друга.
Ли По с тоской поглядывал на горы дорогих упаковок с питательными смесями в руках у «конкурирующей» семьи. Тянь Сяожу, заметив его настроение, нежно гладила его руку.
Перед тем как ее увезли в операционную, она с усилием приподнялась на каталке:
– Подожди меня тут. Скоро вернусь… с нашим сокровищем.
* * *
Все в коридоре метались, как муравьи на раскаленной сковороде. Ли По ходил кругами, приникал к двери, пытаясь уловить среди приглушенных стонов голос жены.
Через полчаса дверь распахнулась – толпа ринулась к выходящему человеку. Но это была лишь миниатюрная медсестра.
– Доктор…
– Как моя жена…
– Уже родила?..
Медсестра нетерпеливо махнула рукой:
– Не знаю, ждите!
И исчезла за дверью.
Через несколько минут коридор заполонили люди в белых халатах.
– Наверное, что-то случилось… – зашептались в толпе.
В воздухе повисло напряжение. Медперсонал сновал туда-сюда, но никто не объяснял, что происходит. Наконец из родзала вышел врач в маске:
– Родственники Тянь Сяожу?
Ли По протиснулся вперед:
– Я.
– Проходите.
Операционная встретила его резкими запахами. Перед ним выстроились несколько врачей – безликих, как стерильные стены.
– Ваша жена умерла. Ребенка тоже не спасли.
Голос врача был таким же бесцветным, как его халат.
Ли По замер. Его взгляд скользил по лицам, будто ища опровержения.
– Умерла? – наконец выдавил он.
– Да.
В голове Ли По загудело, будто рой разъяренных пчел ворвался в его череп. Он видел, как подрагивают белые маски врачей, но не слышал ни слова. Только когда ему сунули в пальцы ручку и заставили подписать какие-то бумаги, до него наконец дошло: Тянь Сяожу не вернется.
– Где моя жена?! Где моя дочь?! – Он рванулся вперед, вырвавшись из рук медперсонала, и схватил ближайшего врача за халат.
Тот отстранился, но ответил твердо:
– Подпишите сначала документы. Тогда увидите ее.
Ли По посмотрел на ручку в своей дрожащей руке – и швырнул ее на пол, будто это было орудие убийства.
– Я ничего не подпишу! Это вы… – он трясущимся пальцем тыкал в белые халаты, – вы убили ее! Вы!
Затем он закричал так, что стены задрожали:
– Убийцы! Врачи-убийцы!
Несколько человек в белых халатах бросились к нему, но Ли По вырвался, распахнул дверь и выбежал в коридор.
– Убийцы! Убийцы!
Его крик, полный ужаса и отчаяния, эхом разнесся по больничным этажам.
Он выскочил на улицу, ослепленный утренним солнцем, и побежал, не разбирая дороги. В голове стучало: «Найти полицию. Наказать убийц».
* * *
Слушая сбивчивый рассказ мужчины со взъерошенными от ярости волосами, офицер Сун сначала схватился за фуражку, готовый поднять тревогу. Но затем медленно опустил руку, снял головной убор и сел обратно.
– Товарищ, – он сделал глоток воды, – мы не можем просто так арестовать врачей. Сначала нужно провести экспертизу, установить, имела ли место халатность…
– Как это нельзя?! – Ли По вскочил, лицо его исказилось. – Моя жена была здорова! Вчера мы слушали музыку, смеялись! А теперь… теперь ее нет! И дочери тоже! Она еще вчера пиналась в животе, а сегодня…
Офицер Сун поднял руку, прерывая его, и кивнул в сторону двери:
– А, вот и ты…
Ли По обернулся. В дверях стоял мужчина в очках, неуверенно переминающийся с ноги на ногу. Офицер Сун поднялся:
– Пойдем, Ван Юньпин, обсудим твое дело в другом кабинете.
Мужчина вскочил:
– Почему?! Я первый пришел! Мою жену и ребенка убили, а вы…
– Твое дело не в счет! – резко оборвал его Сун, указывая на Ван Юньпина. – Вот чье – настоящее!
Тот криво усмехнулся:
– Может, сначала разберетесь с ним?
– Не надо. – Сун был непреклонен. Он повернулся к Ли По: – Иди лучше в больницу. А то, пока тебя нет, они сожгут ее по-тихому, и тогда уже будет поздно.
Ли По в ярости выбежал из участка.
Больница, конечно, не сожгла Тянь Сяожу. Но и вину не признала – предложили двадцать тысяч юаней «из гуманных соображений».
– Убийца должен ответить! – твердил Ли По.
Вскоре приехала мачеха Тянь Сяожу. Поплакала для вида – и тут же начала торговаться с администрацией. Пока Ли По ходил жаловаться в Минздрав, она подписала соглашение, забрала двадцать пять тысяч и все вещи покойной – и исчезла.
Когда он вернулся, остались лишь прах в урне да пять тысяч юаней на столе.
Ли По взвесил в руках маленькую урну. «Тянь Сяожу во время беременности весила восемьдесят килограммов… Каким образом осталось только это?»
Ли По просидел с прахом сутки, уставившись в стену, затем снова отправился в полицию. Он не мог смириться – требовал справедливости для жены и дочери, которую так и не смог увидеть.
* * *
На пятый визит офицер Сун, едва заметив его, заявил: «Совещание!» – и сбежал. Ли По остался ждать в коридоре. От усталости глаза начали слипаться. Голова опустилась – и он увидел свои пыльные ботинки. «Жена никогда не позволила бы выйти в таком виде…» Слезы капнули на грязную кожу.
Вдруг чья-то рука легла на его плечо. Обернувшись, Ли По увидел белоснежный бумажный платок. Он вытер лицо и узнал человека – Ван Юньпин.
Тот присел рядом, достал сигарету. Двое изможденных мужчин молча курили, плечом к плечу. Молодой полицейский высунулся из кабинета, но, увидев их, тут же спрятался.
Докурив, Ван Юньпин раздавил окурок и спросил:
– Братец, что у тебя стряслось?
Ли По рассказал все, закончив фразой: «Они убили моих жену и ребенка. Я требую их жизни». Ван Юньпин горько усмехнулся.
– Нам с тобой не везет.
– А у тебя что?
– Почти как у тебя. Мою жену и ребенка тоже убили.
– Тоже в больнице?
– Нет. – Ван Юньпин покачал головой. – Мой отчим.
Ли По расширил глаза:
– Отчим?!
– Да. – Ван Юньпин на секунду зажмурился. – Мой отец рано умер, мать вышла за другого. После ее смерти я относился к нему как к родному. А этот скот… изнасиловал мою жену, а потом зарезал ее кухонным ножом. – Он провел ладонями по лицу, с силой откинув волосы. – Она была на четвертом месяце.
Ли По сжал кулаки:
– Этого урода нужно казнить! Поймали его?
Ван Юньпин снова покачал головой. Положил руку Ли По на плечо:
– Братец, послушай меня: оставь больницу. Ты не выиграешь. Да и жену кремировали – доказательств нет. Ты еще молод, найди другую…
Ли По открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли у него в горле.
– Главное – ты хорошо к ней относился, пока она была жива. Значит, не о чем жалеть. – Руки Ван Юньпина задрожали. – Твоя жена хотя бы умерла в больнице… А моя… ее глаза так и не закрылись.
Ли По вздохнул
