class="p1">— У меня те же мысли, — Ярк хмурился еще больше. — Вот только для такого нужны ресурсы!
— Чтобы провести эксперимент по превращению человека в метаморфа? — переспросил я. — Несомненно. И большая магическая сила и опыт. Аглая — не первая их жертва. Я уверен, есть и другие, о которых мы пока просто не знаем.
— Значит, в Москве орудует целая организованная группа? — Ярк сжал кулаки. — Целый клан?
— Похоже на то. У них есть технология превращения людей в метаморфов, и они используют её для своих целей. Причём технология уже отработанная — превращение происходит быстро, но как будто неконтролируемо.
— Но чего они хотят? — спросил озадаченный Долгоруков. — И зачем им понадобилась именно Аглая? В Москве же множество других девушек…
— Скорее всего, конечная цель — не сама Аглая, — объяснил я. — А её отец. Граф Ливенталь. Уверен, они хотят добраться до него.
— Они хотели убить графа через его дочь? — ужаснулся Ярк. — Но это же безумие!
— Я сомневаюсь, что они хотели её убить. Мёртвая дочь графа им не нужна. А вот граф, сломленный горем и готовый на всё ради спасения своего единственного ребёнка — вот это совсем другое дело.
— Шантаж? — догадался Ярк.
— Именно. Представьте себе ситуацию: ваша единственная, горячо любимая дочь превращена в монстра. В любой момент эта трансформация может стать необратимой. И тут появляется некто, предлагающий лекарство. В обмен на… небольшую услугу.
— Граф никогда бы не пошёл на шантаж! — возразил Ярк. — Он человек чести и принципов!
— Все мы способны на многое, когда речь идёт о наших детях, — философски заметил я. — Особенно о единственной дочери, которая как две капли воды напоминает покойную жену. Граф обожает Аглаю больше жизни. Ради неё он готов на всё.
Ярк мрачно кивнул.
— Возможно, ты прав. Ради Аглаи граф действительно способен переступить через любые принципы.
— У нас есть ещё тот кусок силы от метаморфа Ваксина, — весомо сказал я. — Это как отпечаток пальца убийцы. След, который приведёт нас к тому, кто наложил это проклятье. Но это потом.
— Да, сначала Аглая, — твёрдо сказал Ярк. — Спасение дочери графа — в приоритете.
— Безусловно. Сначала вернём девушке человеческий облик, а потом будем искать виновных.
Исследовательская лаборатория Ливенталей располагалась на окраине Москвы, в унылом промышленном районе. Снаружи — обычное кирпичное здание, каких сотни. Бывшая ткацкая фабрика, выкупленная графом лет пять назад.
Внутри — совершенно другая картина. Новейшее оборудование из Германии и Англии. Электрическое освещение от собственного генератора. Отопление. Мощная вентиляция с угольными фильтрами. И, что самое важное, — мощный, почти военного образца, контур магической защиты по всему периметру.
Фургон с трудом заехал во внутренний двор. Его днище скребло по асфальту, высекая снопы искр. На особенно глубокой выбоине раздался зловещий, душераздирающий скрежет металла о камень.
— Приехали. Похоже, без днища, — бесстрастно констатировал водитель.
Выгрузка заняла десять минут. Метаморфа везли на специальной, усиленной каталке — обычная не выдержала бы её веса. Везли Аглаю по коридорам шестеро здоровенных охранников.
— Осторожнее на повороте! — командовал я.
— Легко сказать, — пыхтел один из грузчиков. — Эта каталка поворачивается как линкор в узком проливе!
Вся наша процессия двигалась следом — я, Ярк, Долгоруков, Костомар и призрачный Ростислав. Плюс четверо охранников с ружьями наготове.
Целая делегация.
Как королевская свита, сопровождающая спящую принцессу.
Хорошо. Лишние руки не помешают, учитывая сложность предстоящего ритуала.
По дороге я раздавал указания, на ходу составляя в уме список всего необходимого.
— Ярк, мне нужны усыпляющие патроны. Много. Есть такие в вашем арсенале? — уточнил я.
— Есть разные, — он начал перечислять. — С хлороформом — вырубают на пятнадцать минут. С эфиром — на полчаса. С опиумной вытяжкой — на час, но могут быть побочные эффекты. Есть ещё экспериментальные, с концентрированным хлоралгидратом…
— Вот эти последние — идеальны. С хлоралгидратом. Берите минимум тридцать штук.
— Тридцать? — он присвистнул. — Этой дозой можно слона усыпить!
— Метаморф весит как молодой слон. И её сопротивляемость к седативным средствам, очевидно, повышена. Можно стрелять без стеснения — обычная доза такую тушу даже не замедлит.
— Понял. Что ещё нужно?
Я достал из кармана блокнот и начал набрасывать список по памяти.
— Реагенты. Серебряная пыль — минимум фунт, чистота не ниже девяноста девяти процентов. Ртуть тройной перегонки — пол литра. Сера очищенная, жёлтая, кристаллическая — двести грамм. Соль четверговая. Масло мирры, настоящее, не подделка. Ладан. Корень мандрагоры, желательно свежий…
Ярк просматривал список, всё больше хмурясь.
— Это же ингредиенты для серьёзной ритуальной магии! Половина из них запрещена к свободной продаже!
— У Ливенталей есть связи? — прищурился я.
— Да, всё здесь есть. Лаборатория принадлежит одному алхимику. В общем, не особо важно. Сейчас всё найдем.
— Отлично. А то время не ждет. Экономить на спасении Аглаи — себе дороже.
— Согласен. Ещё что-то?
— Да. Мне нужна кровь девственницы.
— ЧТО⁈ — Долгоруков, шедший рядом, споткнулся и чуть не упал. — Вы серьёзно⁈
Я выдержал паузу, наслаждаясь произведённым эффектом.
— Шучу. Хотя в старых гримуарах такое действительно иногда требуют для ритуалов трансформации. Но нам, к счастью, хватит обычной дистиллированной воды. Литров десять.
— Не смешно, — пробурчал барон, приходя в себя. — У меня чуть сердце не остановилось.
А я не шутил особо.
Кровь девственницы действительно была бы идеальным катализатором. Но, как говорится, работаем с тем, что есть. Вода тоже подойдёт. Просто ритуал будет немного… дольше. И болезненнее. Для неё.
Но им об этом знать не нужно.
Мы въехали в стерильную лабораторию — огромное помещение площадью в сто квадратных метров. Белые кафельные стены от пола до самого потолка.
Двенадцать ярких электрических ламп, заливающих всё безжалостным, белым светом. Система принудительной вентиляции тихо гудела, обеспечивая постоянную циркуляцию воздуха.
В центре стоял массивный стол, специально усиленный стальными подпорками и дополнительными балками. Помещение переоборудовали специально для ритуала.
— Сюда, — скомандовал я. — Аккуратно!
Охранники с видимым усилием перекатили метаморфа на стол. Тот угрожающе скрипнул, прогнулся под тяжестью, но выдержал.
Аглая начала шевелиться.
Мой импровизированный седативный эффект слабел. Её массивная лапа дёрнулась, царапнув металлическую поверхность со скрежетом. Хвост взмахнул, сбив столик с инструментами. Из её горла вырвался низкий, угрожающий рык.
— Просыпается, — констатировал
