— несколько обидно. —
Как нам себя вести? — повторяю.
Таня — моя подруга. Наши с Алексом фиктивные отношения — самый крупный секрет. И если мы уединимся, то будет сложно сохранять лицо, когда Таня спросит, как мои дела. А она спросит.
Да и Тимур с Майком довольно близкие для Алекса люди. Ему норм, что он врет им, глядя в глаза? Или я — часть бизнеса, который остается за рамками их странной дружбы?
Отдых на яхте на несколько дней перестал казаться мне такой уж классной идеей.
— Как и всегда, Марта.
В переводе: «Мне быть влюбленной дурой». Понятно.
— И да, буду благодарен, если не будешь забывать про лифчик, — бросает, развернувшись на сто восемьдесят градусов.
— А я хотела позагорать топлес! — кричу. — Нельзя, значит?
Эдер останавливается, и я почти врезаюсь в его спину. Широкую, нагретую на солнце, обернутую в муслиновую рубашку с коротким рукавом желтого цвета.
— Что? Я не люблю следы от купальника на своем теле. Мне нравится ровный загар. А тебе?
Наконец, Алекс решает развернуться. Но если через его солнечные очки глаза видны, то у меня непроницаемо черные. И Эдер никак не сможет вычислить по моему взгляду, что шучу.
Или нет…
— И мне. Еще селфи не забудь сделать. Уверен, охваты увеличатся раза в два.
— Зачем же селфи? Попрошу тебя.
Хожу по острому краю.
Мы стоим близко друг к другу. Из-за отсутствия каблуков мне хочется привстать на носочки, чтобы дотянуться до Алекса. На гриде он один из самых высоких пилотов. Его рост почти сто девяносто.
— Ты же понимаешь, что я, скорее, скину тебя за борт, стоит тебе потянуться к веревочкам своего, уверен, и так супероткрытого купальника? — говорит проникновенно. Его взгляд бегает по моему лицу, останавливаясь на губах чаще всего.
— Тогда я ухвачусь за тебя, и мы упадем вместе, — вибрация собственного голоса пугает своей глубиной.
— Я не умею плавать.
— Как это?
— Ну, делаю это очень плохо, — закатывает глаза и устало посмеивается. Еще один секрет Алекса Эдера. И снова мне рассказал.
— Даже я умею. А в нашем городе, откуда я родом, был единственный бассейн с очень холодной водой. Учиться можно было только там. Помню стертую серую плитку на выходе из душа и огромные часы на стене.
— Молодец, Марта, а я не умею!
— Хочешь, научу?
Алекс быстрым шагом устремляется к яхте Сафина, рискуя оставить меня на берегу.
Сдерживаю смех мышцами живота, как только могу. Гонщик не простит мне, если я засмеюсь. И правда за борт столкнет. А я так и не успею сделать селфи, где я и Алекс на фоне бирюзы Средиземного моря.
— Да стой ты! — бросаю в спину. Обиделся…
Подлетаю к своему гонщику, когда Эдер круто разворачивается и вызывает мой испуг.
— Скажешь кому-нибудь…
— Ну, если не будешь диктовать, во что мне одеваться, как загорать, то…
— Снова шантаж? — тем не менее с улыбкой говорит.
Сохраняю на лице улыбку, но внутри неспокойно. Даже как-то холодно в легких, когда только-только вдохнула влажный обжигающий воздух Италии.
— Вы там долго еще? — такой странный, но ответственный момент бесцеремонно рушит номер один всего пелетона — Тимур Сафин.
Он стоит, облокотившись о перила. Не хочу и думать, как давно Тим стал свидетелем нашего с Алексом разговора и все ли слышал.
— Соскучился, что ль? — громко спрашивает мой гонщик.
Оба смотрят друг на друга с легким раздражением.
— Вот еще. Сдался ты мне, — и отходит вглубь яхты.
Но даже когда у нас не осталось свидетелей, Алекс берет меня за руку, переплетает пальцы и тянет к мостику, по которому и перебираемся на палубу.
Яхта большая. Невообразимо большая. Не знаю, чего мне стоит не раскрыть рот от удивления. Самое дорогое место, где я была, это частный самолет Эдера. Ну и вип-зона во время гоночного уикенда. Возможно, имение Эдеров. Но яхта Сафина…
На нижней палубе несколько кают, ванная комната и кухня. Вторая — зона отдыха, где есть крытая от солнца часть и открытая с несколькими диванчиками. У металлических бортиков бассейн. На самом верху штурвал и закрытая зона столовой.
Таня встречает меня как раз в зоне отдыха. В ее руке коктейль в пластиковом стаканчике, сама она успела переодеться в купальник, поверх прозрачная туника, в которой узнаю последнюю пляжную коллекцию от «Dior».
— Значит, свадьба, — начинает подруга разговор именно с этого, — ты и Алекс… Уау! — В голосе обида. Очевидно, из-за того, что узнала о столь знаменательном событии через сеть.
Поворачиваю голову и вижу моего как бы жениха, который общается с Марино, но, почувствовав мой взгляд, обращает на меня свое внимание.
— Да. Я и Алекс, — отвечаю.
Сейчас разрешаю себе помечтать, что все это не сделка между нами, а правда. Реальность.
— Ты выглядишь счастливой.
Научилась притворяться.
— Я такая и есть.
Яхта с длинным гудком отчаливает, оставляя каменистый берег. Мы набираем ход и выплываем из бухты. Ветер здесь приятней, чем на земле. Освежает и успокаивает.
Прикрываю глаза и подставляю лицо более жгучим лучам.
— Шляпу надень. Получишь солнечный удар, упадешь и скатишься с палубы в море. Спасать не буду, — Алекс с моей шляпой в руках оказывается рядом. Успел же спуститься в выделенную нам каюту и подняться с моей шляпой.
Делаю вдох, наполняя все тело морским бризом и счастьем.
— У тебя ужасное чувство юмора, Алекс Эдер.
— Выпиши мне штраф, — без спроса натягивает на мою голову шляпу и уходит с открытого солнца в тень.
Поворачиваюсь. Алекс делает то же самое. Наши взгляды встречаются. Я прикусываю нижнюю губу, Эдер закатывает глаза.
Глава 35
Марта
Мы отплыли от берега довольно далеко. Не знаю, как капитан ориентируется, в какую сторону плыть, чтобы не потеряться. Капитан, кстати, Сафин.
Кроме нас на борту его яхты нет больше никого.
— Итак, мне передают, что шторм ожидается только к вечеру, поэтому у нас есть несколько часов, чтобы порезвиться, — Тимур хлопает в ладоши и смотрит, ждет, кто первый подхватит его идею.
В моей руке какой-то коктейль с ярко-розовой трубочкой и зонтиком. Таня лежит рядом и мажется в десятый раз солнцезащитным кремом. Лично я планирую получить за эти часы бронзовый загар, не меньше.
— Порезвиться?
