часов. Для берлоги отвёл четыре часа, на изготовление кирпичей – три. Дровами предположил заниматься тоже не менее трёх часов, учитывая дальние расстояния и большую трудоёмкость этого вида работ. Учёл и необходимость периодического обхода участка, и обязательную охоту. На эту тему отвёл всего два часа, поскольку она будет выполняться одновременно с предыдущей…
Пока не начнётся производство кирпичей, их время лучше расходовать на котлован и заготовку дров для обжига.
Никуда не денешься, но время необходимо и для зарядки организма калориями. Не меньше трёх часов из шестнадцати «поглотят» завтрак, обед и ужин: ведь надо ухитряться из чего-то их готовить. Оставшийся час уйдёт неизвестно куда: такое тоже часто случается.
Чтобы избежать разногласий между темами, допустил возможность увлекаться понравившейся на какое-то время работой, но только, если она входит в состав основных задач. Захочется наготовить много дров в ущерб другой теме, скажем, котловану, пожалуйста: потом ведь можно будет заниматься земляной работой, не оглядываясь на источник тепла и энергии. Этот вариант плох только тем, что котлован после этого придётся доделывать, не «отдыхая» доставкой или рубкой дров.
После грубого распределения времени между главными темами, надо было решить вопрос с очерёдностью.
– Что надо делать в первую очередь? – Задал Никита себе вопрос и, не задумываясь, ответил. – Конечно, строить берлогу, так как надо успеть закончить её до наступления сибирских морозов. Сделаю берлогу и буду иметь много времени на заготовку дров, охоту и всего, что нужно для более или менее нормальной жизни.
Вообще, – окунулся он вглубь основной темы, – «малогабаритную нору» без отопления можно построить спокойно и сравнительно быстро, но создание отапливаемой берлоги сильно усложняет задачу… Особенно при наличии ещё одной темы – четвёртой… или, точнее, первой. Занимаясь любым делом, надо снабжать желудок какой-нибудь пищей…
Это была очень несвоевременная мысль, поскольку решение её ещё не было найдено, и она только отвлекала от основных вопросов. Заглушив эту мысль, Никита возвратился к строительству.
– Главным сейчас – после добычи еды – поправился он – должен быть котлован. Это основа любой землянки, тёплой или холодной. Поэтому, с завтрашнего дня ежедневно, вплоть до проектной глубины, «на гора» должно выдаваться не менее половины кубометра грунта… В первое время даже больше, чтобы быстрее укрепить природный «конёк» и добыть материал для формовки кирпичей. Вначале достаточно только углублять котлован, но при появлении подходящей глины, следует начинать изготовление кирпичей. Количество их с каждым днём должно увеличиваться, так как крыша может быть закончена только после окончания кладки печки. Одновременно с углублением котлована необходимо наращивать его стены.
Никита удивленно оглянулся:
– Какая-то демагогия. Говорить и думать можно бесконечно, но время уйдёт, а дело с места не сдвинется. Рассуждать легче, чем копать или рубить дрова, а в моей теперешней жизни в пределах намеченных основных задач нужно постоянно чем-нибудь заниматься. Только тогда всё получится в минимальный срок …
Перед тем, как забраться в норку, отсчитал 6 ложек тушёнки и съел её с двумя галетами, которые размачивал в воде, а потом запил остывающим кипятком с четвертью плитки шоколада. Этого было очень мало – всего 850 ккал за весь день – около трети, или даже четверти необходимого минимального количества, но взять больше он не мог себе позволить: впереди был отдых и почти никакой траты энергии. Записав на бумажке подсчитанные калории, «полез» в норку спать.
Можно было бы сказать, что жизнь, наконец, уложилась в рамки спокойного однообразия, при намеченном чётком плане действий, если бы не постоянное чувство сильнейшего голода, которое часто заглушало все вопросы, кроме единственного – что бы поесть?
Когда Никита бежал от катастрофы, то почти не думал о будущем. Все помыслы были направлены на то, чтобы быстрее двигаться, а это вызывало необходимость снабжать соответствующие мышцы достаточным количеством калорий.
– О продуктах сейчас беспокоиться не стоит, – думал он тогда. –Добравшись до хорошего места, можно будет спокойно заняться охотой и обеспечить себя пропитанием… Для одного человека его много не потребуется.
После прибытия на первую стоянку, количество калорий, которыми через голодный желудок Никита заряжал свои мышцы и весь организм, было более чем недостаточно, и он с каждым днём всё больше худел и терял силы. Перебираясь к новому лагерю, он уже понял, что добыча пропитания не такое простое дело, но сумел перевезти свой «скарб», почти не тронув оставшийся запас продуктов.
Теперь надо строить жильё. Затрачивая много сил копать землю, делать кирпичи, готовить дрова для их обжига и для отопления в течение всей зимы. В это время тоже надо поставлять организму достаточное количество калорий. Без них ничего не получится. А где их брать? Использование запаса, оставшегося после бегства, Никита допускал только в самом крайнем случае, которым считалась неизбежная опасность голодной смерти. Еду, постоянно говорил он себе, обязательно надо добывать охотой…
В такой обстановке перед ним встал важнейший вопрос: прервать строительство, пустив всё время на охоту без полной уверенности в успехе, или продолжать строить, используя остатки продуктов, но сохраняя мечту о тёплом жилье и надежду на возможность добычи какой-нибудь еды. Оценив ситуацию со всех сторон, Никита принял рискованное решение:
– Буду строить, готовить дрова для обжига кирпичей и пытаться «охотиться». Рогатка работает, есть силки, которые давно пора приспособить к делу… В крайнем случае, истрачу один патрон… если найду в кого истратить. И понемногу буду пользоваться оставшимися продуктами. – Это решение, без успешной охоты, грозило голодной смертью на морозе, но в случае удачи обещало нормальную зимовку…
– Однако, глухари больше не попадались, животных, даже опасных зверей, которыми можно было бы поддержать жизнь, казалось, вообще, не существует.
– Может быть, действительно почти все погибли, и никого не осталось, – думал он, не встречая никаких живых существ, – а то, что до этого времени удалось добыть, было последним?.. Оставшаяся мелочь в виде небольших птичек, изредка пролетающих где-то далеко, или последних белок, кидающихся к вершинам, спасти не сможет.
– Ну а если кто-то появится, – несколько раз возвращался он к этому варианту, – без хорошего оружия и специальных приспособлений, как я смогу наловить такое количество, которое обеспечит выживание до лета? Ведь даже мышь я вряд ли смогу поймать. А за птичкой не полетишь, белку на дереве не догонишь, из рогатки в них в движении не попадёшь, а подождать они не желают.
«Оружие», которое у Никиты имелось, из-за отсутствия тренировок, освоено было плохо. А как его осваивать, если нет объектов? Пока надёжно действует только рогатка. В особых случаях можно надеяться на пику – он однажды убедился на что она способна… И на ружьё. Но патроны к ружью можно быстро израсходовать и тогда уже совсем надеяться будет не на что…
– Без знания основных приёмов охоты, невозможно обеспечить
