Да, аргумент, связанный с конвергентной эволюцией, подтверждает мнение о том, что некоторые эволюционные пути более вероятны, чем другие, но сам этот аргумент основан на существовании сходных черт, развившихся независимо в более чем одной группе. Следовательно, его нельзя использовать для поддержки утверждения о том, что свойство, развившееся лишь единожды (то есть наш сложный разум) было неизбежно. Хобот слона, замысловатый и сложный результат адаптации вида (в нем, между прочим, более 40 000 мышц), тоже одинок в истории эволюции. То же самое можно сказать и о перьях. Тем не менее вы не услышите, как ученые доказывают, что эволюция должна неизбежно заполнить нишу «длинного дыхательного органа» или «оперенных животных». Конуэй-Моррис, Миллер и другие провозглашают неизбежность появления гуманоидов по одной-единственной причине: этого требует их религия.
Самым знаменитым сторонником теории об отсутствии неизбежности эволюции был Стивен Джей Гулд. В книге «Удивительная жизнь: Бёрджес-Шейл и природа истории» (Wonderful Life: The Burgess Shale and the Nature of History) Гулд писал, что единственный настоящий способ проверить, неизбежна ли эволюция того или иного вида (к примеру, человека), таков. Нужно начать эволюцию заново, снова и снова проигрывая «запись жизни», чтобы проверить, всегда ли в результате появится человек. Разумеется, это невозможно, поскольку мы располагаем лишь одной реализацией эволюционного процесса.
Но есть и другие способы определить, повторяема ли в этом смысле эволюция. Один из них – понять, как работает этот процесс. Вкупе с некоторым знанием физики это позволяет предположить, что «запись жизни» каждый раз проигрывалась бы по-новому, даже если бы начиналась с идентичных условий.
Как и многие другие биологи, Гулд считает, что эволюция – процесс условный, то есть зависящий от самых разных факторов. То, как естественный отбор формирует виды, зависит от непредсказуемых изменений климата, случайных физических событий (падений метеоритов или извержений вулканов), возникновения редких и случайных мутаций, а также от того, каким видам посчастливится уцелеть при массовых вымираниях. Если бы, к примеру, 65 млн лет назад на Землю не упал большой метеорит, из-за которого вымерли динозавры, а млекопитающие, над которыми динозавры прежде доминировали, стали развиваться, – не исключено, что и сегодня все млекопитающие были бы мелкими ночными насекомоядными, жующими сверчков во тьме. А людей бы и вовсе не было. Исходя из этой условности, Гулд заключил, что эволюция человека – «крайне маловероятное эволюционное событие» и «космическая случайность».
Но действительно ли эволюция «условна»? Это зависит от того, что подразумевается под этим понятием. Эволюция определенно непредсказуема, поскольку мы не знаем точно, как изменится в будущем окружающая среда и какие возникнут мутации. Но «непредсказуема» – совсем не то же самое, что «не предопределена». Ученые в большинстве своем – физические детерминисты, которые считают, что поведение материи как минимум на макроуровне (те параметры, которые человек способен воспринимать) абсолютно точно определяется законами Вселенной. К примеру, мы не всегда точно предсказываем погоду, но только потому, что не знаем всех факторов, влияющих на климат, включая температуру и ветер в каждой точке Земли. Возможно, если бы мы обладали полными знаниями о подобных вещах, – а сегодня в их число входит также поведение человека, способствующее глобальному потеплению, – мы могли бы точно предсказывать погоду на годы вперед (сегодня, располагая даже самыми сложными инструментами, мы едва можем делать это на ближайшие сутки). Аналогично тот факт, что астероид врезался в Землю около 65 млн лет назад в районе полуострова Юкатан, был, безусловно, предопределен задолго до этого.
Речь идет о том, что даже если эволюция «условна», это не значит, что «ее ход не предопределен», а значит лишь, что «мы знаем недостаточно, чтобы ее прогнозировать». И очень может быть, что ход эволюции определяется законами физики. Из этого (по крайней мере, в принципе) может следовать, что эти законы при равных начальных условиях всегда дадут идентичный результат – включая и появление человека.
