дух, она даже не заметила, что в пылу речи перестала дышать.
– Мы положили начало мирным переговорам с принцессой Сацуки – единственной наследницей императора и будущей императрицей Хиношимы, – Мико жестом подозвала Сацуки, которая слушала разговор, прячась у дверей в тени Инугами. Они встали рядом, и Мико взяла её за руку. – Объединившись, мы сможем закончить вражду, которая началась из-за общего страха, непонимания и тысячелетний разлад…
Чем больше Мико говорила, тем больше дрожала, но не от страха, а от чувств собравшихся на площади. Нити, которые протянул между ней и островом Дух Истока, стали ощущаться явственно и ярко, как это прежде было во сне. Столько глаз разом смотрели на Мико, столько сердец слушали её слова – теперь они сами тянули к ней нити своих душ. Мико почти видела их – объятые голубым свечением, налитые жизнью и верой. И неверием. Радостью и страхом. Любовью и неприязнью. Пламенные слова, что слетали с её уст, смогли убедить лишь половину тех, кто пришёл за ответами. Они пришли за чудом Девы Истока, за посланницей Духа острова, а встретили всего лишь человеческую девчонку, решившую их заболтать. А возможно, просто использовать в своих целях, как это прежде делала Рэй. Многие попросту не верили ни единому её слову.
Мико замолчала, перебирая взглядом нити. Одни согревали её, другие – причиняли боль. Она не могла дотянуться до их сердец, но знала, кто может.
В голову ей пришла безумная мысль. Во снах она научилась выбирать нити, по которым ходить, но что, если… Мико провела пальцами по видимым только ей нитям, и вслед за этим касанием по толпе пробежал удивлённый возглас. Они почувствовали. Но не это было нужно Мико. Она быстро сплетала нити в одну, чтобы дотянуться до единственного существа, которое могло ей помочь. Крепко обхватив получившуюся нить, Мико позвала.
Свет сотен нитей наполнил её, а в следующий миг Мико помчалась по ним и вдруг увидела саму себя глазами собравшихся на площади. Глаза наполнились голубым сиянием, осязаемые теперь нити обвили руки и ноги, вплелись в волосы, сделав их похожими на сияющие оленьи рога. А потом маленькое тело Мико, словно щит, окружили гигантские полупрозрачные рёбра, следом за которыми сплелась над толпой голова Духа Истока.
Площадь восторженно выдохнула. И чем больше становились их восхищение, трепет и страх, передаваясь Мико, тем ярче сиял Дух. Запрокинув голову, он взревел и исчез, рассыпавшись тысячами белоснежных лепестков сливы. Толпа закричала, Мико выбросило обратно в своё тело, и она покачнулась, едва не упав, но Сацуки, которая всё ещё стояла рядом, незаметно подхватила её под локоть.
– Да здравствует Дева Истока! – крикнула Кёко, вскидывая в воздух кулак. И толпа тут же закричала в экстазе. Они все почувствовали его – почувствовали Духа. – Вместе мы остановим Рэй! Вместе мы вернём наш дом!
Мико поклонилась собравшимся, и те незамедлительно поклонились ей в ответ. Оставив Кёко и Акиру приводить бушизару и Инугами в чувство, Мико вернулась в замок.
– Всё хорошо? Ты очень бледная, – обеспокоенно спросила Сацуки, провожая Мико к очагу.
Всё было совсем не хорошо. Голова кружилась, сердце вырывалось из груди, перед глазами плясали красные мушки, но Мико не подавала виду.
– Справлюсь. – Мико села на подушку, и к ней тут же подскочил акасягума с чашкой воды.
– Это было потрясающе! Я не знала, что ты так умеешь!
Мико усмехнулась.
– Не умею. Если честно, я вообще не думала, что получится… – Она глотнула воды, но по спине пробежала волна дрожи, и Мико закашлялась, согнулась пополам, прикрываясь рукавом.
Сацуки заботливо похлопала её по спине и взяла из рук чашку, чтобы вода не расплескалась.
– Подавилась?
– А… да. Я… – Мико осеклась. На рукаве, которым она прикрывалась, появились тёмные пятна крови. Мико провела пальцами по губам – подушечки окрасились красным. Рука задрожала, и Мико поспешно сжала её в кулак, в глазах потемнело, уши заложило. То ли от последствий призыва Духа, то ли от ужаса, сковавшего Мико.
Сацуки испуганно выдохнула, тут же раздобыла где-то полотенце и села рядом с Мико.
– Никому не говори, – сказала Мико, схватив её за запястье. – Не сейчас.
В глазах Сацуки читались беспокойство и несогласие, но она всё же кивнула.
Мико с облегчением выдохнула и принялась вытирать кровь. Всё хорошо. Всё будет хорошо. Ничего страшного не случилось. Это просто кровь. И скоро всё закончится. Ей просто нужно продержаться ещё совсем немного.
Глава 48. Гинмон
Мико поглаживала покрытый лаком клюв маски тэнгу. Казалось, что прошла целая вечность с той ночи, когда Райдэн подарил её. Ещё одна маленькая вечность прошла с того дня, как Мико надевала её в последний раз. Сейчас у неё не было нужды прятаться – её окружали верные друзья и сотни воинов, веривших в неё настолько, что были готовы расстаться с жизнью, лишь бы защитить Мико. Она пробежалась пальцами по гриве из нежных перьев на кромке маски. Мико хотела её надеть, чтобы пройти этот путь, став ближе к тем, кого вела за собой. Человек в ёкайской шкуре – кем со временем она и стала.
Кёко молча помогала Мико застёгивать доспехи. Недели подготовки и сборов прошли стремительно, как один большой бесконечный день. Мико успела привыкнуть к тяжести тонкой ёкайской брони, которую носили бушизару. Инугами, как и тэнгу, предпочитали обходиться без защиты, чтобы иметь возможность беспрепятственно превращаться в огромных псов и продолжать сражение.
Войска Райдэна уже были на позициях и ждали сигнала от тэнгу, который на днях прилетел вместе с Акирой. Он, когда войска проберутся в город, должен был нырнуть в брешь и сообщить тэнгу на той стороне, что бой начался.
Такая и Макото помогали с доспехами Сацуки. Она была бледна, но решительна. Они с небольшим отрядом должны были позаботиться о безопасности оставшихся в городе людей и по возможности спрятать их в туннелях под городом.
Акира улетел, чтобы отвести своих бушизару к бреши и заодно расчистить путь, если Рэй оставила в тех местах защитников. Но змея, похоже, была достаточно уверена в своей неуязвимости, потому что соглядатаи Акиры никого в окрестностях бреши не заметили.
Когда с доспехами было покончено, Мико выдохнула и надела маску. Улицы Небесного города заполнили ёкаи – они провожали воинов, которые бесконечной вереницей покидали город и хотели попрощаться с Девой Истока.
Мико так и не полюбила поездки верхом, поэтому шла по улицам вместе с пехотой. Она ощущала на своём
