машин среднего уровня. Мы привозили их сюда, разбирали и продавали запчасти, чтобы на эти деньги легально покупать машины и собирать свои гоночные.
— Я думала, ты говорил, что вы не автоворы, — сказала я, пытаясь держать эмоции под контролем.
— Мы не автоворы. Мы не занимались этим уже много лет, не после того как Лука узнал. Слотер и его ребята поймали нас с деталями от одной из их машин. Лука всё уладил, но сказал нам либо завязать, либо убираться отсюда. На тот момент дела начали идти лучше, так что мы остановились.
— Сколько машин вы угнали?
— Тринадцать.
— И, я полагаю, их стоимость была немаленькой.
— Все вместе они тянули бы на несколько сотен тысяч долларов. Мы старались вернуть деньги, когда могли.
— Чёрт, Рэнсом, — сказала я, отступая на шаг, не в силах даже осознать такие суммы.
— После того как мы остановились, всё успокоилось. Но теперь всё начинается снова.
У меня сжалось сердце. Неужели они действительно снова этим занимаются? Неужели те деньги, которые он мне дал, пришли оттуда?
— И?..
— И Слотер сразу начал обвинять нас. Мы пытались объяснить, что это не мы, но после всего, что мы натворили, нам уже не верят. Он знает, что я был зачинщиком в прошлый раз, и он прав. Это я предложил идею. Мы все участвовали, кроме Скаут. Она была младше, и мы знали, что ей не понравится то, чем мы занимаемся. Кай тоже участвовал, о чём я жалею. Он с Скаут одного возраста, но мы всё равно позволили ему учавствовать в этом. Теперь это ему не в помощь — он вляпывается в неприятности каждый месяц.
— Но на этот раз это не вы? Вы не делаете этого снова?
— Нет. Клянусь, не мы. Мы на правильном пути с того самого дня, как Лука поставил нам ультиматум.
— И вы не знаете, кто теперь этим занимается?
— Нет. Мы уже несколько недель пытаемся выяснить, пока сами боимся стать следующими. Некоторые мастерские лишались по три-четыре машины за одну ночь. Такое провернуть незаметно непросто. Это должен быть кто-то, кто уже делал подобное раньше.
Я понимаю, что потеря такого количества машин может разрушить бизнес.
— Поэтому все думают, что это вы?
— Да.
— Почему ты не рассказал мне об этом раньше?
— Сначала я думал, ты веришь другим слухам и снова начнёшь меня ненавидеть из-за этого. Потом я не был уверен, поверишь ли ты, если я скажу правду. Это как будто ты увидела бы всё самое худшее во мне, и я не хотел давать тебе ещё одну причину ненавидеть меня. А потом я просто не хотел втягивать тебя в наши проблемы. Как ты видишь, ничего хорошего в этом нет, и всё становится всё опаснее. Мы стараемся держаться вместе, но иногда это невозможно. Кажется, за нами довольно хорошо следят, когда могут.
— И это те, кто напал на тебя на днях? Когда ты вернулся сюда весь избитый?
— Ага. Просто совпадение, что они меня подловили. По крайней мере, я думаю, что это было совпадение.
Я ничего не ответила. Целый день занятий, потом вечер с Скаут, а теперь ещё и всё это… Я ощущала, как усталость наваливается с такой силой, будто я вот-вот рухну с ног.
— Ты расстроена?
— Нет. То есть да, но не… не совсем. — Я покачала головой, каждая мысль становилась всё более размытой, — Ночь была долгой. Я не знаю, что и думать. Мы можем поговорить об этом завтра?
— Конечно. Пошли, я отвезу тебя домой.
— Не надо, всё в порядке. Я попрошу Фокса.
— Нет, позволь мне. Пожалуйста. — Он взял меня за руку и потянул к машине.
Тихая мольба в его голосе заставила меня уступить и позволить вести себя за собой.
Скаут выбежала, бросившись к Рэнсому с объятиями:
— Ну, раз всё закончилось, я просто хотела сказать спасибо. Вечер был потрясающий. И у меня теперь новое платье!
Рэнсом простонал:
— Ещё одно?
— Говорят, оно даже всё прикрывает, — усмехнулся Фокс, прислонившись к стене.
— Ну тогда давай посмотрим.
Скаут достала из машины чехол с платьем, расстегнула его и подняла вверх — перед нами сверкнуло зелёное платье.
— Оно потрясающе смотрится на ней, — сказала я.
Они оба нахмурились.
— И зачем тебе такое… потрясающее платье? — осторожно спросил Фокс.
— Я решила, что в этом году пойду на выпускной.
— Что? — воскликнули они одновременно. — С кем?
— Пока ни с кем.
— Я подумала, что один из вас мог бы пойти с ней, — сказала я, обернувшись к ним. Их лица ясно дали понять: на школьный бал они не хотят ни за что.
— Кай ведь всё ещё учится? Может, он пойдёт с ней? — спросила я.
— Я бы предпочёл, чтобы ты пошла с Кайем, чем с кем-то из этих идиотов в твоей школе, — сказал Рэнсом, и Фокс согласно кивнул.
— Я знаю, что происходит на выпускных. Ты ни с кем из них не пойдёшь, — добавил Фокс.
— Вы, ребята… — прошипела я, пытаясь остановить их, пока они не зашли слишком далеко.
Скаут бросила на меня взгляд, губы плотно сжаты:
— Посмотрим. Но вообще-то это решаю я — с кем идти, — сказала она, указав на каждого из нас.
— Ладно, пора отвозить тебя домой, — Фокс взял пакет с её туфлями. — У тебя там и тиара есть, принцесса?
— Нет, но это была бы умная покупка, — усмехнулась она, застёгивая чехол с платьем, а затем обняла меня. — Спасибо, Куинн.
— И тебе спасибо.
— Ах да, Рэнсом, — сказала она, усаживаясь в машину Фокса. — Я заставила Куинн купить себе новую куртку. Она утверждала, что ей ничего не нужно, но это неправда. Убедись, что она тебе её покажет. — Она хлопнула дверью, и они уехали.
Рэнсом закрыл последнюю дверь гаража и запер её.
— Ну, я жду.
— Чего ты ждёшь?
— Хочу увидеть куртку.
Я фыркнула, обошла машину, подождав, пока он сядет, но он остался сидеть на капоте.
— Ладно. Да, куртка классная. И я верну тебе за неё каждый цент.
— Мне не нужны деньги. Я просто хочу увидеть тебя в ней.
Я полезла в машину, достала пакет и, выпрямившись, повернулась к нему.
Он улыбнулся:
— Ты выглядишь потрясающе.
— Потрясающе? — закатила я глаза. — Ты просто пытаешься мне льстить.
— Ты выглядишь так, будто можешь водить мою машину и набить кому-то морду.
— То есть выгляжу как ты? — сморщила я нос.
— Нет, даже близко нет. Ты выглядишь гораздо лучше.
Он подошёл ближе, будто собирался прикоснуться ко мне, но остановился. Казалось, он ждал моего разрешения. Я дала его, схватила его за рубашку
