какого случая впадет в убожество, и ему там быть невозможно, или умрет» – то выбрать другого, достойного. Если кто из иностранных купцов в приморских городах «пожелает записаться в гражданство и учинит присягу верности», то его можно избрать в магистрат. Президент, бургомистры и ратманы освобождены от городских служб и к другим делам, кроме магистратских, «их не отлучать».
Глава 7 предполагала «разделение гражданства» на гильдии. Любопытно, что гражданами Регламент считал не всех городских жителей. Так шляхетство, «служители у дел», духовенство и иностранцы в число граждан не входили. Установлены две гильдии. К первой отнесены банкиры, «которые дают на векселя деньги», знатные купцы, которые имеют большие отъезжие торги и многими товарами в рядах торгуют, доктора, аптекари, лекари, шкиперы купеческих кораблей, «золотари», серебренники, «иконники» и живописцы. Вторая гильдия: торгующие мелочным товаром и «харчевыми припасами», портные, сапожники, кузнецы, плотники, столяры, «рещики», токари и прочие. Первая и вторая гильдии – это «регулярные граждане». В их число не входили «подлые люди, обретающиеся в наймах и в черной работе». Далее: «каждое художество и ремесло» имеет свои особенные цехи со старшинами во главе. У них должны быть книги, куда вписаны «уставы и привилегии». Отмечен также такой порядок: из «олдерменов» (старост) выбирать в ратманы, а затем в бургомистры. Необходимые уставы («регулы») для городов «сочиняют» в Главном магистрате с объявлением Сенату (глава 8).
Специально «о власти магистратской» сказано в главе 14. Городовой магистрат – «глава и начальник есть всему гражданству». Он судит граждан, содержит в своем «смотрении» полицию, собирает с граждан положенные доходы и передает средства по определению Камер коллегии, «учреждает» городское хозяйство, печется о нуждах граждан и ходатайствует о «гражданской пользе» перед Главным магистратом. Магистрат в своей компетенции не подчиняется губернаторам и воеводам. Также военные и гражданские начальники не могут судить граждан и самовольно занимать в городе квартиры. Магистратские служащие за заслуги царем могут быть пожалованы дворянством. При городовых магистратах должны быть «служители»: секретарь, потребное число приказных и прочих, которых магистрат сам назначает (глава 23). Глава 15 предполагала возможные споры между магистратом и гражданами. В этом случае арбитром выступал Главный магистрат и судил обе стороны по существующим законам.
Вопросы суда выделены в 9 главу. Хотя гражданские суды в губерниях и провинциях состоят в ведомстве Юстиц-коллегии, граждан во всех судебных делах (кроме «великих государственных дел») ведает магистрат. Там, где было положено по 4 бургомистра, один из них специально занимался судом с приданными ему товарищами из магистратских членов. Если споры касались только граждан, то «розыск» чинит магистрат. О приговоренных к смертной казни следовало сообщать Главному магистрату и ожидать его решения. Прочие же наказания вольны осуществлять городовые магистраты. В малых городах, где нет магистрата, но лишь бургомистр, апелляцию на его решение подавать в ближайший магистрат, а на него – Главному магистрату. В судебных делах граждан с лицами иных чинов «розыск» чинят совместно надворные судьи и президенты магистратов. Если они не смогут решить дело, то обращаться первым в Юстиц-коллегию, а вторым – в Главный магистрат. «Полицейским делам» посвящена 10 глава. Полиция в городе создается после решения Главного магистрата, что она там необходима к поддержанию «добрых гражданских порядков». Кроме поддержки этих порядков, полиция борется с разбойниками, ворами, насильниками, обманщиками, принуждает граждан к «трудам и честному промыслу», не позволяет установиться дороговизне в продуктах, «предостерегает все приключившиеся болезни», следит за чистотой улиц и в домах, запрещает излишества в домовых расходах и явные прегрешения, «надзирает нищих, бедных, больных, увечных, прочих неимущих, защищает вдовиц, сирых и чужестранных, воспитывает юных в целомудрии и чистоте». (Словом – забот много!) В конце сказано, что полиция учреждается «осмотрительно», чтобы «вместо чаемого поправления города и граждане в тщетный убыток и разорение не пришли».
Специально вопрос о военных постоях в городах рассмотрен в 13 главе. Городовой магистрат выбирает особых квартирмейстеров. Из военных коллегий заранее подаются сведения о постоях в городах. Причем определено, сколько тот или иной город может выделить квартир под постой. «За продерзости» военнослужащих должны наказывать их командиры. Если же последние «учнут обиды делать» гражданам, то о них сообщается Главному магистрату, который, вместе с коллегиями, вырабатывает решение по военному артикулу. В случае же обид, нанесенных квартирантам гражданами, с последними разбирается местный магистрат. В конце особо отмечено, чтобы квартиранты-военнослужащие в городе не торговали, но только за городом.
Главы 18–19 посвящены открытию в больших приморских и прочих «знатных» городах товарных бирж и назначению торговых маклеров. «Смирительные дома и больницы», а также «сиротские дома» должны строить городовые магистраты и содержать «своим иждивением» (глава 20). То же сказано о и «малых школах», которые должны быть во всех городах, где обучали бы чтению, письму и арифметике (глава 21). Слово «Ратуша» использовано в Регламенте только применительно к соответствующему зданию (глава 22). В больших и средних городах следует иметь подобные постройки на площади или в другом удобном месте. Магистрат их строит из «земских доходов». Ратуши должны быть двухэтажными: на первом этаже – лавки и амбары, а верхний этаж – «для управления дел».
Апрельский 1721 г. Манифест «О призыве шведов на службу», между прочим, предполагал, что кто из них «российский язык знает и искусен в магистратских и гражданской полиции делах довольно искусство имеет, то может о себе в Главном магистрате… известить, дабы в магистратах в больших городах употреблен быть».
Как мы видели, Регламент Главного магистрата не отметил ранги магистратских служителей. О них сказано в сенатском указе 24 ноября, который определил, сколько подвод полагалось военному и чиновнику в соответствии с его рангом. Так 10 подвод получал обер-президент над магистратами, чей ранг приравнен к генерал-майору. Президенты столичных магистратов могли рассчитывать на 5 подвод, как и армейские майоры. Табель о рангах, принятый 24 января 1722 г., также приравнял к майору и коллежскому асессору президента столичного магистрата. Бургомистр такого же магистрата соответствовал чинам капитана и титулярного советника. Бургомистр, но городового магистрата приравнен к капитан-лейтенанту или коллежскому секретарю, а ратман столичного магистрата – к лейтенанту и губернскому секретарю. Причем отмечено, что магистратские должности нельзя «за вечный чин почитать», ибо отставленный уже его не имеет.
«Высочайшая резолюция» 27 сентября на «докладные пункты» Главного магистрата подтверждала, что купцов иные органы власти ни в чем ведать не должны. При этом Петр I писал о «Ратушском ведомстве» над посадскими, вспомнив, очевидно, о былом. Также подмечено, что иностранных купцов ведают в Главном магистрате и с посадских людей следует брать подушную подать в размере 1 р. 20 к.
В 1724 г. вышла «Инструкция магистратам». Те ее положения, которые повторяли
