три недели в качестве моего друга.
Я думал, что она сломается, но нет, Лила была жестокой, чем я очень восхищался в ней.
Она подключила наушники и вернулась к своему учебнику. Ее блокнот был заполнен уравнениями, поскольку она снова и снова отвечала на практические вопросы. За последние несколько недель я узнал кое-что о Лиле:
Она была перфекционисткой.
Она хотела поступить в Гарвард и все еще ждала письма с подтверждением. С каждым днем она становилась все более тревожной, хотя изо всех сил старалась это скрыть.
Поскольку я получил футбольную стипендию, меня уже досрочно приняли в Гарвард.
Она очень любила своих бабушек и дедушек.
Она чертовски конкурентоспособна.
Через две минуты Лила сдалась. Она вытащила наушники и уставилась на меня. Я попытался стереть ухмылку с лица, но, черт возьми, это было тяжело, когда она была такой… милой.
— Я знаю, что ты поступаешь в Гарвард с футбольной стипендией, но разве твои оценки не должны быть такими же высокими, иначе ты можешь лишиться стипендии?
Я вышел из Tumblr, когда она разглагольствовала. Учебник и тетрадь лежали передо мной нетронутыми.
— Ага.
— Тогда почему ты не относишься к своим занятиям серьезно?
Ах, так она занималась моим делом. Я воздержался от того, чтобы закатить глаза, и вместо этого пожал плечами.
— Мне все равно.
— Значит, ты не против не играть в футбол после школы и потерять стипендию?
Это заставило меня остановиться.
Мне было наплевать на школу или Гарвард… но футбол был моим гребаным криптонитом. Подобно тому, как Лила была моим любимым наркотиком, сладким и чертовски вызывающим привыкание.
Я был MК — Мэддокс Коултер, безрассудный квотербек Беркшира и Казанова.
Но было что-то в Лиле, что удерживало меня… на земле. Это было не то чтобы плохо, но и не хорошо. Мне не нравилось, как она могла залезть мне под кожу, и мне не нравилось, как она могла так легко читать меня. Это заставило меня почувствовать себя… слабым, как в тот раз в шкафу. Она видела все, что я не хотел, чтобы кто-либо видел. И даже сейчас она видела меня насквозь.
— Это не имеет значения. Я в любом случае поступлю в Гарвард.
— Потому что твои родители купят тебе дорогу в Гарвард. Попался.
У меня голова закружилась от тона ее голоса. Она казалась… разочарованной. Во мне.
Мои родители входили в совет директоров Гарварда. Не имело значения, если мои оценки не были хорошими, я не собирался терять стипендию. Они бы позаботились об этом. В конце концов, это было все, что они когда-либо делали для меня. Оплатить мой путь через Беркшир, бросить мне чек, подарить шикарную машину на день рождения, хотя на самом деле они никогда не присутствовали в этот день… для них все это было материалистично. Гарвард ничем не отличался. Может быть, оплата моего поступления в Гарвард напомнит им, что у них действительно есть сын.
— Ты поступаешь в Гарвард благодаря своим родителям. — Она сделала паузу, бросив на меня взгляд, изучая меня. — Как насчет того, чтобы хоть раз в жизни не зависеть от денег и репутации своих родителей. Почему бы тебе не сделать это для себя? Самостоятельно. Через твою собственную тяжелую работу и неудачи… и успех благодаря твоим собственным заслугам.
Ее глаза впились в мои, глядя… вглядываясь в мою душу.
Моя челюсть сжалась, а мышцы на щеках дернулись.
— Спасибо за ободряющую речь, Гарсия. Мне нужно медленно хлопать в ладоши?
— Все еще непримиримый мудак, — прошептала она. Лила на секунду задумалась, прежде чем наклониться ближе, ее лицо было всего в дюйме от моего. — Попробуй…
Сбитый с толку, я рассмеялся.
— Что?
Лила не смеялась. На самом деле, я никогда не видел ее более серьезной. Выражение ее лица заставило меня капитулировать, и мой смех превратился в приступ кашля, пока она терпеливо ждала.
Когда я прочистил горло, она высоко вздернула подбородок и бросила на меня еще один свой взгляд «я-серьезно-прямо-сейчас».
— Я бросаю тебе вызов поступить в Гарвард самостоятельно, чтобы сохранить стипендию без помощи родителей.
Я моргнул.
Еще раз моргнул.
Она шутила, да?
— Да. Придется попотеть, Коултер. — Лила остановилась и притворно вздохнула. — Ой, подожди… не говори мне, ты трусишь? Собираешься потерять этот вызов? Пф, так разочаровывает. На секунду я подумала, что Мэддокс Коултер никогда не откажется от вызова.
Она подстрекала меня, ожидая реакции.
Черт возьми.
Она получила меня.
Лила получила ту реакцию, которую хотела.
Я схватил ее за шею и приблизил ее лицо к своему. Ей пришлось наклониться вперед, половина тела склонилась над столом. Ее губы разошлись в безмолвном вздохе, а глаза потемнели.
— Я принимаю этот вызов.
Ее губы дрогнули, и она ухмыльнулась. Да, я определенно ей нравился. Мисс Перфекционистка превратилась в дьяволицу.
— Удачи, потому что тебе вот-вот надерут задницу. Первый уровень этого вызова, ты должен пройти этот тест по математике.
— Легко, черт возьми.
— Действительно? — Она подняла бровь, совершенно не убежденная.
— Я гений, Сладкая Щечка.
Мало ли она знала…
Она склонила голову набок, волосы упали на одно плечо. Лила выглядела поллюцией во сне, какой она и была — сексуальной, чертовски умной, смелой и страстной.
И моей подругой.
Мой член сожалел об этом и умолял о пощаде.
Проклятье.
Она одарила меня сладкой улыбкой.
— Игра началась.
* * *
Четыре часа спустя Лила закрыла учебник. Она откинула голову на спинку стула и потянулась, тихий стон сорвался с ее губ. Я не знал, как она это сделала, но Лила за эти четыре часа едва позволила себе глотнуть воздуха. Ее глаза едва отрывались от учебника.
Я закрыл свой блокнот и стал изучать свою маленькую подругу.
— Готова пойти домой?
— Да, я устала. — Она сложила свои вещи в сумку через плечо и встала.
— Ты позволишь мне подвезти тебя на этот раз? — спросил я, хотя уже знал ответ.
Лила остановилась.
— Нет.
Я не настаивал, потому что тот день, когда она проиграла мне, все еще был ярким воспоминанием в моей памяти. Она запаниковала, когда я попросил ее сесть в машину; Я видел это в ее глазах, на лице и в том, как дрожало ее тело.
Мои кулаки сжались по бокам. Вопрос был на кончике моего языка, когда ее губы скривились.
— Автобус будет здесь через десять минут. Ты можешь уйти сейчас, если хочешь.
Я встал рядом с ней, и мы вышли из библиотеки.
— Я подожду.
Потому что…
Просто… потому что.
Мы ждали на автобусной остановке. Лила вздрогнула, и я услышал, как стучали ее зубы от холода.
— Лила, — начал я.
— Хм?
Мои губы разошлись; Я подошел, чтобы задать вопрос, который давно уже горел во мне, но не смог составить предложение. Лила подняла голову и ждала.
— Ты отказываешься садиться в машину… это из-за аварии?
Лила скорчила мне гримасу, и я тут
