Мы уважаем эту землю и силу, которой она обладает, но если это будет нарушено, то это может означать конец волков.
Подавив беспокойство, я хватаю щенка, который пробегает мимо меня, и придерживаю его, когда в мою сторону направляется измотанная женщина. Кажется, ее зовут Иниа. — Спасибо, Куинн. Мне очень жаль. С ним трудно.
— Разве мы все такими не были? — Я хихикаю, передавая ей сына.
Он вырывается из ее хватки, тявкая и смеясь. Я оставляю ее наедине с этим и направляюсь в дом стаи. Я машу тем, кто меня приветствует, но не трачу время на разговоры. Я открываю дверь Чана и захожу внутрь, садясь напротив его стола, пока он заканчивает разговор.
Он кивает мне, давая понять, что все в порядке, и я жду, оглядывая комнату.
— Сойдет, спасибо, Ферра. Он вешает трубку, и мои брови поднимаются.
— Ферра? — Я спрашиваю. Ферра - альфа второй по величине и силе стаи в этой части света, расположенной в нескольких сотнях миль отсюда. Мы часто работаем и торгуем вместе, и когда альфы встречаются на высшем уровне, Ферра и Чан обычно выступают вместе.
Потирая лицо, Чан кивает. — Я сообщил ему о проблеме с охотником, чтобы он мог держать ухо востро. Скорее всего, они где-то поблизости, но никогда не знаешь наверняка.
— Какие-нибудь проблемы? — Спрашиваю я.
— Не от охотников, просто несколько недавних нападений диких животных, ничего необычного, но он будет держать ухо востро. Он также предложил одолжить нам нескольких своих лучших охотников и следопытов.
— Вау, это мило. — Я подтягиваю колени.
— Это так, но сейчас это не важно. Они могут понадобиться нам позже. Однако хорошо иметь открытое общение. — Он снова трет глаза, и я наклоняю голову. Он выглядит усталым. Его глаза налиты кровью, рот сжат, а лицо бледное. Его волосы тоже в беспорядке. Если бы я не знала, что Чан обеспокоен, этого было бы достаточно, чтобы показать его эмоции.
— Ты выглядишь усталым, — замечаю я. — Ты спал?
— Час или два, — признается он. — Не говори моей паре, сегодня утром она вся в во всеоружии.
Посмеиваясь, я кладу подбородок на колени, наблюдая за ним. — Пугающая перспектива, конечно. — Я ухмыляюсь, а затем вздыхаю. — Я просто пришла доложить об охотнике. Я чуть не оговорилась и не назвала его имя, и это не прошло бы хорошо. Если Чан поймет , что охотник в его камере не только поймал меня, но и причинил боль...
Да, у Джея не было бы ни единого шанса, и нам нужны ответы, прежде чем мы убьем его, поэтому я держу это при себе.
— И? — он подталкивает. Это не обвинение. Ему просто любопытно, как все прошло. Это не первый раз, когда мне приходится кого-то допрашивать, поэтому я знаю, что он мне доверяет.
— Пока не очень. Он не сломался. — Это заставляет брови Чана приподняться. — Я знаю, это потрясло и меня. Я вернусь после того, как проверю патрульных, и получу необходимую нам информацию.
— Будь осторожна, — предупреждает Чан, выглядя обеспокоенным. — Что-то здесь не так. Я не могу точно определить, но мои инстинкты кричат мне об этом.
Держу пари. Чан - самый умный человек и волк, которого я знаю. Он может почувствовать, что что-то изменилось. Будь у него время, он бы вынюхал правду. Помимо того, что Чан потрясающий альфа, он - сила природы, и когда дело доходит до его стаи и его семьи, он может быть жестоким.
Есть причина, по которой он способен контролировать таких агрессивных, сильных оборотней.
Глядя в глаза Чана, я раздумываю, не рассказать ли ему то, что Джей сказал мне, но что-то в этом напоминает раскрытие секрета. Глупо, я знаю. Чан - мой отец, мой альфа, но мне нужно узнать всю правду, прежде чем я пойду к нему. Если Джей дикий, это повлияет на то, как мы справимся с этим, поэтому мне нужно быть уверенной, прежде чем сказать ему.
Я скрываю ужасное прошлое Джея и рассказываю ему все остальное.
Чан и так достаточно обеспокоен, так что мне нужно снабжать его хоть какой то информацией.
Закончив рассказывать ему все, я опускаю ноги на пол и наклоняюсь вперед. — Я разберусь с этим. Мы все вносим свой вклад. Отдохни немного. — Я ухмыляюсь. — Или я расскажу маме.
— Ты бы не посмела, — бормочет он, и большой плохой альфа действительно выглядит напуганным.
— Я бы так и сделала. — Я оставляю его обсуждать, кого он больше боится охотников или своей жены.
Мы оба знаем, что это его жена.
После того, как я проверила патрульных бета и стаю, насколько это возможно, чтобы облегчить бремя Чана, я возвращаюсь в камеры, чтобы встретиться лицом к лицу с Джеем.
Мне нужны ответы, и они нужны мне сейчас.
Я не могу позволить своей стае страдать, несмотря на то, что он, возможно, волк.
На этот раз в клетках нет волков, так что они явно думают, что он не стоит таких усилий, но даже когда я подхожу к его камере, я знаю, что что-то изменилось. Дело даже не в легком изменении его запаха, мускус почти насыщенный и пряный. Дело в сиянии его глаз.
Он меньше похож на человека, больше на зверя.
Это слышно в его голосе, который глубже и больше похож на рычание. — Маленькая волчица, — приветствует он меня.
Прислонившись спиной к камере напротив, я смотрю на него, видя, что его раны зажили. Только превращение или мои целительские способности могли это сделать. Конечно, они бы заметили, как он обратился, даже если бы не заметили ничего другого.
— Ты перекинулся, — комментирую я, сбитая с толку. Он не застрял в своей волчьей форме, что обычно случается, когда дикари переходят в первую смену, и меня долго не было, так что же случилось?
— Не совсем. — Он наклоняет голову, и это определенно более по-звериному.
Он моргает, поднимаясь на колени, хватаясь за прутья, и я вижу, как они прогибаются. Я сдерживаю свой ужас и потрясение, глядя в бездну его взгляда.
Джей впитывает в себя своего волка, свою дикую сторону, и это только сделало его более опасным.
Он охотник, смешанный со зверем.
Это было бы все равно что превратиться
