больно царапнул горло, но я заставила себя съесть его. Снова захотелось пить. Горло высохло, появилось настойчивое желание выпить той воды. На периферии сознания отметила, что эффект прошёл быстрее, чем от прошлого стакана. Значит привыкание у зелья быстрое. Времени на раздумья нет, следующий стакан я должна вылить. Без воды я долго не протяну. Действовать придётся быстро. Только вот как? Столовых приборов мне больше не давали. Мысль о разбитом стекле я отмела – шум услышат. Но другие варианты казались ещё менее дееспособными. Если бы у меня была с собой хотя бы заколка.. Мысль пришла неожиданно. Бельё! Моё бельё осталось при мне, а в него вшиты металлические “косточки” – как их называли в мире моей юности.
Выполнить задуманное я не успела. Дверь открылась – вошёл король, как и в прошлые дни, со стулом и стаканом.
– Добрый день, Елия. – сказал он, поставил стакан на пол и сел на стул.
– Здравствуй, Эрик. – я продолжила сидеть на кровати.
– Как себя чувствуешь? Выглядишь неважно.
– Не лучший комплимент.
– Не хочу врать тебе, дорогая.
– Зачем пришёл? – мой голос прозвучал грубо. Эрик нахмурился. Глаза злобно блеснули.
– Принëс тебе воды.
Мне пришлось приложить все силы, чтобы не попросить стакан. Горло сдавило.
– У тебя проблемы? Казна опустела? – я постаралась сказать это с иронией, но хрипящий голос всë испортил. – Или ты всем заключëнным приносишь воду лично?
– Нет, дорогая. Такой чести удостоилась только ты.
– Это мне льстит. – я сделала паузу. – Но не радует. – посмотрела на его злые глаза и добавила. – Не хочу врать тебе, дорогой.
Эрик наклонил голову набок, чем напомнил мне внимательного пса, наблюдающего за наглым птенцом. Так себе ощущение.
Я сглотнула. Горло отозвалось болью. Руки тряслись мелкой дрожью – мне пришлось сжать ткань платья, чтобы Эрик не заметил этого.
– Знаешь, Елия. Мне даже жаль, что так получилось.
– Не поверишь, но мне тоже.
Король вышел, а я снова осталась одна. Стакан стоял на полу. Жажда сдавила на моей шее шершавые лапы. Воспоминание обожгло – письмо от Сегдия. Вот, что стало переносчиком заклятия. Мне стало одновременно легко и горько. Горько от того, что Сегдий оказался замешанным в этом, а легко, потому что Влад, судя по всему, не имел к моему пленению никакого отношения. Теоретически Сегдий мог и не знать о заклятии. В голове тут же пронеслось – смотря что за заклятие. Оно могло быть вписано вместе с чернилами, а могло содержаться в печати. Постепенно темнело, мой взгляд постоянно возвращался к воде. Руки тряслись, как у старика с болезнью Паркинсона. Поэтому я просто пнула стакан, разметала его содержимое ногой по полу. Ломка затуманила разум. Я сжала зубы и трясущимися руками расковыряла бельё, извлекла металлические прутики и пошатываясь подошла к окну. Как же я бежать буду? – подумала я, но от затеи не отказалась. Без воды я долго не протяну, а пить эту дрянь больше не хочу.
Металлическая косточка легко вошла в щель между рамами. Я провела по периметру, наткнулась на замок. Надавила. Просунула туда же вторую железку. Действовать пришлось наугад, поэтому, когда замок щëлкнул и рама начала двигаться – я удивилась. На всякий случай засунула косточки туда же, откуда их вытащила – они тут же впились в грудь. Затем я надела на руку браслет. Его действие понадобится.
Медленно открыла окно и лёгкие наполнились летним теплом. Залезла на подоконник, замерла. Скользнула непрошенная мысль – упаду ведь. А, какая разница! – тут же ответила сама себе.
Прыгнула. Ноги соскользнули, живот больно ударился об ветку, а руки вцепились в листву мëртвой хваткой. Я полувисела – полулежала, пока сердце не вернулось в спокойный ритм, а онемевшие руки не расслабились. Подползла к стволу. Интересно, почему ещë никто не прибежал на треск? Или он не был таким громким, как показался? До нижних веток добралась без приключений, потом пришлось прыгать. В темноте я не могла понять на какой высоте нахожусь. Несколько раз глубоко вдохнула и прыгнула. Удар выбил воздух из лëгких, умудрилась удариться лицом об свою коленку. Поднялась, цепляясь за ствол дерева. Пошла наугад, услышала топот ног и нырнула в кусты. Стражники прошли мимо.
Пронесло. Перебежками добралась до ворот, огляделась. Ночная тишина успокоила. Я перелезла через забор и оказалась в другом саду. Стало интересно куда я попала. Невозможно было понять – выбираюсь ли я наружу или забираюсь глубже в замковый комплекс. Здание, из которого я сбежала, виднелось сзади, но справа чернело во тьме другое. Я не стала спорить с логикой и побежала вперёд и налево. Меня ещë не поймали и это уже радовало. Огорчали только ноги, саднящие из-за бега босиком и ощутимо распухшее горло. Найти бы воду – подумала я и поняла, что подол намок от росы. Роса! Я опустилась на колени и стала собирать еë прямо ртом. Шершавый язык не слушался, но облегчение я почувствовала. Надо бежать.
От мыслей о магии я отказалась – портал здесь не открыть, магический затвор я чувствовала всей кожей, а следы волшебства могут заметить. Я бы не удивилась, если применение магии вообще дало бы эффект сработавшей сигнализации. Каждый шаг отдавался тупой болью в голове, колени дрожали. Я не знала откуда мой организм черпал силы и боялась даже думать об отдыхе. Тьма сгущалась – приближался час волка.
Я ковыляла по саду, врезалась в деревья и царапалась об кусты. Цветов становилось всё меньше, потянуло сыростью. Всей кожей почувствовала – где-то рядом должна быть вода. Я вышла на берег протоки и замерла всего на мгновение. Дальше мой организм действовал сам. Ноги сорвались на дёрганый бег, тело с плеском погрузилось в воду. Я нырнула с головой и позволила тёплой влаге попасть в рот. Выходить из воды мне не хотелось, на горизонте наметился краешек рассвета. Я поплыла к нему, разводя руками воду, путаясь ногами в потяжелевшем подоле. Даже в платье плыть было легче, чем идти. Протока изогнулась, в рассветных сумерках чёрной громадой показался мост. Течение ускорилось, пронесло меня под мостом и понесло дальше. При виде домов я нырнула. Под водой приблизилась к берегу, заключённому в бетонную набережную, и поплыла вдоль него. Людей на улицах ещё не было. Только изредка мелькали патрули. Когда показалась городская стена – я снова нырнула. Держалась под водой сколько могла, потом аккуратно вынырнула. Выплыла на стремнину. Берега отодвинулись, раскрыли речную гладь, но она тут же спряталась в туманной дымке. Я перевернулась на спину и позволила течению нести меня всё дальше и дальше. Мышцы начинало сводить. Невольно в памяти всплыл последний пикник с друзьями Стаса, когда Влад впервые поцеловал меня. Тогда я ещё
