день:
– Быстро собраться и бежать за вещами, а потом заняться подготовкой к строительству землянки… По пути искать еду… Но, если появится настроение и позволит погода, можно будет «сбегать» и ещё раз, – сразу скорректировал он принятое решение.
Позавтракал, повторив порцию, которая была вчера на ужин. Хотел отрезать ещё кусок колбасы, но вспомнив, что сейчас предстоит идти «пустым», отложил добавку для обратной дороги.
Не прошло и часа, как он уже вышагивал по остаткам сохранившейся лыжни…
– Лучше всего кирпичи делать стандартными: 25 х 12 х 6 сантиметров, –продолжал Никита развивать вчерашнюю тему, внимательно всматриваясь вокруг, надеясь увидеть что-нибудь съедобное, чтобы успокоить желудок, который продолжали терзать ночные звери. – Если класть печку со сторонами в три кирпича, она снаружи будет квадратной: со сторонами восемьдесят сантиметров. В таком случае внутри останется свободное пространство площадью пятьдесят на пятьдесят сантиметров.
– А сколько потребуется кирпичей? – вдруг, вытащил Никита из закоулков памяти вопрос, мучивший его весь прошлый день на третьем уровне мозговых извилин. И принялся на ходу искать ответ: – В основании должен быть фундамент из глины толщиной двадцать сантиметров. На нем поддувало в два кирпича – ещё шестнадцать кирпичей и четырнадцать сантиметров высоты. Сама печь может состоять из шести рядов. Это пятьдесят четыре кирпича и сорок сантиметров высоты. Чтобы перекрыть верхнюю часть нужно пятнадцать кирпичей. Шесть штук добавить на формирование свода… Всего на печку необходимо изготовить девяносто кирпичей. Еще надо будет сделать колосники, толщиной пять-семь сантиметров. Общая высота печки составит около девяноста сантиметров.
– Перед кладкой, – продолжал Никита подсчет, – в стене вырезаю жёлоб, закрываю его снаружи от верха печки до крыши кирпичом в один ряд боком – на девяносто сантиметров потребуется восемь кирпичей. Вверху трубу выведу на один метр. Это пятнадцать рядов по четыре кирпича. Всего шестьдесят штук. И потребуется вылепить и обжечь какой-то козырёк над трубой, чтобы её не засыпало снегом.
Прошел десяток метров:
– Значит, потребуется 90+8+60=сто пятьдесят восемь кирпичей. Да на разные непредвиденные случаи: ещё тридцать. Итого сто девяносто.
И сразу загрустил:
– Ведь их надо сделать: отобрать подходящую глину, замесить «тесто», вылепить из него заготовки. А как их лепить?… Ладно, об этом потом… Для обжига расчистить площадку, где из готовых заготовок надо складывать решётку, с двух сторон которой разводить большие костры. Постоянно поддерживая в них огонь, эти заготовки надо жарить, жарить и жарить, пока не получатся «конфетки» не размокающие в воде. Сколько на это потребуется дней?.. Десять, двадцать? Смогу ли я делать по десять штук в день? Должен смочь. Двадцать дней – это слишком долго. Надо стараться делать больше… И начинать как можно скорее. Но для жарки нужно много дров. Где их брать? Когда?
Вдруг, Никита остановился. Показалось, что в кустах «что-то» зашевелилось. Затих. Присмотрелся. Как будто бы нигде, ничего не видно, но на всякий случай достал рогатку, «зарядил» и стал ждать. «Что-то» тоже ждало. Но не выдержало раньше его и перелетело на ветку – поближе. Хотело посмотреть на остановившееся нелетающее существо. Теперь до него оставалось не больше семи метров. Это было небольшое создание с перьями серого цвета, поблескивающими тусклой синевой. Никита натянул резину на рогатке, прицелился и «выстрелил». Птичка, пытаясь взлететь, неуклюже замахала крыльями и упала на снег.
