его жизни будет выполнена. Об этом точно станет известно в ближайшие месяц-два, такой максимальный срок существования отвел нынешней Финляндии американский военный атташе. По его мнению, самое позднее к сентябрю, финны будут разгромлены и то, какие условия русских они будут вынуждены принять окончательно даст ответ на этот вопрос. От решения которого кстати будет зависит и степень его личного, Билла Уилсона, сотрудничества с русскими.
Эту связь желательного для него решения финского вопроса с возможным сотрудничеством с русскими, мистер Уилсон четко и окончательно понял, когда самолет Дуглас C-47 «Скайтрейн» («Дакота») выполняющий рейс Москва-Тегеран, взлетевший с бакинского аэродрома, взял курс на Тегеран. Он, наверное, был бы очень удивлен, если бы вдруг в эту минуту узнал, что эту его связь решения финского вопроса и будущего сотрудничества с русскими отлично уловил хозяин главного кремлевского кабинетам и именно по этой причине дал свое «добро» на предложенное сотрудничество.
Глава 16
В требовании провести в экстренном порядке пленумы обкома и горкома на самом деле не было ничего экстраординарного. Все дело на мой взгляд было в требовании начать активную работу по разработке планов послевоенного развития страны. А здесь скорее всего товарищ Вознесенский просто немного поторопился или даже решил, что это непринципиально, кто там в Сталинграде будет играть первой скрипкой.
Но как бы то ни было, пленумы мы провели. В соответствии с жесткими рекомендациями Центрального Комитета первым секретарем объединенного обкома и горкома избрали товарища Андреева. Моя же кандидатура была утверждена на позицию второго секретаря. Причем, согласно той же директиве из Москвы, особо подчеркивалось: товарищ Хабаров должен сосредоточиться исключительно на вопросах перспективного развития города и области. Это было достаточно необычно и не стандартно для нынешней ситуации в стране. Обычно этим занимаются все-таки первые лица области или города. Но прямые распоряжения Москвы надо неукоснительно выполнять, а не обсуждать, тем более сейчас, когда еще идет война.
Основной доклад на областном совещании партийно-хозяйственного актива области проведенном двадцать восьмого июня, естественно, делал товарищ Андреев. Он естественно еще раз подвел итоги восстановления области и города, подчеркнув сделанное после партийных конференции проведенных в начале года, остановился на общих задачах, стоящих перед нами, ну и так далее и тому подобное, что собственно и положено было сказать, чтобы обозначить линию партии.
Когда Виктор Семенович закончил доклад и вернулся на свое место в президиуме, слово взял я. В отличие от общего доклада, мне предстояло выступить с конкретным планом первоочередных задач послевоенного развития. На эту тему, кстати, имелось прямое распоряжение ЦК, подписанное лично товарищами Вознесенским и Маленковым, что придавало моему выступлению особый вес.
— Товарищи, — начал я, обводя взглядом притихший зал.
Конечно я сказал о руководящей роли партии и лично ряда товарищей, без этого сейчас ни как иногда даже на каком-нибудь селекторном заводском совещании, но быстро перешел к изложению своих предложений.
Их было не так уж много, но каждое требовало пояснений. Первым пунктом стояла программа газификации области и города. Я рассказал о перспективах открытия месторождений газа и нефти фактически прямо у нас под ногами, в наших степях, и предложил незамедлительно начать создавать для этого необходимую инфраструктуру. Это подразумевало строительство магистральных трубопроводов, сначала газового, а затем и нефтяного.
Экскаваторы для таких работ у нас имеются: нескольких трофейных немецких машин, восстановленных на нашем ремонтном заводе, будет вполне достаточно. На заводе «Красный Октябрь» необходимо срочно создавать новые мощности для проката труб нужного диаметра, то, что выпускается сейчас, для этих целей не годится. Всем предприятиям города предстояло заняться выпуском оборудования необходимого для добычи, транспортировки и переработки газа и нефти.
— Параллельно, — продолжал я, повышая голос, чтобы перекрыть нарастающий шепоток в зале, — необходимо на базе нашего политеха начать разработку промышленных газовых турбин. Они в первую очередь понадобятся энергетикам. Рассчитывать на какое-либо серьезное развитие без увеличения мощностей доступной электроэнергии просто невозможно. СталГРЭС и заводские станции уже в ближайшие два-три года наши потребности не покроют. Внешних источников пока не предвидится, поэтому мы обязаны планировать строительство новых теплоэлектростанций, в перспективе ориентированных на газ. В будущем и модернизацию СталГРЭС нужно вести с учетом перевода на «голубое топливо».
Когда я начал говорить об этом, в зале воцарилось такое напряжение, что, казалось, большинство присутствующих боялось даже дышать. Слишком неожиданное для большинства присутствующих звучало с трибуны. О моих планах знал лишь очень ограниченный круг наших товарищей, которые уже начали работать над их воплощением в жизнь. В их числе были директор «Красного Октября» и наш главный геолог. После моего доклада они должны были выступить с краткими сообщениями о том, что уже сделано.
Я сделал паузу, делая глоток воды из стакана, стоящего на трибуне. В зале было тихо. Лишь изредка кто-то кашлял, да скрипели стулья.
— Почему я говорю о строительстве именно тепловых электростанций, а не, например, о большой гидроэлектростанции, вопрос о которой поднимался перед самой войной, — продолжал говорить я, изредка заглядывая в текст своей заранее отпечатанной речи. — Ответ очень простой. Время и огромный масштаб работ, которые надо провести при строительстве ГЭС. А в моем варианте мы такие же мощности получим быстрее и здесь значительно с меньшими затратами.
В зале волной прокатилась реакция на мои слова, но я тут же переключил внимание собравшихся на следующее моё предложение.
— В Сталинград два дня назад начали поступать первые контейнеры с американским полиграфическим оборудованием, — перешел я ко второй части своего выступления. — Первый год-полтора американцы будут снабжать нас бумагой и тем, что называют «расходниками». Работа на советском сырье, в принципе, возможна, но тогда заокеанское оборудование быстро начнет выходить из строя, и его эксплуатация превратится в сплошной ремонт. Поэтому создание отечественных «расходников», в первую очередь типографских красок, насущная необходимость. И хочу подчеркнуть, что мощности этой типографии позволят обеспечивать высококачественной полиграфией не только нашу область. Вторая важная проблема — это налаживание производства качественной бумаги. Это, пожалуй, выходит за рамки наших возможностей, но разработка технологий и создание промышленного оборудования для этого, задача нам вполне по плечу. И возможно реально будет построить чисто бумажную фабрику, работающую на сырье, привезенном из другой области.
Это была первая часть моих предложений. Я откашлялся, готовясь к изложению другого важного блока.
— Надеюсь, вы, товарищи, знаете, что фонд помощи Сталинграду, созданный в США американскими и английскими военными, ставшими инвалидами на фронтах Второй Мировой, в том числе и сражавшиеся плечом к плечу с нашими героическими летчиками и
