сын, этот живой сгусток энергии, вот-вот бросится ему на шею.
– Мама пока забрала его… чтобы мы могли остаться наедине и нам никто не мешал. Позже она вернет его. Присядь, пожалуйста.
– Хорошо.
Брюс ясно почувствовал, что, вопреки его ожиданиям, Стелла вовсе не собирается извиняться. Напротив, все это больше походило на деловую встречу. Очень странную деловую встречу.
– Хочешь что-нибудь выпить? – Стелла указала на бутылку на стойке. – Я тут открыла белое вино…
– Спасибо, мне просто воды.
Брюс снова огляделся, пока Стелла наливала ему воду, а себе вино, и заметил, что бывшая жена очень похудела и осунулась. Накрахмаленная белая рубашка, черные брюки и гладко зачесанные волосы – а ведь когда-то ее локоны спадали на плечи блестящей каштановой гривой, которая очень нравилась Брюсу, – придавали дополнительную суровость ее и без того серьезному лицу.
Квартира Стеллы была такого же размера, как и квартиры по соседству. Лучи вечернего солнца просачивались в комнату через металлические жалюзи на окнах. Мебель, очень скудная и практичная, убивала в зародыше даже намеки на тепло и уют.
«Просто удивительно, как Фредди здесь ухитрился ни разу не пораниться!» – подумал Брюс, глядя на все эти углы и острые края, и невольно вздрогнул.
– Тебе холодно? – Брови Стеллы поползли вверх.
– Нет, а что?
– Неважно. – Она села напротив него, скрестив ноги.
– Итак, – Брюс перевел дыхание, – о чем ты хотела со мной поговорить?
– И ты еще спрашиваешь!
Брюс нахмурился:
– Прошу прощения?
– Ладно, – вздохнула Стелла. – Раз уж ты решил строить из себя дурачка, я объясню.
– Что объяснишь?
– Мне не нравится… хотя нет, не так. Я просто в бешенстве из-за того, что твоя новая подружка возомнила, будто она может так просто взять и украсть у меня сына!
Брюс недоверчиво посмотрел на нее:
– О чем ты говоришь, Стелла? Никто не пытается украсть у тебя Фредди.
– Ну правильно! Давай, защищай ее!
– Подожди, Стелла. Давай начнем сначала. С чего ты взяла… даже не так. Какое ты имеешь право выдвигать такие нелепые обвинения? Анника всегда очень добра и внимательна к Фредди, когда он с нами.
Стелла одарила его мрачной улыбкой:
– А я и не ждала, что ты заметишь.
– Что я должен заметить? – Брюс был окончательно сбит с толку.
– То, что она делает! – раздраженно фыркнула Стелла. – Твоя Анника явно пытается украсть у меня Фредди и настроить моего собственного сына против меня. Возможно, тебе она и задурила голову, но меня ей провести не удастся. – Она сощурила глаза и наклонилась к нему. – И если она думает, что это сойдет ей с рук… Если вы оба думаете, что вам это сойдет с рук, то вы глубоко заблуждаетесь!
Брюс откинулся на спинку стула и покачал головой:
– Стелла, я понятия не имею, о чем ты говоришь. Это все просто нелепо! – Он наклонился вперед и посмотрел ей прямо в глаза. – Позволь напомнить… Это ведь ты хотела, чтобы я съехал. Это ты решила разрушить наш брак и нашу семью. Ты пожелала, чтобы мы жили отдельно, но в одном доме – все ради Фредди. – Он встал и заходил туда-сюда по комнате. – Так ты убедила меня переехать сюда, на Улисс-Кресент. – Тут он сделал паузу, чтобы перевести дыхание, а затем развел руками. Ему с трудом верилось, что это происходит на самом деле. – Это была твоя идея. Я ничего подобного не хотел. Но ты заставила меня начать новую жизнь, переехать в другое место, по-другому воспитывать Фредди… А теперь, если я все правильно понял, ты еще и обвиняешь нас с Анникой в том, что мы хотим украсть у тебя сына? – Он свирепо посмотрел ей в лицо. – Фредди – трехлетний ребенок. Ты это все сейчас серьезно? Ты себя слышишь вообще?
– Не надо повышать на меня голос, – холодно произнесла Стелла.
Однако в ее глазах было что-то странное. Она принялась часто моргать, как будто слова Брюса ее задели.
– А почему бы и нет? Мы ведь, кажется, здесь одни? Думаю, с моей стороны будет вполне естественно повысить голос.
Брюс не мог припомнить, чтобы ему случалось когда-нибудь так разозлиться. Но сейчас несправедливость обвинений Стеллы, а также все, что он пережил по ее вине за эти два с половиной года, не говоря уж о том, как он страдал в попытках ей угодить, сделали свое дело. Он пришел в настоящую ярость.
– Ты не понимаешь, Брюси, – лучезарно улыбнулась Стелла. – Садись… вот сюда. – Она указала ему на место рядом с собой на диване. Вид у этого дивана был, к слову, отнюдь не гостеприимный. – Мы сможем все уладить… если ты меня выслушаешь.
– Не надо со мной разговаривать так, словно я ровесник Фредди! За кого ты меня держишь? За твоего мальчика на побегушках?
– Ты не понимаешь… Ты должен меня выслушать… Эта Анника… Она пытается играть с тобой в счастливое семейство… У нее явно есть на тебя виды, а Фредди для нее всего лишь пешка… Она хочет, чтобы он выбрал ее, а не меня, и тогда она сможет забрать у меня все…
– Да не пытается никто у тебя ничего отнять, Стелла! Тем более Фредди! Ты же его мать! Объясни мне, ради бога, зачем кому-то отнимать его у тебя? Мы тут все и так из кожи выпрыгиваем, лишь бы тебе угодить!
– Ты так говоришь, словно я капризный клиент.
«С капризным клиентом хотя бы можно поладить», – подумал Брюс. Но сейчас был не самый подходящий момент, чтобы говорить это вслух. Он сел рядом со Стеллой и, тяжело вздохнув, обхватил голову руками. Затем он снова поднял на нее глаза.
– Послушай, Стелла, – произнес он, пытаясь успокоиться, – я не знаю, что с тобой происходит… У нас у всех был трудный период… Но никто не пытается отнять у тебя Фредди или сделать тебе еще какую-нибудь гадость. Понимаешь? – Он изо всех сил старался, чтобы его слова звучали вразумительно.
– Нет, не понимаю, – сказала Стелла, понизив голос почти до шепота. – Но я хочу, чтобы ты кое-что понял. – Она наклонилась к нему и взяла его лицо в свои ладони: – Брюси… Это все неправильно. Я совершила ужасную ошибку… Вернись домой, к нам с Фредди… Переезжай обратно… Это же так просто… – Она притянула его к себе и поцеловала в губы.
На секунду или две Брюс застыл от потрясения. Затем, не дав Стелле продолжить поцелуй, он вскочил на ноги, словно его ударило током.
– Стелла, какого хрена ты делаешь?! – Он с отвращением посмотрел на нее и вытер рот. – Ты… Ты… Что, черт возьми, на тебя нашло?!