Не есть одна закавыка, причем немаловажная. Речь идет о законах квантовой механики, согласно которым на микроскопическом уровне частиц вроде электронов или космических лучей (в основном это быстрые нейтроны) события не предопределены, но характеризуются фундаментальной и непредсказуемой неопределенностью. Если вы возьмете, к примеру, кусок радиоактивного урана и понаблюдаете, в какой момент каждый атом распадается, а потом решите повторить всю процедуру с тем же куском, то вы увидите следующее. Во второй раз распадутся другие атомы, и при этом невозможно предсказать, какие именно. (Совокупность атомов, однако, подчиняется статистическим законам, так что «период полураспада» радиоактивного элемента – время, за которое распадается половина всех атомов – будет неизменным.) Таким образом, хотя большая группа атомов распадается с постоянной скоростью, невозможно предсказать, какие именно атомы в этой группе распадутся раньше, а какие – позже. Такие статистические закономерности и индивидуальные неопределенности характерны для явлений квантовой механики, включая и радиоактивный распад.
Таким образом, вопрос о том, неизбежно ли возникновение людей, сводится к следующему: будет ли эволюция повторяемой и детерминистской? Ну а это можно свести к вопросу о том, сказывается ли на эволюции истинная неопределенность квантовой механики. Скорее всего, сказывается – в двух весьма существенных отношениях. Первое – вопрос о том, возникла бы Земля, если бы Большой взрыв повторился при тех же начальных условиях. Ответ – почти наверняка нет. Повторение истории Вселенной привело бы, вероятно, в целом к картине, очень похожей на сегодняшнюю (к примеру, с тем же числом звезд и галактик), но Солнце и Земля вряд ли возникли бы в их нынешнем виде. Но если мы не можем гарантировать появление нашей Солнечной системы после нового Большого взрыва, то обо всем остальном говорить бессмысленно. Нет никакой гарантии, что жизнь, какой мы ее знаем, вообще появилась бы. Можно, конечно, говорить, что жизнь все же зародилась бы на некоторых планетах во Вселенной, но она совсем не обязательно была бы гуманоидной – «по образу и подобию Божию».
Но у эволюции есть еще одна составная часть, также подверженная случайностям квантовой неопределенности: мутации. Это молекулярные изменения в ДНК, многие из которых представляют собой ошибки, возникающие при репликации. Изменяя генетический код, мутации порождают новые формы генов, которые питают процесс эволюции. А некоторые мутагенные факторы, такие как рентгеновское излучение, космические лучи и даже просто ошибки при разделении двойной спирали ДНК, возможно, вызваны непредсказуемыми событиями квантового уровня.
Все это означает, что если бы жизнь началась заново, даже на нашей примитивной Земле, то мутации, двигающие эволюцию, были бы другими. А значит, другим будет и конечный результат, то есть все обитающие сегодня на Земле биологические виды. Представьте себе: всего несколько других мутаций в самом начале истории жизни – и все последующее могло бы выглядеть совершенно иначе, чем мы видим сейчас.
Суть в том, что если мутации обладают принципиальной неопределенностью, то повторный прогон эволюции, скорее всего, дал бы нам совершенно другие виды, чем мы наблюдаем сегодня. И мы абсолютно не можем быть уверены, что среди них был бы человек. Единственный способ обойти этот вывод – отказаться от естественной эволюции и привлечь какого-нибудь бога, который наблюдал бы за процессом и подправлял по ходу дела, чтобы гарантировать появление человека.
Подводя итоги, можно сказать: если пустить заново процесс хоть космической, хоть биологической эволюции, то попросту невозможно рационально и логически обосновать неизбежность появления гуманоидов – зато можно неплохо обосновать его необязательность. Любой другой ответ связан либо с самообманом, либо с ненаучными утверждениями, основанными на теологии (к примеру, с управляемыми Богом мутациями).
В конечном итоге теистическая эволюция – вовсе не полезный компромисс между наукой и религией. В области предсказаний, которые можно проверить, она опровергнута, а в области непроверяемых заявлений на нее можно не обращать внимания.
Теологические проблемы, связанные с теистической эволюцией
Представляет ли теория эволюции дополнительные проблемы для теологии? Да, и немалые. Нет, к примеру, никакого очевидного объяснения тому, что всемогущий и любящий Бог, направлявший эволюцию, завел ее в такое невообразимое количество тупиков. В конце концов, 99 % всех видов, когда-либо обитавших на Земле, вымерли, не оставив потомков. Жестокость естественного отбора, связанного с бесконечными напрасными утратами и постоянной болью, также требует объяснения. Разве любящему и всемогущему Богу не следовало бы просто создать все существующие виды с нуля, как описано в Книге Бытия?
