затащили в машину.
Дочка понятия не имеет, каких нервов мне стоили ее поиски.
Я за последний час чуть не поседел.
Сказать, что я зол из-за всего этого, — ничего не сказать.
Мы довольно быстро добираемся до детской площадки, где еще недавно Вероника играла с сестрой.
Майя стоит там, где я ее оставил. Едва замечает нас, бежит навстречу со всех ног.
— Милая моя, хорошая, родная! — причитает Майя, пытаясь забрать у меня Веронику.
А я не отдаю.
— До квартиры донесу, — говорю ей делано спокойным тоном. — А потом нас с тобой ждет серьезный разговор…
Как только Майя это слышит, виновато опускает голову.
И ни слова не говорит.
Еще б ей что-то сказать…
Слава богу, не начинает оправдываться. Я б тогда, наверное, не утерпел, стал на нее рычать прямо при Нике. Но негоже это — отчитывать мать при ребенке.
Мы заходим в подъезд, поднимаемся на нужный этаж. Майя ведет нас к квартире.
В прихожей ждет ее сестра.
— Нашлась, счастье-то какое! — охает Лена и вцепляется в Нику мертвой хваткой, уносит в квартиру.
Я не захожу, остаюсь на лестничной клетке.
— Давай отойдем к окну, поговорим, — говорю Майе с нажимом.
— Сейчас, я дверь запру, — кивает она. — А то вдруг Вероника опять выскочит, а мы не заметим…
Наблюдаю за тем, как Майя запирает дверь, сжимает ключ в руке и поднимает на меня взгляд.
Беру ее за локоть и отвожу на несколько шагов в сторону, к окну, что находится на лестничной клетке, совсем рядом с пожарной лестницей.
Я впечатываю Майю спиной в стену, упираюсь ладонью возле ее лица и нависаю над ней. Пальцем тычу Майе в грудь и начинаю рычать:
— Я доверил тебе ребенка, а ты что?
— Артем, я не хотела, — лепечет Майя.
— Что ты там не хотела? — распекаю ее. — Как так могло получиться, Майя? Это насколько надо было за ней не следить…
— Я следила! — стонет она. — Мы с Леной завели их в квартиру, оставили играть с куклами. Ненадолго! Я была уверена, что заперла дверь, но…
— Что «но»? — продолжаю рычать.
— Но, по ходу, не заперла, раз она выскочила…
— Как можно было не запереть дверь, когда в квартире две маленькие девочки? Ты хоть примерно представляешь, какие могли быть последствия?
— Я не знаю, как так вышло. Всегда запирала, клянусь…
— Клянется она… — я уже откровенно на нее шиплю. — Майя, ты поступила крайне невнимательно. Это за гранью просто. Верх безответственности!
Чем больше я говорю, тем сильнее расширяются ее глаза. В них вовсю плещется вина за то, что случилось с Никой.
Майя вжимает голову в плечи и будто даже уменьшается в росте. Не пытается со мной спорить. А меня настолько распирает злость, что попросту не могу остановиться, продолжаю на нее возмущаться:
— Майя, это пиздец! Как я могу тебе ее доверять, если ты даже дверь закрыть не в состоянии?! Хреновая из тебя воспитательница!
Вдруг мы оба слышим, как в нескольких шагах от нас кто-то открывает дверь.
Я дико бешусь, ибо уверен — это Ленка решила влезть в наш с Майей разговор, как обычно начнет умничать. Вот только мне сейчас не до ее ценного мнения. Пусть только откроет рот, и получит у меня наравне с Майей. Тетя тоже мне. По идее, следить должна, помогать. Две взрослые девки в доме, а умудрились прошляпить Нику. Даже замок не заперли, курицы.
Однако в дверях показывается совсем не Ленка.
На лестничную клетку выглядывает головка Ники.
Она видит нас, хихикает и прячется обратно в квартире.
— Артем? — стонет Майя. — Я что, опять забыла запереть дверь? Я же запирала вроде… Совсем с ума схожу!
— Запирала, — подтверждаю. — Сам видел.
— Тогда как она ее открыла? Отмычкой, что ли?
Я чешу лоб.
Оно, конечно, всякое бывает, но чтобы ребенок в три с половиной года умел пользоваться отмычкой — это как-то перебор.
— Может, Ленка открыла? — пожимаю плечами.
— Да зачем бы она это делала?
Мы оба спешим в квартиру, но в прихожей нет никакой Ленки. Там только Вероника.
Дочка стоит, смотрит на нас, невинно хлопает ресничками.
Майя наклоняется к ней, спрашивает с испуганной улыбкой:
— Ничка, дочечка, это ты дверь открыла или тетя Лена?
Вероника заявляет гордо:
— Я!
— Как это ты? — охает Майя. — Как ты смогла?
Вероника разводит руками:
— Мама, не ругайся, Поля тоже умеет…
Майя ошалело охает, зовет вторую красавицу:
— Поля!
Когда та прибегает, Майя спрашивает:
— Ты что, тоже умеешь отмыкать дверь?
— Ника показала, — кивает вторая карапетка.
— А где вы взяли ключи?! Они же у меня в единственном экземпляре!
Майя поворачивается ко мне и начинает доказывать:
— Артем, у нас правда одни ключи! Ленин муж потерял связку, Ленка ему свои отдала, а то ведь со смены поздно придет… Только у меня остались ключи, так что девочки нигде…
— Я их спрятала, — хихикает Вероника. — В ботинок.
А-а, то есть диверсия заранее продуманная.
Нет, ну точно моя дочь!
Сперла ключи, втихаря открыла дверь, сбежала, еще и сестру научила открывать.
Да-а-а… Тут не надо никакой ДНК-экспертизы. Сразу видно — моя кровиночка. Гены прут из всех щелей. И напакостить, и друзей пакостям научить. Прямо как я в детстве. Помню, как по малолетке спер у старшей воспитательницы ключи от шкафа, где она прятала конфеты. Мы с друзьями их сперли, сожрали, а потом я подкинул ключ другому пацану. Ох и взгрели же его… В общем, еще повезло, что Вероника не догадалась все спихнуть на Польку, честно призналась.
— Офигеть… — стонет Майя и плюхается задницей на мягкую табуретку, что стоит возле двери.
Видимо, до нее только начинает доходить, какое волшебное дитятко мы с ней родили.
— Спокойно, — выставляю вперед ладонь. — Май, давай отмотаем назад, ладно?
— Что отмотаем? — не понимает она.
— Ну… — тяну на выдохе. — Что я там говорил про безответственность и все такое…
Ведь, как ни крути, вышло, что Майя не виновата. Дверь, похоже, вправду замыкала. Откуда она могла знать степень хитрожопости нашей дочки? Эти двое еще не успели как следует познакомиться.
Майя на мое предложение никак не реагирует, ошарашенно спрашивает:
— И как
