А с повязками этими ты хорошо придумала. Никто из нас не заразился.
– Я научу, как их делать самим, может и другим колдунам пригодиться.
– Дело хорошее. Мор, он не только зимой приходит, – кивнул Лют.
Мы посидели молча, пока заря не вспыхнула, отражаясь от белого снега.
– Зачем ты меня обманул? – Решилась я на откровенный разговор.
– Всё знаешь? – Лют поднял на меня встревоженный взгляд.
– Да. Руен рассказал, – кивнула я.
– Прости, что не открыл правду сразу. Боялся, что испугаешься меня.
– Только и простить я тебе этого не смогу. Слишком…противно. За что ты так со мной? Решил, перед тобой девочка наивная? Хотя оно, наверное, так и было.
В глазах Люта разлилась боль:
– Вот потому и молчал. Только не хотел я посмеяться над тобой или обидеть.
– А выходит, обидел…
Я поднялась со скамьи, на которой мы встретили рассвет. Возмущение вспыхнуло в душе с новой силой. Даже сейчас не особо раскаялся. Не прощаясь, ушла к себе в избу. Слабость ещё не прошла. Всё тело болело и ломило, точно меня пинали всю ночь.
Не раздеваясь, легла на лавку, укрылась с головой и заснула крепким сном без сновидений.
***
Лют
Мороз поднялся в свою спальню, впустил Врана.
– Всё слышал? – Спросил он ворона.
– Рано или поздно Тайя бы, итак, всё узнала, – птица поудобней устроилась на своей жёрдочке, – ты скрывался от учеников столько лет, никто не знал о проклятье, никто не видел тебя другим.
– В моих владениях это несложно, – усмехнулся Лют, – что закат…короткая вспышка перед ночью.
– А ты уверен, что Руен ей правду рассказал?
– Как это? – Удивился Лют.
– Сам знаешь, можно любую правду извратить. Вроде и не соврал, а истину утаил. Руен на такое мастак. Ты сам Тайю расспроси получше.
– Нет, – покачал головой Мороз, – обижена она. Не буду с разговорами лезть. Только хуже сделаю.
Вран недовольно каркнул:
– Странные вы люди. Будете ходить вокруг да около вместо того, чтобы обсудить всё как положено.
– Обида в ней говорит. Не станет Тайя меня слушать.
– Как знаешь, – нахохлился ворон, отвернувшись от колдуна, – люди… – проворчала птица.
***
Тайя
Встала я ближе к вечеру. В комнатушке возился Ратко, он и разбудил меня.
– Проснулась, Тайюшка. Скоро уж ночь опять, а ты весь день ничего не ела, – сетовал домовой, ловко расставляя тарелки на столе.
– Я же не могу есть во сне, – рассмеялась в ответ.
– Ох, рассказал мне Вран, что вчера в лесу приключилось, – Ратко присел на лавочку, поглаживая меня по руке.
– Ты видел Мстивоя? Как он?
– Что ему станется, – отмахнулся домовой, – слопал горшок каши. Теперь во дворе дрова колет.
Я выглянула в окно, там точно заведённые махал топором парень. Чурбачки так и разлетались в разные стороны. Вид у него был вполне здоровый. Отлично. Прикоснулась к груди, где притаился амулет. Мысленно поблагодарила его за помощь.
– Да поешь уже, Тайя, – заворчал домовой.
Я быстро проглотила завтрак или ранний ужин и поспешила на улицу.
– Тайя, – помахал мне Мстивой, – ты как?
– Лучше, чем вчера, – улыбнулась я.
– Спасибо, что спасла меня, – подошёл парень ближе, взяв меня за руку, – вовек не забуду.
– Ты тоже помог бы мне, – ответила ему.
– Вижу, все проснулись, – раздался голос Люта.
Мстивой, смутившись, отступил от меня.
– Работа наша не ждёт, – продолжил Мороз, – отправляемся.
– Так, ночь скоро, – удивился Мстивой.
– Ничего, успеем.
Замерцала тропа, и вот мы уже брели по зимнему лесу, проверяя владения Мороза.
Странным было всё здесь. Вокруг полнейшая тишина, точно всё живое спешило укрыться от неведомой опасности. Даже птицы попрятались в ветвях. Мороз брёл задумчивый, не обращая внимания ни на что вокруг. Мстивой углубился чуть дальше. На снегу появились следы. Не забредают люди так далеко в чащу. Тем более зимой, когда лютуют волки. Я наклонилась рассмотреть поближе. Не может быть. На снегу чётко отпечатался след ботинка. Из моего времени, сомнений не осталось. Рифлёная подошва с заводским клеймом. Но откуда? Кто-то ещё попал сюда случайно, как я? Верится с трудом. Не валяются ведь волшебные амулеты где ни попадя.
Я не стала привлекать внимания колдуна, шла по следам. Они уводили дальше в чащу. Совсем непонятно. Человек в первую очередь стремится других людей отыскать, а не прячется в лесу. Да и как выжить одному тут зимой?
Что блеснуло в снегу, наклонившись, подняла из сугроба гильзу от пули. В оружии я не разбиралась, только понятно одно, в этом времени огнестрельного оружия не было. Кого занесло сюда? Повертела гильзу в руках и сунула в карман. Говорить об этом Люту или нет? А вдруг этот пришелец начнёт палить из ружья или пистолета? Вряд ли у колдуна есть способности защититься от пуль. Мороз куда-то исчез, скрывшись за деревьями. Закат догорал на небе, становилось темней с каждой минутой. Следы затерялись в снегу, дальше ничего не видно. Я кликнула Мстивоя, парень вылез из чащи, как медведь из берлоги, отряхиваясь от снега.
– А Лют где запропастился? – Оглянулся парень.
Догорел последний луч заката, и колдун появился из-за деревьев:
– Можем и домой возвращаться. Спокойно всё в лесу.
Не стала я рассказывать об увиденном. Вспомнила о помощнике Люта, к нему и решила обратиться. Слишком рискованно самим лезть к вооружённому незнакомцу.
Глава 29
Тайя
Была уже ночь, когда мы вернулись домой. Дождавшись, когда Лют уйдёт к себе, вышла во двор, вглядываясь в ветви ближайших деревьев. Вран никогда не улетал ночью далеко, лишь бы не был у Мороза в тереме.
– Кого ищешь, Тайя? – Раздалось сзади карканье.
– Тебя, – развернулась я, высматривая ворона. В темноте он сливался с ночными тенями, – хочу попросить об услуге.
Вран слетел с ветви, усевшись у меня на плече:
– Что случилось?
Я раздумывала, как лучше преподнести ему новость:
– Сегодня мы были в дальнем лесу. Там объявился чужак или чужаки. Я не знаю. Видела только следы на снегу.
– Почему Люту не сказала.
– Они могут быть опасны даже для колдуна. Побоялась.
Ворон уставился на меня не мигая:
– Что-то темнишь ты, девонька.
– Вран, не расспрашивай, не могу тебе всего поведать. Только знаю, что эти люди опасны. Потому и обратилась к тебе. Они не поймут, что ты волшебный.
– Ладно. Сейчас и отправлюсь, скажи, хоть где искать чужаков.
– В чащу следы вели.
Вран удивлённо каркнул:
– Так их волки уже схарчили.
– Этими подавятся.
– Тропу мне открой, волшебница, – ворон перелетел на ветку.
Я повела рукой, заблестела в лунном свете
