Запомнила?
— До последней буквы, — голос её звучал ровно, но где-то в глубине глаз мелькнула искорка азарта. Первое серьёзное задание. Да ещё к тому же за приделами родных земель.
Лорд Кэлебриан откинулся в кресле, пальцы сложив домиком. — Теперь о главном. Скоро в академию, по словам провидицы, поступит некто, мальчик ли это или девочка — не понятно. Известно одно: это будет маг-двухстихийник.
— Но я владею тремя, — не удержалась Айлиндра, проявляя несдержанность.
— Дурочка, — прошептал он, и в его глазах вспыхнуло раздражение. — Этому магу максимум лет десять, может, чуток больше, но уже сейчас он должен быть по силам не ниже магистра. Дальше объяснять? — Шпионка отрицательно закачала головой, поняв, какую глупость ляпнула. — Ты, позволь спросить, какого ранга в стихиях?
— Адепт воды, ученик ветра и жизни, — пробормотала она, внезапно осознав свою оплошность.
— Так, ладно, это пробел мы тоже заполним. После как договорим, отправишься в библиотеку и прочтёшь все… Нечего кривиться, я сказал все, значит все, книги что найдёшь о двухстихийниках. Ясно?
Каждый свиток, каждый фолиант, чтобы был прочитан и заучен.
— Слушаюсь.
— Твоя задача — втереться к нему в доверие. Стать другом, защитником, тем, кому он поверит безоговорочно. И сделать так, чтобы в нас он видел исключительно добрых, милых и...
— Пушистых? — сорвалось с её языка.
— Луна, — закатил лорд глаза, устало откидываясь на спинку стула, — и её я хочу послать на задание к тому, от кого зависит судьба нашего народа.
— Простите, — она опустила голову, но в голосе не было раскаяния, лишь лёгкое смущение.
— Иди. Через три луны жду отчёта. И чтобы ни одной страницы не было пропущено, — раздражение чувствовалось в каждом слове.
Не успел он договорить, как Айлиндра уже скользила к двери, её платье шуршало, словно шепча о предстоящем приключении. Через мгновение в коридоре раздался её стремительный бег — в сторону библиотеки, к знаниям, к началу игры, где ставкой будет не только её жизнь, но и будущее целого королевства.
***
Я медленно отодвинул книгу, под которой проглядывал… хм-м, какой-то странный герб Ворхельмов. Он был не просто выгравирован на дереве — а будто слегка выступал из поверхности, словно живой. От него исходило едва уловимое, но отчётливое магическое мерцание, как бы отдалённый звон серебряного колокольчика, который слышишь не ушами, а кожей.
Пальцы сами потянулись к загадочному изображению. Я надавил — ничего. Провёл по контурам — снова тишина. Азарт зажёг во мне огонь. Тайна герба рода должна быть раскрыта.
«Ну вот, теперь я самый настоящий Индиана Джонс», — усмехнулся я про себя, представляя, как за этим шкафом скрывается потайная сокровищница с золотом древних королей. Хотя… вряд ли. Насколько я знал, настоящие сокровища Ворхельмов хранились в другом месте. Но что-то здесь точно было не так.
Я замер, прислушиваясь. Лёгкий ветерок скользил по щеке — неуловимое дуновение, которого в закрытой библиотеке быть не должно. Поднёс свечу ближе — пламя дрогнуло, подтверждая: здесь был сквозняк.
Хорошо… Допустим, знак есть. Но где же механизм открытия?
Я потратил целый час, методично проверяя каждую книгу на полке, каждую щель в дереве, каждый гвоздик в обивке. Ничего. Значит, сам герб — и есть ключ.
Но как его активировать? Вряд ли кто-то стал бы ставить замок на магии молнии — это слишком примитивно для Ворхельмов, особенно если что-то хочешь утаить. Тут явно скрывалась хитрая, изощрённая ловушка… или тайна.
Время давно перевалило за полночь, но я знал — пока не разгадаю эту загадку, сна мне не видать.
Эх, была не была… Я отступил на шаг, поднял руку и чётко произнёс:
— «Fulmen Parvum». С кончиков пальцев сорвался крошечный искрящийся шарик, не больше куриного яйца. Он метко угодил в центр герба… И ничего не произошло.
«Так и знал», — скрипнул я зубами. Может, шарахнуть чем-то посильнее? Почему бы и нет?
Осторожно, чтобы не повредить драгоценные фолианты, я убрал книги с полки, отошёл на несколько шагов и сосредоточился. Кольцо на пальце замироточило тёплым светом. На всякий случай я прикрыл лицо рукой… затем, подумав, отступил ещё на три шага. Мало ли что.
— «Ictus Fulminis»!
Яркая молния рванула из кольца, преодолев расстояние до герба за доли мгновения. Воздух вздрогнул от грохота, в нос ударил резкий запах палёного дерева. Твою налево. Надеюсь, я никого не разбудил.
Когда дым рассеялся, я откашлялся и осмотрелся. Шкаф стоял на месте. Лишь чёрное пятно обугленной древесины теперь украшало герб Ворхельмов.
Нет, ну я так не играю! Обиженно плюхнувшись в кресло, я погрузился в глубокие, почти мрачные раздумья.
Шкаф стоял. Герб упрямо молчал. А я уже представлял, как утром придёт Торгус, увидит обугленную дыру в его антикварном шкафу и превратит меня в летучую мышь — причём в самую невзрачную, чтобы даже вампиры не захотели кусать.
Но сдаваться — не в моих правилах. Я слез с кресла и уселся на пол, скрестив ноги, решив устроить мозговой штурм.
— Ладно, гений, — пробормотал я себе. — Если молния не помогла, может, надо попробовать что-то менее разрушительное? И тут меня осенило.
Гениальный (и слегка дурацкий) план. Проверить, нет ли скрытых надписей.
Я придвинул свечу ближе и начал водить пламенем вдоль герба — вдруг невидимые чернила проявятся?
Результат: Нет. Только запах жареного дерева добавился к предыдущему.
Возможно, ответ кроется не в силе, а в чём-то другом… Может, нужно произнести фамильное слово или попробовать пароль как в сказках. Чем чёрт не шутит.
Абракадабра — тишина. Сезам откройся — ноль реакции. Пицца пепперони — тоже ничего. Странно, да? Я прям чую, как у меня нервы начинают сдавать.
Вывод: Ворхельмы явно не ценили кулинарные шутки. Хотя откуда им знать слово «пицца»?
Не придумав ничего умнее, применил физическое воздействие, а конкретно пнул шкаф ногой.
Последствия: Больно. Плюс осознание, шкаф — крепкий, сделан из цельного дерева.
Последняя надежда — магия. Вот уверен, что всё дело в ней.
Я вздохнул и устало произнёс:
— Если ты не откроешься, я расскажу всем, что нынешний глава рода в тайне коллекционирует носки с розовыми единорогами. И… ЩЕЛЧОК. Герб сдвинулся, и часть шкафа бесшумно отъехала в сторону, открывая тёмный проход. Я замер.
— Вы серьёзно?! — выдавил я. — Это сработало?!
Из
