она сразу же вернулась домой.
— Она ещё утром жаловалась, что плохо себя чувствует.
Угу, а мне забыла сказать.
В голове у меня созрел план, но, чтобы его осуществить нужно было как — то отделаться от всех своих рьяных защитников.
Где искать Леру, я догадывалась. Я не видела её с того самого вечера, как её изгнали из-за нашего стола. О моём происхождении знающие помалкивали. Слухов ходило много, не очень полезных для моей репутации, но Лера в любом варианте выглядела проигравшей. И этого её гордость вынести не могла.
Из случайной болтовни в коридоре, я узнала, что она отсиживается в лазарете.
То, что она в курсе планов своего папочки я не сомневалась. Ведь именно от госпожи Лейн, а не от господина передали Коре камень-мишень. Но она не знает, чем всё закончилось и, скорее всего, празднует победу.
У самой Леры отличное алиби. И, если у меня получится использовать фактор внезапности, она просто должна выдать себя, и тогда я потребую, чтобы она вернула Коре эту хангову клятву.
Зачем мне это? Наверное, потому, что я ненавижу принуждение. А ещё потому, что не верю я, что Кора дала её добровольно. Уверена, сначала на неё наложили какое — то заклятие.
Мои стражи довели меня до комнаты. Естественно, просто так меня внутрь не запустили. Первым вошёл инспектор и обследовал помещение на предмет магических ловушек. Затем Керн. Вот от него я бы под кроватью не спряталась. Он залез, по — моему, в каждую щель, заглянул за каждую шторку и гобелен. Под кровать он разумеется не поместился бы, с его-то плечами, но помог Рэйнер. Просто переставили тяжеленное дубовое ложе с места на место и, убедившись, что там никто не спрятался, вернули обратно.
Я невольно фыркнула, представив себя в виде распластанной ящерицы в этом ненадёжном убежище.
Мои планы чуть не сорвались. Крейн поставил двух гвардейцев у двери моей комнаты. Хорошо хоть снаружи.
Наивные люди эти мужчины, они ничего не знали о моём детстве, проведённом на деревьях. А тут всего лишь второй этаж и отличный раскидистый вяз прямо напротив. Он мог бы уже и внутрь комнаты залезть, но толстую ветвь предусмотрительно отпилили, прямо на уровне подоконника. Плёвое дело. По этому дереву уходила гулять Несси, а чем я хуже? Тем проще, что на мне по-прежнему костюм наездника, а не платье.
Под окнами никого не было, большая часть адептов и преподавателей всё ещё не вернулась, и я без труда покинула жилое крыло.
По фруктовому саду я пробиралась более-менее осторожно, а в здании факультета целителей расслабилась. Здесь моим заботливым стражам точно нечего делать. Коридоры порадовали меня пустотой, всего-то пара слуг и попалась. Им было безразлично, кто я такая, а дорогу в лазарет они в отличие от меня знали.
Пара вопросов, одна лестница и три поворота, и я у цели.
Меньше всего Лера походила на больную. Она, конечно, возлежала на подушках, но даже здесь в одном из своих парадных платьев, и с волосами, собранными в высокую красивую причёску. А рядом, спиной к дверям, двое.
Эффект превзошёл все мои ожидания. Лера подпрыгнула на кровати с громким криком, её посетительницы обернулись.
Вот же они остроносые туфельки, теперь я узнала и их резко побледневшую владелицу:
— Добрый день, магистр Крейра. Вижу, вы не ожидали увидеть меня. Мне бы хотелось поговорить с госпожой Лейн наедине.
Я покосилась на Кору. Мне показалось, или в её глазах мелькнула радость?
Лера уже взяла себя в руки. Томно откинулась на подушки:
— Выйдите обе. Подождите за дверью.
Вот уж, кто достоин быть императрицей, столько властности в голосе.
Магистр Крейра… Магистр! с низким поклоном попятилась к двери, повинуясь адептке. Что происходит? Что у них за отношения?
— Итак?
Сейчас Лера напоминала госпожу, а я скромно стоящую перед ней служанку. Надо же, как она умеет. Ни за что мне такому не научиться. Я усмехнулась. Ну мне — то наплевать, навытяжку я стоять не буду.
Я развернула ближайший стул и села.
— Итак, — начала я, чуть запнулась и перешла на ты. — Увидеть меня снова ты не ожидала.
Лера хмыкнула, демонстрируя полное самообладание:
— Я вообще не ожидала, что ты захочешь навестить больную. Ты не входишь в число моих подруг.
— Разве тут были подруги? Не вассалы?
Я попала в точку. Поведение магистра было настолько необычно для преподавателя, что я наугад предположила, что она действует тоже под каким — то заклятием. Сейчас красивые черты Леры сложились в мордочку разъярённой крысы. Ненависти во взгляде было столько, что воздух в лазарете, казалось, уплотнился.
— Я так понимаю, именно магистр Крейра сорвала Коре тестирование? А потом добыла артефакт воздуха, и передала ей, велев вшить в мой пояс.
— Не докажешь.
— Да мне и не надо. Достаточно того, что твой отец арестован.
— НЕТ! Ты лжёшь! Раз ты жива, никто ничего не применял.
— Извини, Лера, но покушение было неудачным. Второе кстати. У меня предложение. О твоём участии пока никто не подозревает. Верни Коре клятву, и я просто промолчу. Возможно, тебе удастся остаться в стороне.
Лера задумалась. Бросила на меня мрачный взгляд исподлобья.
— Зачем тебе это ничтожество? Она добровольно мне присягнула.
— Значит ты обманула её, вряд ли она дала бы клятву, зная о последствиях.
— Ты всё-таки наивная деревенская дурочка, — усмехнулась Лера. — Чтобы Кора была верна тебе, не стоило скрывать, чья ты дочурка. Она бы не побежала по приказу Крейры ко мне на поклон, а вылизывала бы пол под твоими ногами. Но ты постеснялась, да? Забирай свою верную подруженьку. Мне эта бестолочь больше не нужна.
Лера выпрямилась и крикнула:
— Асхашшш… Эй вы двое, сюда.
Вполоборота я наблюдала, как они приближаются, отмечая, как похожи их взгляды, обращённые на хозяйку, и в душе моей поднималась волна ярости. Разве можно превращать человека в бездушную скотину? Жаль, что я пообещала Лере молчать о её преступлении. В тот момент я ещё не видела глаз её вассалов.
— А не хочешь спросить, — прошипела Лера, и я повернулась к ней, — как мне удалось подчинить магистра? Ты ведь не считаешь меня сильным магом.
— Артефакт? — догадалась я. — Такие тоже есть?
— М-да, ты не совсем дура, но и не умная, раз рискнула прийти сюда одна. Асхашшш! Взять её!
Четыре руки вцепились в мои плечи и локти, пригвоздив меня к стулу. Я было дёрнулась, но силища у этих двоих была далеко не женская и даже не мужская. Мои руки словно в камень вросли.
— Не освободишься, — улыбнулась
