но мы-то с вами знаем истинные причины. Кстати, генерал, я слышал, что один из ваших людей, участвовавших в атаке на мост, смог выжить и уйти от преследования. Как ему это удалось?
— Он сильный морф с хорошо развитыми личными способностями, — неохотно ответил Трембицкий. — Наш агент вовремя сориентировался в ситуации и предпочел отступить, чтобы донести до нас информацию о случившемся. Именно благодаря ему мы знаем многие важные детали этого инцидента.
— Рад, что вы не потеряли столь ценного агента, — нейтрально произнес лорд Уильямс, продолжая всматриваться в завесу дождя.
Из-за ближайшего перелеска раздался резкий свисток паровоза, и спустя минуту к покрытому лужами перрону медленно подошел состав, состоящий из двух вагонов с охраной и двенадцати открытых платформ, на которых под мокрым брезентом угадывались угловатые силуэты средних танков Mark.VIII «Кромвель».
Глава 6
Полковник Хаг сидел в расслабленной позе на диване в своей каюте и без всякого энтузиазма смотрел на развернутую в её центре тактическую голограмму, отображавшую обстановку в космосе вокруг его крейсера.
То, что командование не захочет мириться с действиями третьей силы, уничтожившей отправленные в закрытую зону разведывательные корабли, полковника совершенно не удивило. Однако на столь агрессивную реакцию он всё же не рассчитывал. Судя по количеству кораблей, прибывших в окрестности системы аборигенов, и Республика, и иншеры собирались предпринять что-то очень масштабное.
Уже сейчас на некотором удалении от границ закрытой зоны собралась эскадра из четырех линкоров, пятнадцати крейсеров и почти полусотни легких кораблей, включая эсминцы, корветы и разведчики. И это если считать только корабли Республики.
Иншеры тоже не бездействовали. Их группировка ежедневно пополнялась прибывающими из-за барьера отрядами кораблей-конструктов, и к текущему моменту она ничуть не уступала эскадре генерала Курга по боевой мощи.
Обе стороны держались на почтительном расстоянии друг от друга, следуя давней привычке не доверять потенциальным противникам, но между штабами эскадр шли постоянные переговоры и консультации. Впервые за сто пятьдесят лет обе цивилизации готовились к масштабной совместной операции.
Хагу происходящее совершенно не нравилось. О третьей силе, внезапно проявившей себя в системе аборигенов, ни Республика, ни иншеры не знали практически ничего. Хуже того, её корабли до сих пор оставались невидимыми для сканеров и конструктов наблюдения, а значит, никто в высоких штабах понятия не имел, какая сила на самом деле будет противостоять объединенному флоту, продолжающему концентрироваться у границ закрытой зоны.
Впрочем, полковник видел, что командование не торопится, и это несколько примиряло его с происходящим. Он понимал, что генерал Кург и герцог Ватах чего-то ждут и, скорее всего, это что-то вскоре прибудет в окрестности системы аборигенов. На взгляд Хага, начинать операцию, не решив проблему непробиваемой маскировки кораблей противника, было бы преступной авантюрой, и он надеялся, что командующие эскадрами Державы и Республики ждут прибытия неких новейших систем сканирования и конструктов наблюдения, которые позволят хотя бы частично ликвидировать это преимущество их нового общего врага.
* * *
В столицу герцогства мы в этот раз всё-таки не попадаем. Через неделю после инцидента с мостом через Дон граф Волжский оглашает нам новый приказ, поступивший от герцога Клещеева, и мы поворачиваем строго на запад. Положение на фронтах в очередной раз резко осложнилось, и теперь нам предстоит присоединиться к армиям графств, принявших на себя удар нового противника — объединенных сил балканских княжеств. Османы пока держат нейтралитет, но почти все остальные юго-западные соседи Русской Империи решили присоединиться к шляхтичам и северянам, поддержанным бритами и франками. В общем-то, вполне ожидаемо. У меня и не было особых сомнений в том, что они захотят поучаствовать в разграблении земель восточного соседа, дела которого откровенно плохи.
Продвигаемся мы довольно медленно. Увы, предотвращенная нами диверсия оказалась далеко не единственной подготовленной противником операцией, направленной на уничтожение критически важной инфраструктуры Русской Империи. Через две реки нам всё же пришлось переправляться с помощью плотов и собранных по всем ближайшим окрестностям крестьянских лодок. А с учетом того, что одной из таких водных преград оказалась достаточно широкая в этих местах река Кальмиус, времени на переправах мы потеряли довольно много.
Деревни и поселки сменяют друг друга. Здесь они расположены чаще, чем в наших краях — чувствуется, что мы приближаемся к центральным областям империи, хотя до них ещё, конечно, далеко, да и движемся мы теперь не к центру, а опять к границе, только на этот раз к юго-западной.
Тапар и Кан регулярно снабжают нас информацией о ситуации на фронте. Собственно, непрерывной линии боевого соприкосновения нет. Бои идут за дороги и населенные пункты. Картины нашим воздушным разведчикам открываются довольно мрачные. Более или менее неплохо у армии Русской Империи дела обстоят только на северо-западе, где продвижение противника удалось практически полностью остановить примерно в сотне километров от границы. Правда, и этот относительный успех, скорее всего, лишь временный. Неудачи в центре и на юге заставляют императора перебрасывать войска с севера на направления, где положение становится всё более угрожающим.
Понятно, что графы, виконты и бароны северо-западных земель отдают своих бойцов очень неохотно и стараются отправлять в имперскую армию только новобранцев во главе с наименее опытными офицерами, оставляя лучших бойцов себе. Такое пополнение зачастую не может даже нормально выдержать длительный марш в условиях плохой погоды, теряя значительную часть личного состава заболевшими.
У нас, к слову, происходит то же самое. Погода, правда, заметно теплее, чем на севере, но ветры и постоянные дожди тоже не способствуют хорошему самочувствию бойцов армии графа Волжского. Накапливается усталость, заболевают люди, ломается техника, а приказы из столицы герцогства продолжают гнать нас вперед.
Ещё через два дня из штаба приходит совсем уж истеричное распоряжение. Казимиру Волжскому приказано разделить армию на две неравные части. На основе наиболее мобильных подразделений создать боевую группу численностью не менее двадцати процентов всех войск и отправить её ускоренным маршем к Днепру, куда вот-вот выйдут передовые части балканских княжеств, усиленные бронетехникой и отдельными частями франков.
— Франки — это очень плохо, — мрачно сообщает нам граф Волжский, огласив приказ герцога. В данный момент Королевство франков — самое могущественное государство бывшей Европы. Они подмяли под себя все территории к западу от границ Королевства Польского и балканских княжеств и почти до Пиренейского полуострова. Даже Апеннины уже под ними с недавних пор. Если они впишутся в эту войну по-настоящему, нам будет очень непросто.
Насчет «очень непросто», это граф предельно корректно выразился. По лицам присутствующих на совещании баронов и виконтов я вижу, что
