Читаем без скачивания Зодчие Санкт-Петербурга XVIII – XX веков - Валерий Исаченко

У него было огромное количество учеников – и на стройке, и в Академии, где он преподавал, и в творческой мастерской. Он был прирожденным учителем: «Общение с молодежью и возможность передавать ей свои знания дают моральное удовлетворение». Он советует преподавать и Н.Д. Каценеленбогену, а когда тот выразил ему свое желание заняться еще и научной работой, Троцкий предложил ему подумать о возможной теме для диссертации: «О специфике промышленного строительства». Троцкий, кстати, едва ли не первым предлагал обобщить опыт многоэтажного жилого строительства Петербурга 1910-х гг. (недавнего модерна и неоклассицизма).

Ной Абрамович Троцкий был человеком яркого таланта, твердых убеждений, гражданином в полном смысле слова. Свой жизненный путь – всего 45 лет (он умер 19 ноября 1940 г. на операционном столе) прошел столь достойно, что стал символом ленинградской школы зодчества. Он жил на Большой Конюшенной ул., 15, в квартире 26, и был погребен на Волковском кладбище.

Алексей Морозов

Так уж сложилось, что нам почти ничего не известно о деятельности выдающихся инженеров, работавших в области гражданского строительства. Между тем, когда в 1988 году в связи со 100-летием возведения всемирно известной Эйфелевой башни Научно-техническое общество Франции решило отметить величайшие инженерные достижения XX века, то наряду с англо-французским проектом туннеля под Ла-Маншем, гигантской норвежской платформой для добычи нефти со дна Северного моря и транспортной эстакадой, соединившей все Японские острова, в число этих немногих шедевров попал и крытый зал нашего Спортивно-концертного комплекса на проспекте Гагарина. Он был удостоен такой чести благодаря невиданному до сих пор по размерам пролету в 160 м, перекрытому тонкой стальной оболочкой-мембраной.

Это уникальное мембранное покрытие, поразившее западных специалистов своим техническим и архитектурным совершенством, а также и дешевизной изготовления, было разработано коллективом ленинградских инженеров под руководством выдающегося ученого, инженера, академика Алексея Петровича Морозова, оставившего нашей стране труднообозримое даже в пределах монографии (не говоря уже о статье) наследие. Сооружения, созданные при его деятельном участии и под его руководством, являются гордостью нашей архитектурно-инженерной школы. Если раньше можно было как-то отделить вклад архитектора от вклада инженера в том или ином сооружении, то Морозов и его коллеги и последователи полностью перевернули наши традиционные представления, доказав на практике, что современная архитектура и конструкции – одно неразрывное целое.

А.П. Морозов

Алексей Петрович Морозов (1907–1987) – человек-эпоха. Он вошел в историю зодчества и строительного искусства как создатель и руководитель целой школы инженеров – творцов большепролетных конструкций. Переоценить роль этих конструкций в архитектурной панораме города на Неве и всей страны невозможно: впервые в отечественной практике инженерное искусство в столь больших масштабах стало важнейшим формообразующим фактором, более того – неотъемлемой частью архитектуры. Это ни в коей мере не умаляет заслуг выдающихся русских инженеров XIX – начала XX веков, создавших фундамент отечественного инженерного искусства.

Биография А.П. Морозова очень интересна. В монографических очерках принято награждать героя самыми высокими эпитетами, даже если он и не вполне соответствует им. Морозов действительно был фантастически обаятельным человеком, энциклопедически образованным, душевно щедрым, любившим людей и проявлявшим к ним неподдельный интерес. Счастливы те, кто с ним работал.

Еще в предвоенные годы ленинградцы хорошо знали знаменитого баскетболиста, мастера спорта, чемпиона страны Алексея Морозова, а вскоре он стал одним из лучших теннисистов города. Нельзя было не залюбоваться великолепно сложенным спортсменом. К слову говоря, он и в старости был очень красив. Спорт занимал большое место в его жизни, однако он стал профессиональным инженером, и в этом, очевидно, есть своя логика. Несомненна глубинная связь между Морозовым-инженером и спортсменом. Вспомним, что очень многие наши художники, писатели, зодчие, музыканты того поколения, к которому принадлежал Морозов, были спортсменами и на всю жизнь сохранили интерес к спорту – жаль, что на эту тему не написана книга, она могла бы многое объяснить в творчестве А.А. Дейнеки, А.Н. Самохвалова, С.С. Прокофьева и многих других. Говоря о Морозове, уместно сказать, что, по его мнению, красота современных художественно осмысленных конструкций, которым он посвятил свою долгую жизнь, сродни красоте спорта, и, по-видимому, не случайно с именем Алексея Петровича связано возведение лучших и крупнейших спортивно-зрелищных зданий в нашем городе и стране. Это был поистине поэт-инженер – недаром он любил в процессе работы размышлять вслух.

