Читаем без скачивания Авдотья и Пифагор - Иосиф Гольман

И ровно в этот момент, минута в минуту, рядом с воротами отворилась калитка. Из нее вышла Дуняша в роскошном голубом тренировочном костюме, кроссовках и шапочке. Даже без куртки.

Из аксессуаров имелась лишь крошечная непромокаемая сумочка на груди, куда бегающие трусцой кладут всякие вкусности или ключи.

Пиф изловчился и со своего водительского места распахнул пассажирскую дверцу, Дуняша села в машину.

Из будки охраны вышел здоровенный малый, пристально уставился на авто и его пассажиров. Водитель не стал искушать судьбу, нажал на газ и рванул по рокадным дорожкам в сторону Минского шоссе.

– Загранпаспорт не забыла? — спросил Пиф у Дуняши.

– Здравствуйте, — сказала Дуняша.

Она не язвила. Она здоровалась.

– Здравствуй, милая, — сердечно приветствовала ее Лия Александровна. — Очень рада тебя опять видеть, — с упором на «опять» сказала она.

– Я вас тоже, — искренне ответила Дуня.

А Пиф ничего не сказал, только взял правой рукой левую руку девушки.

Правда, тут же и отпустил — автомат на этой модели «ВАЗа» не предусмотрен. Но, выехав на шоссе и переключив передачу на прямую, Пиф снова завладел Дуняшиной рукой.

Потом притянул к губам, нежно поцеловал и произнес:

– Перед лицом неба и свидетелей предлагаю тебе выйти за меня замуж.

– А ничего, что я уже замужем? — невесело усмехнулась Дуняша.

– Это недоразумение, — важно ответил Пиф. — Мы исправим его на острове.

– Да уж, у вас там можно все. — Теперь ее улыбка стала повеселее: Дуняша из последних разговоров с Пифом многое знала про чудо-остров. — Раз ты министр здравоохранения.

– И вице-губернатор, — добавил Пиф. Совсем недолго он на этой должности, но уже требует не забывать все регалии.

Только выехали на Минское шоссе — даже разогнаться не успели, — тормознул мент. Толстый, краснолицый — короче, в образе. Зачем-то потащил с собой на пост.

Пиф слегка сдрейфил — неужто Марат так оперативно сработал? Это был бы худший вариант развития событий. Оказалась — рутинная проверка. Капитан пробил данные авто по компьютерной базе: «Жигули»-классика — наиболее угоняемая в России модель. Затем пристально изучил Пифову свежевыписанную доверенность, внимательно, под лампой, рассмотрел печать нотариуса — чуть ли не носом понюхал. И, записав данные в компьютер, отпустил Светлова с миром.

Пиф, вырвавшись на оперативный простор, поддал газу, благо погода была солнечная и сухая.

Некоторое время спокойно ехали — теперь по Минскому шоссе, в сторону Белоруссии, — с удовольствием разговаривая ни о чем. Причем удовольствие получали все, кроме, пожалуй, Вовчика — ему уже начинало надоедать сидение на одном месте.

– Так что насчет загранпаспорта? — наконец вспомнил Пиф.

– С собой, — дотронувшись до сумочки, которая так и висела на шее, ответила Дуняша. — Виза вроде действительна. Мне на год давали.

Пиф не стал уточнять, куда она ездила. И так знал.

Марат заканчивал обучение в Лондонской школе экономики и пару раз брал с собой жену.

Странно, но Пиф, будучи во всех отношениях нормальным мужчиной, не ревновал Дуняшу к ее прошлому. Может, потому что слишком долго ее добивался? А потом, если бы они с Маратом не ездили вместе в Лондон, что бы это меняло?

Уже минут через пять Вовчик заныл, что хочет есть.

Остановились в дорожной кафешке: в таких местах давно кормили вкусно и без скрытых проблем. В подтверждение всю дорогу перед кафешкой заняли длинные фуры международных перевозок — дальнобойщики где попало не питаются.

Пиф изловчился и, втиснувшись промеж двумя огромными «МАНами», встал между второй фурой и придорожным кюветом. Конечно, водитель грузовика помянет его недобрым словом, но, в принципе, выедет без проблем, главное — поглядывать в боковое зеркальце.

Идея Пифа была простой: он любил в дороге постоянно видеть свою машину — она становилась главным инструментом в организации дерзкого побега. Впрочем, фраза построена неверно. Своей машины у Пифа никогда еще не было. Права получил в институте, а опыт — управляя этой самой «четверкой»: после затяжных операций доктор Балтер бывал иной раз полностью обессилен. Вот тогда он отправлялся не в бассейн, а к месту ночлега, и за руль садился верный оруженосец Пиф.

Кстати, Пифу удалось посидеть и за рулем балтеровской заряженной «Субару». Однако после очередного развода с очередной женой (и традиционного для любвеобильного доктора безвыигрышного раздела имущества) Балтеру пришлось временно пересесть на автомобиль отечественного производства.

Они поднялись по ступенькам, прошли в полупустой зал — там сидело буквально человек пять (зато их машины заняли метров сто обочины). Вовчик уткнулся в меню. Мальчишка был смышленый, бегло читал, причем не только ресторанные меню. Они с Лией Александровной нашли общий язык, даже пересказывали друг другу любимые литературные произведения.

Женщины пошли в туалетную комнату, а Пиф глянул в окно, чтобы убедиться, что с его любимой на данный момент «четверкой» все в порядке. Краем глаза увидел пронесшийся на бешеной скорости черный «Гелендваген». Показалось, что за рулем — мощный силуэт Ивана Озерова, а на пассажирском месте — хищный профиль Марата.

Пиф аж вздрогнул, но тут же взял себя в руки.

Во-первых, если бы это был младший Кураев, они бы не пронеслись мимо: охранник поселка наверняка обрисовал транспортное средство. Видеокамера на воротах также наверняка подсказала госномер. А во-вторых, Пиф давно готов к любому раскладу.

14

Марат разминулся с Дуняшей буквально минут на десять.

Он встал рано, мучимый вчерашними воспоминаниями. Жена никак не упрекала его за неприятный вечерний эпизод, но Кураеву-младшему было не по себе. С одной стороны, сама виновата: муж после долгого отсутствия захотел соединиться с молодой супругой. Что в этом странного или неправильного? С другой — она реально сопротивлялась. И если честно (а какой смысл врать самому себе?), то вечерний эпизод мало чем отличался от того, предсвадебного, и Марат не был уверен, что на этот раз его быстро простят.

Вот почему он решил помочь процессу.

Лучшие друзья девушки, как известно, — бриллианты. Он съездил в «Барвиху-вилладж» и приобрел очень недурной комплект. В конце концов, повинную голову меч не сечет. Особенно если обладатель головы принесет любимой все эти сверкающие штучки.

Домработница сказала, что Дуняша вышла на пробежку. Это было на нее не очень похоже. Дуняша, как все дамы, искренне считала себя излишне полной и постоянно собиралась то сесть на диету, то заняться спортом, однако дело обычно заканчивалось покупкой спортивного костюма или тренажера.