Никита кинулся к добыче и успел схватить птичку раньше, чем у неё прошел шок. Есть!!! Он не стал разбираться, кто это и какой у этого существа будет вкус, а сняв рюкзак, положил туда добычу и ускоренным шагом двинулся дальше, чтобы скорее разложить костёр и немного успокоить желудок…
– Пожалуй, чтобы вылепить один кирпич надо потратить не менее двух минут, то есть только на лепку уйдет больше шести часов непрерывной работы без учета замеса глиняного «теста» – вернулся он к прерванной теме, когда пришёл в себя после удачного «выстрела». – Вылепив порцию и сложив из неё штабель, можно разжечь костры и рыть котлован, – верстал он технологию производства кирпичей и подготавливая выработку дневного распорядка на время строительства берлоги.
Не успев закончить расчеты, подошел к опустевшей стоянке. Прежде всего, набил снегом трёхлитровую кастрюлю и установил её на двух толстых сырых ветках. Разложил под дном огонь и, приготовив сушняк, достал птичку и ощипал её, добавив перья в наволочку. Разделал тельце весом не более половины килограмма и, когда вода закипела, положил его в кастрюльку. Пока птичка варилась, чтобы уменьшить муки ожидания, укомплектовал рюкзак с очередными двадцатью килограммами груза…
Птичку съел всю, обсосав косточки, но не почувствовав ни вкуса, ни запаха. Просто жевал, жевал и глотал, посылая в желудок на переработку источник калорий. Чтобы увеличить их количество, отрезал кусочек сала и откусывал от него по крупинке, перемешивая во рту с сухим мясом. Мясо запил половиной бульона, остатки которого в кастрюле закрыл крышкой и придавил топорами.
– Калорий пятьсот наберётся, – прикинул он пищевую ценность обеда и, не отдыхая, двинулся в обратный путь. Силы прибавились, настроение повысилось и он шагал, почти не чувствуя веса рюкзака.
Пополнившись калориями, к тому же добытыми самостоятельно, мечтал в этот день ещё осмотреть участок леса вокруг упавшего дерева и разметить контуры будущей землянки.
Но, воодушевленный удачной «охотой», Никита не утерпел и вместо намеченного на новом месте занятия, «сбегал» за грузом вторично. На этот раз при холостом переходе ничего не обдумывал, а только внимательно смотрел по сторонам, надеясь на повторение чуда. К сожалению, чуда не произошло.
Птичка была переработана желудком ещё в предыдущую ходку. Калории от неё, стремглав разбежались по голодным мышцам и сгорели полностью ещё до того, как он второй раз за этот день подошёл к стоянке. Предвкушая, как запьёт переход остатком «калорийного» бульона из кастрюльки, Никита, вдруг, был поражён страшной мыслью. Он, вдруг, подумал, что недостаточно обезопасил кастрюлю и за то время пока относил предыдущую порцию груза, кто-то «посторонний» допил его бульон. Эта мысль стала ложкой дёгтя в его радостном настроении. Тревога оказалась напрасной: по прибытии на стоянку, «дёготь» испарился, и он благополучно допил свой бульон. Обратно добрался на остатках бульона, а, в основном, используя внутренний запас энергии.
Притащив на санях бак с 15 килограммами, он увеличил вес доставленного груза до семидесяти пяти килограммов.
Ужинать не стал, экономя последние, разрешённые для аварийного использования, продукты.
– Лучше поесть утром перед уходом.
На этот раз, учитывая опасность наступающего зимнего периода, к предстоящей ночи Никита подготовился более основательно. Класть ночную подпитку для подогревающего костра на расстоянии вытянутой руки хорошо, но она может загореться, а, если костёр отодвинуть, то его коэффициент полезного действия окажется небольшим и потеряется смысл костра. Никита нашёл лучший выход: заготовленные обломки толстых веток он разложил на крыше норки, навесив их концы над кромкой
