— Почему бы тебе не надеть красное? — предлагает Томас.
— Какое?
— То, которое ты купила на прошлой неделе и спрятала в глубине шкафа, потому что боялась, что оно будет слишком откровенно.
Я удивлённо моргаю.
— Как ты...
Я внезапно замираю, когда понимаю. Быстро перемещаюсь по квартире. Ищу везде, пока не нахожу микрокамеру, с помощью которой он за мной шпионил. За последние две недели я уничтожила восемь штук. Мне казалось, что я нашла их все, но, как выяснилось, это не так.
Я бросаю камеру на пол и раздавливаю ногой.
— Знаешь, есть более простые решения, если хочешь знать, что я делаю.
— Например?
— Спроси меня. Или проводи со мной больше времени.
Он снова смеётся, но уже по-другому. Более сдержанно.
— Не думаю, что ты сможешь выдержать мой темп.
Я знаю, Томас намекает, что долгие годы работал и днём, и ночью, но он произносит это таким греховным тоном, словно подразумевает что-то другое. Если вспомнить последнюю ночь, которую мы провели вместе, то могу только согласиться с ним.
Она была настолько насыщенной, что мои мышцы болели несколько дней.
Я игриво прикусываю губу.
— На мой взгляд, ты переоцениваешь себя.
— Ты так считаешь? — Его смех, глубокий и хриплый, заставляет меня покрыться мурашками. — Может, обсудим это сегодня вечером, после ужина?
— Возможно, ужина не будет.
— Будет, — решительно заверяет он. — Сегодня вечером ты наденешь красное платье, я угощу тебя лучшим вином и буду обращаться с тобой как с королевой, которой ты и являешься, а затем мы поедем в мою квартиру, где ты всю ночь будешь благодарить меня за моё внимание...
У меня сердце замирает при упоминании пентхауса, который Рулз подарил ему, когда он начал работать в компании, и где Томас не появлялся. Мало-помалу Томас начинает объединять две свои жизни в одну. Меня радует его прогресс, но также беспокоит скорость, с которой это происходит.
— Ты уверен, что хочешь, чтобы я была там? Всю ночь?
На мгновение воцаряется тишина, затем он прочищает горло.
— Вообще-то, я думал попросить тебя остаться подольше. Конечно, потребуется время, чтобы перевезти мою технику и твои вещи. Кроме того, возможно, тебе придётся жить с некоторыми... тайнами, но я совсем не против проводить с тобой больше времени.
Я сижу на кровати, не в силах поверить в происходящее. Должно быть, я ослышалась.
Томас не мог просто так предложить мне переехать к нему. И всё же он это сделал.
Моё дыхание учащается. На секунду я представляю, как мы вместе живём в его квартире. В моём воображении возникают картины нашей повседневной жизни: мы вместе принимаем душ, смотрим телевизор, готовим еду...
И тут на меня обрушивается реальность.
Я вновь вспоминаю некоторые ночи, которые мы проводили в моей квартире. Он просыпался с недовольным выражением лица, а иногда я видела его сидящим сгорбившись над телефоном, увлечённым перепиской с кем-то.
Хотя Аид официально мёртв, Томас не покинул «тёмную паутину», ведь это также является его частью.
Я прикусываю губу, прежде чем напомнить ему об очевидном.
— Ты ведь знаешь, что я федеральный агент? Близкое общение со мной может оказаться опасным. Если я поймаю тебя на чём-то противозаконном, я не смогу закрыть на это глаза.
Его смех застаёт меня врасплох.
— Меня сложно чем-то удивить.
Я закатываю глаза, ругаясь.
— Ты ужасен. Хуже того: ты похож на Рулза. Этот мужчина плохо на тебя влияет.
— Ты ненавидишь его только потому, что не смогла арестовать.
— Я всегда могу передумать и арестовать тебя.
Томас снова смеётся.
— Я когда-нибудь упоминал, что нахожу твою одержимость наручниками интригующей?
— В прошлый раз, когда я пристегнула тебя к кровати, ты, кажется, так не думал.
— Интересно, что ты подумаешь, когда я покажу тебе, что принёс в нашу спальню...
Мой живот сжимается. Сильно.
— Томас...
