вспомнить, сколько жизней ты спасла, скольким помогла.
Подошло и время нашего второго испытания. Оно было назначено на сегодняшнюю ночь. Волновалась ли я? Скорее, немного побаивалась, сама не зная почему.
С утра мы с Мстиславом навестили одну отдалённую деревеньку, тропы я открывала сама. Расспросили жителей, не хвор ли кто, не болеет ли скотина. Обошли местные нивы, убедились, что снежный покров надёжно укрывает землю.
– Тайя, – догнал меня Мстивой, когда мы шагали по опушке лесочка, – что делать на испытании. Всё боюсь ошибиться.
– Колдовать, – рассмеялась я, – доверься своим чарам, они подскажут.
Мой ответ нисколько не успокоил парня, весь день он был сам не свой. Вечером мы разошлись по избам, ожидая часа, когда нас призовёт к себе Лют.
Уж близилась полночь. Над землёй ночь – небесная волшебница, раскрыла чёрный шатёр, на котором мерцали далёкие льдинки звёзд. Поскрипывал от мороза снег, переливаясь сияющим чудесным покровом в лунном свете. Тихо, где-то в чаще раздастся треск ветки, потревоженной ночным хищником и вновь ни звука.
В комнате появился Ратко:
– Лют зовёт, – сказал он мне, попутно затушив лучину, – идём Тайя.
Тепло одеваться не стала, здесь это ни к чему. Рубаха, да длинная юбка, на ногах сапожки. Волосы заплела в косу, уложив на затылке в узел.
Мы с домовым вышли во двор. Там в тени высокой ели, поджидал нас Лют. Скоро показался и Мстивой, чуть бледный, но собранный.
Не говоря ни слова, Мороз поманил за собой в лес. На первой же полянке Лют остановился, махнул рукой и снег смело с земли, расчищая место для нас. Как всё пройдёт? Опять огонь? Или что-то новое?
– Разуйтесь и вставайте по центру, за пять шагов друг от друга, – сказал колдун.
Гадая, заняла указанное Лютом место. Сердце бухало в груди, как заполошное. Мороз встал так, чтобы мы были напротив него, прочертил на земле какой-то невидимый для нас символ.
В пальцах ног закололо. Приподняла подол и увидела, как по щиколоткам ползёт иней. Выше, выше, достиг колен. Кровь точно загустела или, скорее, замёрзла. Я чувствовала, как льдинки скользят по венам. Дышать стало трудно, холод пробрался и в лёгкие. Паника нарастала в душе, руки задрожали. Зима не подчинялась мне. С беспокойством прислушивалась к своим ощущениям. С тревогой наблюдал за нами Лют. Оглянулась на Мстивоя. Лицо парня покрывалось изморозью, губы посинели, волосы одел иней.
Стужа подбиралась к сердцу, оно точно птица билось в груди, трепыхалось, будто старалось ускользнуть из лап холода. В животе ледяной ком. Даже двигаться стало сложно. Я замерзала, превращаясь в ледышку.
Подняла взгляд и увидела перед собой Драгана. Что это? Лют издевается надо мной? Зачем он так? Вокруг меня разливалось голубое сияние, в его неверном свете черты Драгана странно менялись, искажаясь. Может, моё сознание шутит со мной? В распахнутых глазах мужчины был страх, казалось, ещё немного и он сорвётся с места ко мне. Секунда. И снова передо мной Лют…
Хотела отступить на шаг и не смогла. Ноги примёрзли к земле. Волна ужаса обрушилась на меня, укрыв с головой, лёд сковывал всё тело. Я стала глубоко и размеренно дышать, чтобы хоть как-то успокоиться. Тихо. Спокойно. Ведь зима – моя вторая суть. Не бояться её надо, не отторгать, не пытаться избавиться. Принять. Я выпрямилась, вдохнула полной грудью и расслабилась, позволив стуже ворваться в сердце. Миг, другой. И я словно увидела себя со стороны. Моё тело стало ледяной статуей на какое-то мгновенье. Потом лёд точно впитался в кожу, стали двигаться руки, освободились ноги. Лицо начало розоветь, на щеках появился румянец. Волосы обрели нормальный цвет, иней исчез. Те же метаморфозы происходили и с Мстивоем. Не зима нас должна была принять, а мы её. Теперь я и она – единое целое. Казалось, если пожелаю, рассыплюсь просто ворохом снежинок и соберусь из них вновь. Я была везде. В каждой льдинке, в снеге, в морозном воздухе. Ощущение полного единства с окружающим.
Мстивой улыбался во весь рот, загрёб пригоршню снега, вытер ею лицо. Я сделала шаг вперёд и чуть не упала. Ох и сил ушло на нелепую борьбу с самой собой, со своей сутью.
Лют, держа посох перед собой, не сводил с нас глаз, не произнося ни слова. Мстивой опустился на колени, видать, парня тоже потрепало. Я просто плюхнулась прямо на землю, вдохнула полной грудью морозный ночной воздух. И если раньше холод ощущался как нечто дружественное мне, то сейчас он и был мной, а я им.
Вдруг лицо Мороза изменилось. Колдун кинул встревоженный взгляд на нас, потом в сторону, точно к чему-то прислушиваясь. И… исчез, моментально открыв тропу.
Мы переглянулись с Мстивоем.
– Куда это он? – Спросил парень.
– Чтоб я знала, – пожала в ответ плечами.
Мы не стали дожидаться колдуна. Кряхтя, как два спортсмена из дома престарелых, поднялись сначала на четвереньки, потом на ноги. Оперлись друг на друга и потихоньку потопали в сторону дома.
Тропинку нам перегородила чья-то тень.
– Далеко собрались? – Раздался злой голос Лютогоста.
– Ты зачем здесь? – Резко спросил Мстивой.
Даже не взглянув в сторону парня, Лютогост подошёл к нам, отшвырнул того с тропинки и схватил меня за грудки.
– Много лет я хожу за Лютом, учусь, стараюсь не подвести наставника, – шипел он мне в лицо, – и тут объявляешься ты. Будущая великая колдунья, овладевшая весной и зимой. Целительница. Что прикажешь? Мне снова отправляться в деревню? День за днём лечить этих болванов и их скотину, снежком баловаться?! Я не для того столько времени ждал. Я не для того избавился от других учеников, кто мог перейти мне дорогу! Тебя же достать не сумел. Впервые в жизни промахнулся дважды!
– Так это ты сосульки метал? – Страха не было. Усталость притупила все чувства, – плохо старался. Может, навыки растерял?
В Лютогоста ударило снежным вихрем. Мстивой, вскинув руки, стоял неподалёку.
– Отойди от неё, – сказал он тихо.
– А то что? – Рассмеялся Лютогост, – вы сейчас слабы, как котята. Это последнее, на что ты был способен?
Мстивой сделал несколько тяжёлых шагов вперёд и ударил кулаком в лицо противника.
Лютогост не ожидал нападения. Забыл, что физически парень куда сильнее. Даже сейчас.
Выпустив меня из рук, он отлетел в сторону. Поднял голову, из рассечённой губы текла кровь, мужчина вытер её ладонью и усмехнулся.
– Давай силой померяемся, – слегка наклонившись, ринулся он на Мстивоя.
Я старалась призвать чары. Бесполезно. Испытание просто выпило все силы до донышка.
– Стой, мерзавец! – Крикнула вслед Лютогосту, – по-честному ты не умеешь?
Напрасно. Тот даже не обратил
