На том конце провода повисла тишина. Сьюзан терпеливо ждала, закрыв глаза. Ей нужна была помощь Имогены. Она не обольщалась на свой счет, не убеждала себя, что справится одна. Но Имогена совсем другой человек. Сьюзан отнюдь не была уверена, что свекровь ей поможет.
— Я не хочу с ним бороться, — наконец произнесла Имогена. — Это безумие зашло слишком далеко. Если бы я могла его остановить, то переписала бы на него все, что у меня есть, ради сохранения мира в семье. Я тоже несу ответственность за сложившуюся ситуацию и вовсе не горжусь этим. Не следовало его раздражать, он член семьи, а мы забыли об этом. Сейчас я очень сожалею о содеянном, но уже ничем не поможешь.
У Сьюзан, казалось, остановилось сердце.
— Вы не поможете?
— Я этого не сказала. Приеду, как только соберусь. Но не для того, чтобы воевать с ним, дорогая, а для того, чтобы помочь тебе и сделать все возможное для спасения компании. Это единственно важная вещь на данный момент. Я готова ползти к Корду на коленях, только чтобы прекратить эту вражду.
От такой перемены в поведении гордой и заносчивой Имогены на глаза Сьюзан опять навернулись слезы.
— Я буду ждать, — прошептала она и быстро повесила трубку, чтобы не разрыдаться прямо во время разговора.
Работа, которую выполняла Сьюзан до этого дня, не шла ни в какое сравнение с тем, что ей предстояло теперь. Она приезжала в офис на рассвете и уходила не ранее девяти-десяти часов вечера. Казалось невозможным, что она окажет сопротивление Корду, но Сьюзан не сдавалась. Имогена постоянно куда-то звонила, стараясь, воспользовавшись связями и хорошим к ней отношением, получить кредит, который позволил бы им держаться на плаву. Но даже старые друзья теперь относились к корпорации с осторожностью и подозрительностью. Деловые люди очень внимательно следят за слухами, а многие уже говорили о нестабильном положении компании. Акции падали, Сьюзан была вынуждена продать свой пакет. Имогена и Престон уже продали часть своих акций, надеясь выкупить еще больше, когда дела пойдут в гору. Но Корд полностью контролировал ситуацию, и через некоторое время цены пошли вверх.
У Сьюзан были акции и других компаний, которые ей тоже пришлось обратить в наличность. Она старалась скрыть это от Имогены, зная, что та придет в ужас от этого поступка. Свекровь держалась великолепно, она взялась за работу с невероятной энергией и вела дела с некоторым присущим ей щегольством. Сьюзан старалась ее всячески поддерживать, чтобы не позволить погрузиться в депрессию. Она понимала, как Имогена переживает из-за безвременной разлуки с единственным оставшимся в живых сыном. Одного этого было достаточно, чтобы навсегда потерять интерес к жизни.
Глядя по утрам на себя в зеркало, Сьюзан понимала, что постоянно находится в напряжении, и думала, долго ли выдержит. Круги под глазами уже не пропадали, и Сьюзан старательно скрывала их при помощи макияжа. Теперь она уходила из дома даже раньше, чем приходила Эмили. Нервное состояние не позволяло ей спокойно приготовить себе завтрак и поесть. Когда она возвращалась вечером, ее всегда ждал готовый ужин, оставленный заботливой экономкой, который надо было только подогреть, но чаще всего Сьюзан не находила в себе сил сделать даже это. Она держалась только благодаря кофе и нескольким кусочкам сандвича, который редко доедала. Жара становилась все сильнее и высасывала из Сьюзан все жизненные силы, влажность окутывала теплым одеялом и не давала свободно дышать. Ночью она не могла заснуть, даже включив кондиционер, и лежала, глядя в окно в надежде увидеть вспышки молний, предвещавшие грозу и дождь. Однако небо оставалось безоблачным, а каждый следующий день был жарче предыдущего.
Лежа в кровати влажными жаркими ночами, сбросив тонкую простыню, потому что и под ней Сьюзан было невыносимо жарко, она думала о Корде. Днем она его ненавидела, сражалась с ним, но, когда наступала ночь, сдерживать чувства не было больше сил. Обняв подушку, Сьюзан наконец могла выплакать ей свое горе. Корд был рядом с ней, его темные волосы разметались на соседней подушке. Ее ноги обвивали его спину, они были словно прикованы друг к другу, и он глубоко входил в ее тело, проникал в душу. Сьюзан так сильно хотела его, что у нее болело все тело. Грудь набухла, а внизу живота появлялась тяжесть от невероятного желания. Она мечтала хотя бы увидеть его, полюбоваться его великолепно очерченными губами и кривой ухмылкой. Стоило Сьюзан задремать, ей снился Корд. Вздрогнув, она просыпалась, чтобы дотронуться до него. Несколько раз она едва не поддалась порыву поехать в Джубил-Крик, но сдержалась. Жаркие бессонные ночи так и проходили в одиночестве.
До нее доходили слухи, а из них всегда можно почерпнуть полезную информацию, что Корда опять нет в городе. На этот раз Сьюзан даже не поинтересовалась, вернется ли он, ее интересовало лишь то, что еще предпримет Корд. Не против нее лично, а против них всех. Сьюзан не знала точной даты приезда, но предполагала, что это было приблизительно в то же время, когда исчез Престон. Всем друзьям и знакомым Имогена и Сьюзан сказали, что он отправился в деловое турне. Они решили, что так будет лучше для всех и позволит избежать ненужных сплетен. Вполне возможно, Корд не знал, что теперь корпорацией управляет Сьюзан.
Тем не менее она не ощутила ужаса и трепета, когда узнала, что Корд вернулся, хотя эта новость должна была ее ошеломить. На какое-то мгновение Сьюзан почувствовала радость, что Корд все-таки вернулся, ее радовала даже территориальная близость, если она не могла испытать физическую и эмоциональную. Она чувствовала, что Корд рядом, даже когда он был в Миссисипи, ей казалось, что тогда не все кончено.
Если бы Сьюзан не была такой уставшей, не испытывала чувство полнейшей безысходности, возобладавшей над здравым смыслом, подобная идея не пришла бы ей в голову. Однако как-то ближе к вечеру она опять вспомнила о разработках в горах. Всю предыдущую ночь она провела без сна, и всевозможные мысли роились в голове. Кондиционер в офисе не мог справиться с жарой и влажностью. Сьюзан сняла и без того легкий жакет, поскольку было уже поздно и все разошлись по домам. Но даже в тонком хлопковом топе, который она надела под жакет, было ненамного прохладнее. Вдалеке послышались раскаты грома, но Сьюзан последнее время не очень им доверяла, гром — это не гарантия того, что будет гроза или дождь.
Сьюзан сделала все, что могла, но ей все равно не хватало приличной суммы, чтобы выплатить долг. Она продала большую часть своих акций корпорации Блэкстоунов и других компаний, заложила все, что оставил ей Вэнс… кроме дома, в котором жила, и земель в горах.
