вращаясь по кругу, символы на ней засветились. Со всех сторон посыпались одинаковые вспышки – остальные печати вторили первой, и материя барьера лопнула подобно стеклу, разбрасывая осколки по всей земле. У Вэйшень воспользовался замешательством зубастого чудовища и, оттолкнув его, отскочил на безопасное расстояние, к жнецу.
– Где твои воины? – Он вытер рукой лицо от пота и крови, пытаясь выровнять прерывистое дыхание.
Не успел У Вэйшень это произнести, как недалеко от нас, по краям разрушенного барьера, стали появляться силуэты. На них была фиолетовая одежда с серебристой вышивкой и капюшоном, похожая на одеяние Шеола. Каждый жнец держал в руках оружие: изогнутые косы, укороченные клинки, прямые мечи, рунки или копья. Даже издали их глаза таинственно сияли, напоминая отполированные драгоценные аметисты из королевской сокровищницы.
Значит, только Шеол носил повязку, и она не была артефактом или обязательным атрибутом для остальных.
Поле наполнилось пульсирующей энергией.
Широкоплечий мужчина с короткими волосами и шрамом, проходящим через один глаз – явно след когтя монстра, – переступил через едва мерцающую линию барьера.
– Хей, командир, решили один повеселиться? Еле вас нашли. – Он оглянулся по сторонам и посмотрел сначала на меня, при этом странно скривившись, а потом на У Вэйшеня, опирающегося на Синьфэнхуан. – Небожитель в пограничных землях?
Невысокая девушка сдула с глаз ярко-синюю челку и, закинув саблю на плечо, указала пальцем на разлом.
– Там кого-то тошнит монстрами? Почему поток не иссякает? – Она вытянула голову, всматриваясь вдаль. – А что там за огромная сопливая тварь? Только не говорите мне, что Смертный Грех опять создал демона пятого ранга и сбросил сюда? Ну и работу вы нам подкинули, командир, а я так хотела сегодня отдохнуть!
Девушка притворно вздохнула, за что получила затрещину от мужчины со шрамом.
– Помолчи, Тэн. Какой будет приказ, командир?
– Разберитесь с демонами: ни один не должен приблизиться к экнорианской стене. Я закрою разлом – не хотелось бы, чтобы на наши головы упал кто-то второго ранга. – Шеол отдал приказ быстро и четко, что говорило о привычности происходящего для них.
Здоровяк со шрамом пошарил рукой за широким поясом и, вытащив оттуда маленькую бутылочку, кинул ее Шеолу.
– Это последняя, командир. – Он снова недоброжелательно посмотрел на меня. – Советую не затягивать в следующий раз.
Шеол поймал бутылочку и, откупорив ее, осушил одним глотком.
– Благодарю, Лирейн.
Лирейн отвел от себя руку, и в ней появилось копье, в два раза превышающее размеры обычного. Он обхватил его древко и, замахнувшись, кинул прямо в центр полчища демонов. Копье вонзилось в землю, расстилая по ее поверхности сетку из разрядов. Над полем раздались предсмертные вопли тварей. Те, кто был слабее всего, не выдержали и поджарились прямо на месте. Ветер донес тошнотворный запах гари и паленых туш. Я закрыл нос широким рукавом, пытаясь дышать через раз.
– Жнецы, в атаку! – взревел Лирейн и первым бросился навстречу демонам.
Земля дрожала под ногами десятков жнецов, готовых сражаться до последнего. Бог Войны присоединился к ним, и на поле боя то тут, то там вспыхивало оранжевое пламя. Шеол остался стоять на своем месте с поднятой головой. Создавалось впечатление, что он медлит или ждет кого-то – настолько неспешными выглядели его движения. Через мгновение, тянувшееся вечность, жнец поднял руку и снова зашептал. Сначала ничего не происходило, но с каждым шевелением губ воздух вокруг него стал наполняться золотистым сиянием.
Это отличалось от того, что происходило, когда Шеол при помощи демонических печатей разрушал барьер. Там чувствовалась давящая магия Тьмы, здесь же сверкало нечто чистое и светлое, сравнимое с солнцем на рассвете, разгоняющим сумрак ночи. Искорки разрастались и плясали перед глазами, точно светлячки на берегу реки Трех Лун.
Казалось, все случилось так давно: турнир, Весенний Дом, веселье, неловкая беседа и мой подарок. Теперь же перед всеми стояла одна задача: выбраться отсюда живыми.
Как только искры набрали силу, они ярко засветились и, оторвавшись от Шеола, устремились к разлому. Каждая из них прилипала к его краям, испуская тонкий лучик к другой, образовывая солнечную сеть, которая медленно стягивала рваные края неба. И только мне показалось, что разлом затянется, подобно тому, как игла в руках умелого портного зашивала дыру на рубашке, раздался треск, и в сияющую сеть врезался горящий шар, оплавляя ее и распадаясь на куски. Они полетели на землю огненным градом, грозя спалить нас всех.
– Оми, защитный барьер на все поле! – закричала Лис.
Зверек метнулся вверх и исчез, оставляя за собой огромную магическую печать, покрывающую всех нас. Капли жидкого огня ударялись о нее и с шипением растворялись. Через мгновение защита пала.
– Лис, – заорал Шеол, – я же приказал тебе ни за что не убирать с них барьер!
– Тупица, если бы я этого не сделала, то все твои жнецы сейчас получили бы серьезные ранения или сдохли. Это шар из демонической лавы, протекающей в самом центре Хэйдереса. Заделывай дыру быстрее, у нас гости.
Глава 8. Гора мечей и море огня. Конец
(части 26–28)
Часть 26
Из разлома показался сапог, а потом рука, зацепившаяся за край дыры острыми когтями. Вслед за ними высунулась голова с двумя изогнутыми рогами.
– А я думал, будет веселее. Почему вас так мало? Или мои зверушки всех уже съели? Как обидно… – В веселом голосе прозвучала досада.
– Алчность!
– Кто сказал мое имя?
Он покрутил головой, всматриваясь в толпу внизу, и, остановив свой взгляд на Шеоле, оттолкнулся от краев разлома. Его приземление вызвало настоящее землетрясение, образовав на месте падения большую воронку, как от огромного валуна, упавшего с утеса. Оставшись без какой-либо защиты, мы с Янь Шэнли еле устояли на ногах от волнообразных толчков.
Алчность выпрыгнул из ямы, отряхивая одежду от пыли. Его шею обвивала цепь с подвешенными к ней монетками, которые противно звенели при ходьбе. На неприкрытой груди алел символ, выглядевший как точная копия клейма на Похоти. Одежда плотно облегала тело, излишне демонстрируя хорошую телесную форму. Алчность остановился и потянулся, привставая на цыпочки, ничуть не обеспокоенный происходившей вокруг битвой.
– Как же долго пришлось ждать, все мышцы затекли… – Он оглянулся по сторонам и огорченно произнес: – Не вижу сестренки Лурии. А я так хотел заглянуть к ней на праздник, повеселиться с ее игрушками и заодно за уши притащить домой эту бестию. Не следует сбегать от папочки. Папочка будет сердиться.
Лис сжала кулаки и, яростно пнув попавшийся под ногу камешек,