— Я долго думал об этом, понимаешь?
Я закрываю глаза и глубоко вдыхаю.
— О чём?
— Обо всех способах, которыми смогу подкупить тебя, если ты поймаешь меня на заговоре против нашей страны.
— И... что бы ты сделал?
В моей квартире внезапно гаснет свет. Это не отключение, потому что фонари на улице всё ещё горят и телефонная линия продолжает работать.
Даже если он ничего не говорит, я чувствую его.
Его дыхание становится всё громче и громче, пока не ласкает мою кожу. По телу пробегает лёгкая дрожь, когда я осознаю, что не одна. Я поднимаю взгляд на зеркало перед собой и вижу его. Аид стоит позади меня, геймерская маска скрывает его лицо.
Он выхватывает телефон из моих рук и бросает гаджет на пол. Отводит мои волосы от шеи и наклоняется ко мне.
К уху.
— Именно то, что ты себе представляешь.
БОНУСНАЯ ГЛАВА
ТОМАС
Три месяца спустя.
Убийца, два хакера, федеральный агент, генеральный директор многомиллионной компании и бывший спецназовец.
Это похоже на начало анекдота, но вместо этого мы оказываемся в саду, где менее чем через час Рулз и Шэрон соединятся узами брака. Гостей совсем немного, но у каждого из них своя тайна, настолько тяжёлая, что может их раздавить. К их несчастью, мне известны все их секреты.
Пока Александра разговаривает с Шэрон, я не могу оторвать взгляд от Джейка Льюиса и его молодой жены. Не думал, что он снова появится, после того как предал Рулза из-за меня.
Признаться, я не ожидал, что Рулз его простит, вместо этого он проявил милосердие и радушно принял его обратно в Rules Corporation. Хотя у Рулза было полное право поступить иначе, он не стал выяснять, кто надоумил Джейка войти в серверную и отправить обновление, которое привело к расследованию ФБР, и похоже, он не собирается этого делать.
Не теряя из виду Джейка, я поднимаю руку и провожу ею по спине Александры. Как всегда, когда прикасаюсь к ней, я чувствую, как она вздрагивает и задерживает дыхание. Её реакция настолько поразительна, что даже Шэрон обращает на это внимание и смотрит на меня с интересом, улыбаясь.
— Ну и ну, у Томаса Брауна тоже есть сердце...
Если бы она сказала мне это несколько месяцев назад, я бы, наверное, просто проигнорировал замечание. Однако сейчас я пренебрежительно улыбаюсь Шэрон, обхватив Александру за талию.
— На самом деле, сердце — не единственное, что у меня есть и о чём ты не знаешь.
— Ах нет?
Шэрон облизывает губы. Она уже собирается углубиться в беседу, когда рядом с ней появляется Рулз и страстно её целует. Александра тянет меня за руку.
— Не составишь ли мне компанию за бокальчиком?
Это не совсем вопрос, потому что на самом деле она тянет меня прочь. Мы доходим до столика с закусками, где я прошу официанта сделать нам два безалкогольных напитка.
Когда я оборачиваюсь и смотрю на неё, то не удивляюсь, обнаружив, что она в ярости.
— Тебе было обязательно её провоцировать?
Я прислоняюсь к колонне и притягиваю Александру к себе, обхватываю за талию. Стремительно двигаю руками по её телу, пока не нахожу путь к её обнажённой коже.
— Ревность тебе не к лицу.
Александра недовольно фыркает, но не отступает.
— Я не ревную. Я беспокоюсь. — Она прикасается большим пальцем к моему лбу, убирая пряди волос. — Раньше ты был осторожнее, а теперь словно не можешь удержать свои тайны при себе.
— Я знаю, что делаю.
— Уверен?
Подбородком она указывает на Джейка Льюиса.
На первый взгляд кажется, что он сосредоточен исключительно на ребёнке, которого держит у себя на руках, однако, мы с Александрой знаем, что это не так. Джейк сразу же заметил меня, как только приехал, именно поэтому он не отходит ни от ребёнка, ни от жены.
Александра несколько секунд пристально смотрит на них.
— Его жена напоминает мне кое-кого...
Я удовлетворённо улыбаюсь ей.
