на свои руки, не зная, что сказать. Мысль о том, что Ицуки погиб, резала по живому, разве можно тут подобрать слова? Их знакомство вышло коротким, но расставание не стало от этого менее болезненным. Ицуки для каждого был добрым другом, о каждом заботился и каждому стремился помочь. Мико печалилась о том, что он вернулся, но понимала, что без него у них не осталось бы и шанса на победу.
– А что с остальными? – спросила она, чтобы хоть как-то отогнать давящую тишину.
– Сацуки ранена, но ничего серьёзного, – ответил Такая. – Макото от неё не отходит.
– Акира? – спросила Мико, вспоминая свой короткий, яркий сон.
Снова это молчание. Сердце предательски пропустило удар.
– Мы не знаем, – сказал Райдэн. – Он исчез сразу, как только закончилась битва. Никто его не видел.
Мико кивнула. Она надеялась, что ветер донёс до Акиры её слова. Несмотря на их непростое прошлое, она бы хотела встретить его вновь.
– А Рэй?
– Сидит себе как миленькая! – цыкнула Кёко. – Сацуки мигом отправила монахов укрепить заклинания. Так что они там сейчас возятся под присмотром тэнгу и моих Инугами. О! Вспомни солнце этой страны, и оно тут же откликнется!
В комнату, хромая, вошла Сацуки, опираясь на руку Макото, отыскала взглядом Мико и расплылась в улыбке.
– Мико! – Добравшись, она обняла её. – Спасибо тебе! И… я за тобой!
– За мной?
– Конечно! Все очень хотят увидеть Деву Истока! Спасительницу Хиношимы! Люди, ёкаи, мои чиновники. Я понимаю, что ты устала, но тебе даже говорить ничего не придётся, просто…
– Я не пойду, – покачала головой Мико.
Сацуки осеклась.
– Но… почему? Ты же спасла нас. Мы воздадим тебе почести.
– Прости, Сацуки. Но я не пойду. Я никогда не хотела быть Девой Истока. И почести мне не нужны. – Опираясь на Райдэна, Мико встала и обняла Сацуки. – Ты станешь прекрасной императрицей, – прошептала она ей на ухо, отстранилась и улыбнулась. – Но этот путь не для меня.
Она сделала достаточно. Пришло время отложить меч. Пришло время сделать выбор, который она давно хотела. Пришло время выбрать себя.
Мико повернулась к Райдэну и взяла его за руку.
– Отнеси меня домой.
Эпилог. Восход над деревом гинкго
Магия клана тэнгу, вернувшегося на свои родные земли, возродила дом из пепла. Он снова ожил, оброс заклинаниями и пах точно так, как представляла Мико, – новеньким татами и хвоей. Она любила проводить время в его стенах, расписанных облаками и соснами, подолгу читать у окна и писать о том, что помнила. О битвах, о прекрасном цуру, о цутигумо и ведьме в тёмной пещере, о туманах Ёми, о Духе, что посещал её, и о бескрылом тэнгу, что сумел подняться выше облаков. Мико хотела сохранить свою память. Для себя и, возможно, для тех, кто придёт в этот дом после неё. Она писала о добрых и злых ёкаях, о хороших и плохих людях – сплетала истории, которые теперь стали особенно важными. Теперь, когда люди и ёкаи старались построить общий мир. Новый мир. Он всё ещё был печален, полон зла и несправедливости, но Мико видела свет, который несли двум народам её друзья.
Они собирались у очага каждый год. В тот самый день, когда всё закончилось. Последние два – в новом доме Райдэна и Мико.
– Как у вас тут хорошо! – Кёко откинулась на стену и с удовольствием вздохнула, поглаживая круглый живот. – Я так устала! Иногда мне кажется, что ношу десятерых! – Она покосилась на волчонка, который спал на коленях у Такаи. – А Персик ещё и не хочет превращаться в человека и всё грызёт.
– Не называй его Персик. – Такая закрыл волчонку уши и понизил голос: – Будто кличка для пса!
– А отец у него кто? – расхохоталась Кёко. – Пока ходит на четырёх лапах, будет Персиком!
– По-моему, ты слишком любишь давать всем дурацкие клички. – Сацуки глотнула чаю.
– Тебе ли жаловаться, дракончик? – закатила глаза Кёко.
– Ага, она-то дракон, а я у тебя «плешивый лис»! – цыкнул Макото, а Сацуки приобняла его и захихикала.
– Ты самый лучший лис при дворе, можешь не волноваться, – проворковала она.
– Только при дворе?!
– И в моём сердце, разумеется!
– Заметь, она не сказала, что ты не плешивый! – оскалилась Кёко и потянулась к саке, но Такая хлопнул её по руке. Она зашипела и недовольно на него прищурилась.
Мико улыбнулась, греясь в тепле их доброго смеха, радуясь, что все они остались живы. Она сидела, опираясь на Райдэна, который заботливо придерживал её спину. Сны о землях Истока больше не посещали Мико, но тело так и не окрепло после битвы и призыва Духа. Она быстро уставала, много спала и уже смотреть не могла на бесконечные снадобья Явэто. Но, несмотря на слабость, каждое утро Мико выходила в сад, чтобы встретить рассвет. Потому что каждый новый рассвет значил, что впереди её ждёт ещё один день с Райдэном.
– Мико, ты подумала над моим предложением? – спросила Сацуки, улучив момент между шуточками Кёко. – В этом году праздник в честь Девы Истока обещает быть особенно масштабным. Мы с бушизару наконец отстроили северный район Гинмона, на празднике откроем храм Духу Истока. Туда смогут приходить и люди, и ёкаи. Все будут рады, если там появится спасительница страны.
Мико покачала головой. Её время стремительно утекало, и Мико хотела провести его в тишине и покое. Для всех Дева Истока исчезла в день битвы. Говорят, кто-то даже видел, как её, окутанную божественным светом, унёс в небеса на спине сам Дух. Впрочем, чего только в песнях о Мико и о том сражении ни сочиняли.
– Я сделала для страны достаточно. – Мико накрыла ладонь Сацуки своей. – Уверена, что ты прекрасно справишься со всем сама, императрица.
– Я отправлю своих тэнгу, чтобы присмотрели за порядком, – сказал Райдэн. – Стычки ёкаев и людей почти сошли на нет, но на празднике лучше перестраховаться.
Сацуки благодарно кивнула, сжала руку Мико и ответила Райдэну улыбкой.
– Райдэн, ну, я надеюсь, ты, как Хранитель земель Истока, придёшь?
– Куда он денется! – фыркнула Кёко. – И мы с Такаей обязательно вас навестим! Я вообще хотела предложить провести следующий праздник в землях Истока. На Хого или в Небесном городе. Людям стоит чаще наведываться в наши края.
– Отличная мысль, – поддержал Макото и поправил повязку. – Я переговорю об этом с чиновниками. Предрассудки ещё сильны, но если больше людей увидят земли Истока своими глазами…
Они увлеклись новой беседой, распивая саке и дразня Кёко, а Мико тихо попросила Райдэна вывести её
