябанного, подтянутая и довольная. Ну, да, трудился-то всю ночь я, а она только удовольствие получала. Хотя и себя я тоже не обделил.
После завтрака стали судить и рядить, что нам с этими посланниками делать. Ведь понятно же, что они рассчитывают на ссору. Но не понятно, кого они представляют. Говорят, что герцога Бургундского, но так ли это на самом деле? Сказать можно что угодно. Никаких бумаг у них нет. В принципе, они сейчас не всегда и предоставляются — рыцарям принято на слово верить. Но ведут они себя так, что верить им никак нельзя. Настоящие рыцари хозяев не оскорбляют. Тем более, если хозяева выше их по положению. Хотят спровоцировать меня на поединок? Глупо, если они меня хоть немного знают. Я же долго разбираться не буду, повешу и всё. Уж их хозяева, пославшие их, меня точно знать должны. Англичане это или ганзейцы, не важно, эти меня знают прекрасно, недаром же их купцы-шпионы постоянно крутятся в Дуйсбурге. Может специально послали тупых рубак, наплетя им про меня невесть что? Получится с поединком — хорошо, может и удастся меня грохнуть. Повешу я их — тоже не плохо. Посылал их герцог Бургундии ко мне или нет, не важно, не отреагировать он не сможет, по любому это его подданные. Да ещё и целый виконт среди них. Сказаться больным и не встречаться с ними? Тоже не выход. Ведут они себя нагло и вызывающе и если их просто отпустить, то ославят графа фон Марка, как труса и тогда желающие покуражиться сюда пачками будут слетаться. Нет, придётся их принять. И если что, то вешать. Именно вешать. Смерть позорная, не для благородных. С герцогом может и поссорюсь, но зато разные придурки тысячу раз подумают, прежде чем соваться в моё графство. На этом и остановились.
Выслушал их доклад о делах в графстве. Вроде всё нормально. Все наши предприятия работают с полной отдачей. Нигде никто не бунтует. Ирма шпионов ловит и вешает. Недавно приходил неф аж из Венеции. Продать ничего не продали — а зачем нам здесь специи и шёлк по бешенной цене? Но долго всё вынюхивали по кабакам, а потом ушли вверх по Рейну. Ещё, кстати, не возвращались. Уже, похоже, и не вернутся, останутся зимовать в империи. Хорошо хоть не у нас — очень уж пронырливые. Очень хотели посетить Линдендорф, но их не пустили. Понятно же, что не торговать пришли — не ходят к нам венецианцы, разнюхивать. Пока разнюхивать, а потом и до гадостей разных дойти могут. Италийцы, особенно венецианцы и генуэзцы, в этом большие доки. Отравить кого или кинжал в спину воткнуть — это у них любимое занятие. А венецианцам меня любить не за что — специй и шёлка я вожу всё больше и больше. Полностью удовлетворить спрос северной Европы я по любому не смогу, но кусочек прибыли я у них отгрызаю. И с каждым годом этот кусочек становится всё больше и больше. Но достать здесь меня им очень не легко, слишком уж далеко мы от них.
Потом я рассказал о своих приключениях. Оба охали и ахали, но вывод сделали один — выпускать меня из графства больше нельзя. Убьют рано или поздно. Ирма даже небольшую истерику устроила, со слезами и заламываем рук. В её слёзы я, конечно, не поверил — не может «железная» Ирма слёзы лить. Но переживала она за меня вполне искренне. Хотя, больше всё-таки за себя. Как и Гюнтер. Понять их можно: если со мной что случится, то графству и им тоже, моим ближникам, конец. Разорвут на клочки мгновенно. Малолетний наследник никого не остановит. Заверил их, что больше никаких авантюр, буду сидеть дома и наслаждаться семейной жизнью. Естественно, ни их, ни себя не убедил. Да и не очень я к этим приключениям стремился, выхода просто не было.
Пока мы беседовали за столом, прошло довольно много времени. Пришёл один из охранников и доложил, что у ворот стоят три рыцаря и просятся на приём к его сиятельству.
— Элдрик, иди встреть и проводи их сюда. Да, нагони на них побольше жути. Если будут взбрыкивать, то примени силу. Но не убивай. Разоружи, поколоти слегка и выкинь за ворота.
— Поколотить? Рыцарей? — удивился тот на мои слова.
Ну, да, убить рыцаря можно, но поколотить? Как простолюдина какого-то? Это такой позор, который даже кровью обидчика смыть невозможно.
— Ну, если кто-то ведёт себя не по рыцарски, то и не рыцарь вовсе. К такому и отношение не рыцарское. И пришли сюда десяток мушкетёров, что выглядят поприличней.
Потом мои охранники вынесли из залы стол и поставили моё кресло у стены, напротив входной двери. Ну, не было в доме приёмного зала, маленький он. Но мне хватает и я разными глупостями раньше не заморачивался. Но не принимать же посланников за обеденным столом? Они мне не друзья и сажать их за свой стол не собираюсь.
Сел в своё большое кресло, рядом, на стульях расселись Гюнтер с Ирмой. За спиной у нас охранники. Вдоль стен справа и слева стоят мушкетёры. Чтобы перестрелять придурков, если будут наглеть и охранников хватит, но надо же пыль в глаза пустить.
Сидим, ждём.
Если кто желает обсудить прочитанное или высказать своё 'фи" (что нежелательно), моя страничка в Телеграмм: Korneev Yury.
Глава 15
Привели посланников. И чего на них грешили? Спокойные и вежливые люди. Правда с ужасом поглядывают куда-то мне за спину. Обернулся. Там стоит Элдрик и поигрывает своим пистолетом, здоровенной дурой с локоть длиной. И вид у него совсем не куртуазный, с такой рожей только караваны на дорогах грабить. Ага, понятно: рыцари, конечно, смелые и довольно безбашенные ребята, в бой идут не задумываясь, но именно что в бой, а когда тебя собираются просто пристрелить и ты даже меч обнажить не успеешь — это напрягает. И заставляет
