внутри груди что-то затрепетало от волнения. Глубоко вздохнул, словно боялся, что это последний раз, когда я дышу свежим, чистым воздухом, и принялся спускаться в темноту.
Тьма быстро сомкнулась вокруг, но для меня это конечно же не было проблемой. Окажись на моем месте другой человек, у него могла бы начаться паника. Или нечто подобное. Но я ощущал себя вполне нормально, хотя должен признать, что даже для меня был некий дискомфорт. Только вот это точно не из-за темноты. Но пока что я не мог понять, в чем именно причина.
Спустя несколько мгновений легкие заполнились спертым воздухом. А чуть позже появился запах вековой пыли с примесью чего-то тухлого. Стало неприятно, но я продолжал спускаться, скатываясь на спине по извилистому желобу.
Пальцы левой руки, сжимавшие драконью чешуйку, начали неметь от холода. Но я скреб ей по стене позади себя, оставляя царапины, просто на всякий случай, если мне вдруг потребуется найти дорогу назад. А ещё я знал, что скоро здесь начнется лабиринт. Возможно, я бы мог обойтись и без меток, но я решил подстраховаться.
Спуск казался бесконечным. Туннели начали ветвиться. Я выбирал те, что вели вниз, но они то сужались так, что камень впивался в плечи, то внезапно обрывались в черную пустоту, откуда доносился лишь далекий, зловещий шум падающей воды.
И вот сквозь тьму начало проступать нечто новое.
Сначала я наткнулся на него ногой. Деревянная балка, торчащая из стены. Не обломок природного происхождения, а срубленное и обтесанное бревно, почерневшее от времени, но все еще прочное.
— Хм. Странно. Значит, здесь были люди и не просто мимоходом…
Следующий поворот подтвердил это. Стены вокруг внезапно стали слишком ровными. Их поверхность больше не была диким камнем — ее прорезали аккуратные, параллельные борозды, оставленные кирками. Я провел ладонью по одной из них. Шероховато, но с почти идеальной точностью. Мне это напомнило работы на каменоломне, и я почему-то улыбнулся.
В моей голове сразу же начали появляться вопросы.
Кто тут был? Что здесь добывали? И почему это место заброшено?
В том, что людей здесь нет, как минимум в данный момент, я не сомневался.
Вскоре туннель вывел меня в более широкий проход. Здесь, в полной тишине, мое дыхание казалось оглушительно громким. Снова стало непривычно. А ещё что-то словно зудит внутри груди. Какое-то странное и непонятное чувство, которое постоянно отвлекает меня.
Чуть дальше показались ржавые, железные скобы, вбитые в стену. Теперь от них остались лишь бурые подтеки на камне и обломки, похожие на кости скелета.
Слева от меня валялась деревянная вагонетка, опрокинутая набок. Ее колеса сгнили, превратившись в рассыпающуюся труху, а кузов был наполнен окаменевшей грязью.
Но больше всего меня смущала порода. Стены здесь были не серыми, а темно-фиолетовыми, почти черными, и испещрены прожилками какого-то мертвенно-бледного, минерала, отбрасывая призрачное, сизое свечение. Я поднес к нему чешуйку. Свет не усиливался, но казалось, что минерал на неё «реагирует», слегка пульсируя. Однако это было настолько слабо, что даже я сомневался в этом.
Шахта снова раздвоилась. Один тоннель, более широкий и ухоженный, уходил влево и вниз. Другой, узкий и низкий, словно прорубленный в спешке, — вправо. Из левого доносился тот самый звук падающей воды, теперь более явственный. Из правого тянуло сквозняком, несущим запах… свежести? Или это лишь мерещилось?
Мне не захотелось останавливаться здесь, чтобы начать медитировать. Почему-то мне казалось это плохой идеей. Поэтому я просто двинулся дальше, но замер на развилке и прислушался.
Тишина казалась обманчивой. Будто бы она скрывала тысячи мелких шорохов — осыпающихся камешков, скрипа старых балок под собственной тяжестью и… чего-то еще…
Я двинулся вправо. А спустя несколько минут свечение в пещере начало слегка меняться. И вскоре я понял из-за чего. Впереди, перекрывая весь туннель от стены до стены, висела паутина.
Но это была не та липкая, серая сеть, что плетут обычные пауки. Нити были слишком толстыми, не как от обычных пауков. И именно от них исходило слабое свечение.
Я замер в нескольких шагах, чувствуя, как волосы на руках встают дыбом. Ощущалось присутствие магии, но это было необычно. Подобное, возможно, чувствовал впервые. Хотя в то же время было и что-то отдаленно знакомое, но я пока что не мог понять, что именно.
Не нужно быть самым умным и осторожным, чтобы понять, что лучше к этой паутине не прикасаться. А ещё меня начало интересовать, кто мог сплести подобную паутину? Точнее… насколько опасны эти пауки? Сейчас их здесь не было. Но как быстро они появятся, если поймут, что кто-то попал в их ловушку? Думаю, очень быстро.
Я мысленно проложил себе маршрут, убедившись, что смогу протиснуться между нитями, а потом двинулся вперед. Пару раз пришлось перепрыгнуть с проворотом тела в воздухе, но для меня это не составило труда. Да и шума я почти не поднял.
Дорога вывела меня в еще один узкий туннель, но здесь воздух был другим — не спертым и магически-тяжелым, а свежим. Где-то далеко впереди, за изгибами прохода, маячил едва заметный отсвет. Пещера снова раздвоилась. Я решил прогуляться по тому пути, который уходил чуть наверх, но именно оттуда веяло свежестью.
По итогу я дошел и остановился на узком маленьком карнизе, свисающем в пустоте. Это был край. Внизу находилась бездонная пустота. А вот наверху, чуть дальше над головой, в сотне метрах, зиял тот самый выход — огромное отверстие в своде, залитое холодным дневным светом. Но в данном случае до него было как до моей деревне. Примерно одинаково недосягаемо.
Это место оказалось всего лишь на уровне какого-то промежуточного яруса этой гигантской подземной полости.
— Значит, мой спуск не закончен. — Констатировал я, собираясь уже отправиться обратно, как вдруг почувствовал приближение чего-то мощного.
Мелкие камешки начали подрагивать. А потом в пещеру подул сильный ветер, которого очевидно не должно быть здесь.
Я поднял голову, и в этот момент огромная туша перекрыла солнечный диск, точнее кусочек неба. А спустя ещё мгновение дракон обрушился прямо на то место, где я только что стоял.
Кусок пещеры обвалился вниз, а я тем временем успел отскочить назад на двадцать метров в несколько прыжков.
Раздался оглушительный рёв, от которого стены и пол под ногами задрожали. А поднявшуюся только что пыль мигом смело мне за спину. Лицо обдало теплым, но смрадным воздухом. Дракон вытянул шею, обильно вдохнув воздух, и уставился на меня.
— О, так ты вернулся. Совесть замучила, что бросил меня там на вершине? — Снова я как-то неуместно пошутил.
И