В 1934 году Алексей окончил Инженерно-строительный институт, где его учителем был знаменитый профессор, руководитель кафедры «Инженерные конструкции» Н.Н. Аистов, пользовавшийся непререкаемым авторитетом. Тогда была создана кафедра металлических конструкций, ставшая одной из ведущих. Аистов сыграл решающую роль в разработке методики испытания строительных конструкций и создании серии точных измерительных приборов и машин (в механической лаборатории). Таким образом, А.П. Морозов прошел великолепную школу, что позволило ему с блеском выполнить свою первую крупную работу – параболический бункер длиной более 300 м для Балхашского медеплавильного завода (1936 г.). Эта первая пространственная конструкция создавалась на территории Горного института. Через два года был создан эллинг для Комсомольска-на-Амуре. Незадолго до войны в этом же городе был построен механосборочный цех. Знания, полученные в институте, быстро претворялись в жизнь. В годы Великой Отечественной войны молодой, но уже опытный мастер подобно многим своим товарищам строил оборонительные сооружения, в частности огневые точки в первых этажах домов на Литейном проспекте. Любопытная деталь – в 1942 году Алексей Петрович участвовал в баскетбольном матче на стадионе им. В.И. Ленина, что также имело немаловажное значение для подъема духа горожан.

В послевоенные годы он стал руководителем сектора, а затем главным конструктором одного из крупнейших институтов по проектированию промышленных зданий и комплексов – ПИ-1 (Адмиралтейский пр., 12, «дом со львами», воспетый Пушкиным). Институт проектировал для всей страны – здесь шло освоение большепролетных конструкций, увязывались воедино вопросы прочности, надежности, трудоемкости и экономичности. Именно в промышленном зодчестве, как нигде, происходит самое тесное сближение усилий архитекторов и инженеров-конструкторов. Не всегда можно определить грань, где кончается труд зодчего и начинается труд инженера, точнее, можно сказать, что это единый процесс. В 1948–1952 годах под руководством Морозова были созданы эллинги на ряде ленинградских предприятий, был сооружен газгольдер, цех Балтийского завода на Косой линии. В 1955 году возведен завод железобетонных изделий им. ВЛКСМ, а затем сборочный цех на автовском заводе железобетонных изделий.

Интереснейшая страница послевоенного зодчества Москвы – высотные дома, ставшие важными и необходимыми акцентами в сложном силуэте столицы. Московские зодчие спроектировали высотную гостиницу на Комсомольской площади, назвав ее «Ленинградской». Ее высота – 200 м. Для сложных расчетов металлического каркаса они пригласили Алексея Петровича, успешно справившегося с задачей. Здание было завершено в 1952 году, что стало событием в архитектурной жизни страны. В эти годы Морозов разработал совместно с архитектором Г.П. Степановым конкурсный проект широкоэкранного кинотеатра, признанного лучшим. Работал он и над другими конкурсными проектами, завязывались тесные творческие связи с крупнейшими зодчими, продолжалась работа над промышленными объектами, но, чем бы ни приходилось заниматься инженеру, он никогда не забывал о главном – о перекрытии больших пролетов. Можно сказать, что это было его мечтой. Монолитный и сборный железобетон, металл и армоцемент – вот его стихия.

В 1956 году в жизни Морозова произошло важное событие – он стал академиком (действительным членом) Ленинградского филиала Академии строительства и архитектуры. Начался новый этап его творческой деятельности – сооружение рынков, ставших характерными памятниками архитектуры 1950—1960-х годов. В сотрудничестве с архитекторами С.И. Евдокимовым, О.Б. Голынкиным и другими зодчими А.П. Морозов возвел несколько крупных рынков: Некрасовский на ул. Некрасова, 52 (1955–1960 гг.), Московский на ул. Решетникова, 12 (1956–1957 гг.), и Невский на пр. Обуховской Обороны, 75а (1961 г.). Энергичный и темпераментный, он всегда бывал на стройках, находя контакт со строителями. В 1958 году построен цех на экспериментальной базе Академии строительства и архитектуры на Витебском проспекте, в 1960-е годы участвовал в сооружении крытого плавательного бассейна на углу Литовской улицы и Лесного проспекта, проектировал оболочки производственных цехов для Калининграда и Молдавии, покрытие цеха текстильной фабрики в Красноярске.