затем эти звуки затихли, когда говорившие удалились.
— За мной идет охота, – негромко промолвил Конан. – Если вам известно, как выйти отсюда, то нам следует поторопиться. Иначе нас ждет бой с сотней Золотых Леопардов.
Что-то бормоча себе под нос, Карела вновь взяла факел и, растолкав наемников из Вольного Отряда, двинулась к очередной развилке.
— Только она знает дорогу, – торопливо промолвил Ордо и поспешил за Рыжим Ястребом. Конан двинулся за ним, а следом – Махаон и все остальные, попирая сапогами пыль столетий.
— Как ты пробрался во дворец? – спросил Конан у одноглазого, пока они трусцой нагоняли рыжеволосую красотку. – И почему Карела все же решила открыться тебе?
— Думаю, мне лучше начать с самого начала, – фыркнул Ордо. – В общем, после того как тебя схватили, за нами явилась сотня Золотых Леопардов и...
— Об этом мне известно, – перебил его Конан. – Вам удалось спастись. Что было дальше?
— Так ты все знаешь, да? Стар я стал для такой беготни, киммериец. – Впрочем, несмотря на то, что он тяжело дышал, бородач без труда поспевал за северянином. – Я привел всех в «Знак Фесты». В последние дни Адские Врата стали едва ли не самым безопасным местом в Бельверусе. Все местные обитатели теперь перебрались в Верхний Город и там, размахивая мечами, призывают к восстанию. А заодно, полагаю, не упускают возможности ворваться в дома богачей и вдоволь пограбить.
— Чему тут удивляться? – с мрачным видом хохотнул Конан. – Они нищие, а тут под рукой такое богатство... Так что там насчет Карелы?
Ордо тряхнул всклокоченной головой.
— В то же утро она сама объявилась на постоялом дворе. Ворвалась туда с таким видом, будто сзывает своих верных псов, чтобы захватить очередной караван с золотом. Судя по твоим словам, ты уже знал, что она здесь, да?
— Я узнал об этом только в темнице, – пояснил Конан. – Расскажу тебе позже...
Неожиданно Карела застыла на месте и, приподнявшись на цыпочках, ухватила ржавое железное кольцо. Затем она попыталась повернуть его.
— Похоже, мы здесь и вошли, – негромко произнес Ордо. – Впрочем, здесь все одинаковое. – Изумрудные глаза насмешливо покосились на него, и одноглазый затих.
Конан уже собрался было придти ей на помощь, но тут кольцо с резким щелчком повернулось. Неподалеку в стене имелся еще какой-то рычаг, с которым Карела тоже произвела некие загадочные действия. Что-то зажужжало, защелкало, и наконец в недрах стены раздался глухой удар. С громким скрежетом давно не использовавшийся механизм сдвинул часть стены высотой в человеческий рост, и перед ними оказалась лестница, сложенная из кирпичей.
— Если вы двое прекратите болтать, как базарные бабы, – язвительно отметила Карела, – то можете следовать за мной. И будьте осторожны, некоторые камни здесь осыпаются. Меня очень огорчит, если ты сломаешь себе шею, киммериец. Это удовольствие я берегу для себя.
И она устремилась вверх по лестнице.
Ордо с неуверенным видом пожал плечами.
— Я же говорил, что она единственная, кто знает дорогу.
Конан кивнул.
— Следуйте за мной, – велел он Махаону. – И передай остальным, чтобы остерегались разбитых ступеней.
Обернувшись через плечо, седеющий ветеран негромким голосом обратился к наемникам.
Глубоко вздохнув, Конан последовал за Карелой по темной лестнице, где единственным источником света был ее стремительно удаляющийся факел. Разумеется, он не верил, что она пришла к нему на помощь лишь с той целью, чтобы завлечь в новую ловушку, – не позволив ему погибнуть от чужих рук... Но с другой стороны, от Рыжего Ястреба можно было ожидать чего угодно.
В самом конце длинной лестницы Карела в нетерпении ожидала его.
— Все здесь? – спросила она, едва лишь киммериец приблизился. Не дожидаясь ответа, она крикнула: – В проходе никого не осталось?
Послышался шум шагов, а затем – хриплый голос:
— Мы прошли, но я слышу чьи-то шаги за спиной.
С невозмутимым видом Карела обеими ногами наступила на какой-то камень, и тот под ее весом провалился на добрую пядь. Вновь послышался скрежет механизма.
— Плита закрывается, – изумленно воскликнул наемник.
Карела встретилась взглядом с Конаном.
— Глупцы, – промолвила она, вероятно, имея в виду всех мужчин разом, но в особенности киммерийца. Затем, торопливо бросив: – Иди за мной или оставайся здесь... мне наплевать! – бросилась вперед по длинному коридору. Факел бросал пляшущие отблески на сырые стены.
Даже воздух здесь какой-то сырой, невольно подумалось Конану, и он последовал за Карелой.
— Так вот, – продолжил Ордо, шагая рядом с киммерийцем, – она явилась на постоялый двор и тут же принялась командовать. Ни слова мне не сказала, где была или откуда узнала, как меня найти. Угрожала, что украсит мне шрамом и вторую щеку, если я не перестану задавать вопросы.
Единственным глазом он вопросительно взирал на Конана, однако рослый северянин смотрел не на него, а на Карелу, гадая, что у той на уме. Зачем она пришла ему на помощь?
— И что дальше? – рассеянно поинтересовался он, заметив, что Ордо смолк.
Бородач недовольно проворчал:
— Никто мне ничего не рассказывает... – Он сердито засопел. – С ней была какая-то женщина. Помнишь леди Джеланну? Так вот, это была она, но уже не такая надменная. Вся растрепанная, в синяках, и перепуганная до смерти. И постоянно причитала: «Она не успокоится, пока не сломит меня...» Карела успокаивала ее, а на нас косилась с таким видом, будто это мы виноваты во всем, что случилось с этой Джеланной.
— Кром, – пробормотал Конан. – Тебе обязательно рассказывать с такими подробностями? Какое отношение имеет Джеланна к нашей истории?
— А как же, ведь это она рассказала Кареле, где найти вход в катакомбы. Леди Джеланна выросла во дворце и, похоже, нередко играла там в прятки, как заведено у ребятишек. Иногда они играли в старой части дворца, и там она нашла три или четыре тайных хода. По одному из них она и сама сбежала. Она хотела убраться из города, киммериец, и я отправил с ней двоих наших парней, чтобы проводили ее в загородное имение. Это самое меньшее, что я мог для нее сделать, после того как она нам показала способ добраться до тебя. Правду говорю, я уж думал, что в следующий раз увижусь с тобой только в аду.
— И все равно, я не могу понять, с какой стати она мне помогла, – тряхнул Конан головой, указывая на Карелу.
Едва лишь эти слова сорвались с его уст, как рыжеволосая красотка обернулась:
— Я не хотела отдавать тебя волкам, киммерийский осел. Это слишком легкая смерть. Если уж тебя придется разорвать на куски, я предпочла бы сделать это своими руками. Я хочу слышать, как ты будешь молить меня о пощаде,
