по старой памяти пока еще пытаются бороться с преступностью, а не возглавлять ее. Лишь через несколько лет до них дойдет, что пора зарабатывать деньги, пользуясь своим положением. Через несколько лет они начнут окучивать предприятия типа ликероводочного завода и других контор, сулящих быструю прибыль, легально отжимая собственность у одних хозяев и передавая другим.
В общем, мы договорились встретиться в Москве, через неделю. Поэтому я мог там совместить приятное с полезным — навестить жену и заняться делами.
До вечера оставалось еще достаточно времени, поэтому я отправился к своему бухгалтеру.
Как обычно, Сергеев сидел заваленный бумагами по уши. Увидев меня, он вымученно улыбнулся.
— Слушай, Саша, как ты смотришь, если я перейду к тебе на постоянную работу? — спросил он вместо приветствия.
— Что совсем невмоготу стало? — сочувственно спросил я.
— Не то, что невмоготу, — ответил приятель. — Но я четко вижу, что нашей овощной конторе в ближайшие годы наступит кайки лоппи. А когда перспектив не просматривается, на хрен нужна такая работа. Надо думать о будущем.
Я улыбнулся.
— А у нашего кооператива будущее имеется?
— Непременно! — сообщил Коля. — Я в свободное время литературу экономическую почитываю, как мне кажется, с кооперативом к концу года следует завязывать и переходить на другую форму собственности. Процессы в стране идут активно.
Пока оформить ИП, ну а дальше, чем черт не шутит, разрешат и акционерные предприятия. Можно будет зарегистрировать ЗАО или ООО.
На несколько секунд он замолчал, а потом признался
— Я в Горплодовощторге получаю, как главбух сто шестьдесят рублей в месяц, это разве деньги? А, занимаясь твоей бухгалтерией, получаю в три раза больше и прекрасно понимаю, что это не предел.
— Отлично, пациент дозрел, — подумал я, а вслух сказал:
— Ну, что же, рад, что ты решился, давай увольняйся, на всякий случай договорись о переводе, оформим тебя, чтобы не потерять районный коэффициент. Кстати, могу обрадовать, на днях мы приобретаем первый компьютер для бухгалтерии, ну а с программой уж сам разбирайся, тебе виднее, с чем работать.
— Это здорово, а здесь только завтраками кормят, мол, ты и на калькуляторе с работой справляешься — воскликнул собеседник. — Завтра же иду к директору, с заявлением, уверен, отпустят без проблем, на мое место желающих вагон и маленькая тележка…
После этого Коля кратко посвятил меня в наши денежные проблемы, первый транш выплаты ссуды должен был уйти в конце марта, и при устойчивой работе обеих аптек мы с этой выплатой должны справиться без особых проблем. Налоги пока не волновали совершенно, двойная бухгалтерия нам в помощь.
Вроде бы говорили мы недолго, а время уже близилось к пяти часам. Пора было собираться на торжество, посвященное открытию нового ресторана «Карелия»
— Пир во время чумы, — думал я, по приезду домой, выбираясь из джинсов и примеряя недавно купленный костюм ленинградской фабрики им Володарского. Неплохой, кстати, костюм, отдал за него целых пятьдесят девять рублей. Милорадов, услышав о покупке, попытался впарить мне еще импортные слаксы из своего магазина за цену двух таких костюмов. Однако я пока не привык к трате эдаких деньжищ, поэтому отказался от предложенной покупки.
Белая лавсановая рубашка, серый с отливом галстук дополнили мой гардероб. А вот полуботинки пришлось надеть итальянские, ну не поняли бы меня другие гости, приди я в ресторан в советской обуви.
В двадцатые годы двадцать первого века у ресторана, где происходило бы такое событие автомобилей стояло бы немерено. От Мерседесов, до ауди. Зато сейчас, расчищенная от снега, площадка была практически пуста. На ней сиротливо стояли две черных волги и пятерка. Из изредка подъезжавших такси выбирались одетые в пальто и норковые шапки, мужчины. Женщины тоже одевались в пальто, у большинства с песцовыми воротниками. Их шапки не отличались разнообразием, все тот же песец в одной цветовой гамме.
Одежда не удивляла, ведь одевались они в одном и том же распределителе. А по табелю о рангах, периферийный распределитель не отличался богатством выбора. Это вам не Москва.
Я тоже подъехал на такси. В принципе меня нисколько не напрягало появиться на своем старом драндулете. Но, тогда придется соблюдать сухой закон. А, оно мне надо?
У входа переминались с ноги на ногу два бойца гвардии Милорадова. Они внимательно разглядывали приглашения от гостей. Меня, конечно, пропустили без вопросов, поздоровавшись уважительно за руку.
Милорадов и Кадырханов стояли вдвоем в холле около лестницы и принимали поздравления с открытием нового заведения.
Надо сказать, Кадырханов выглядел импозантно. Вот умеет мужик себя подать! Высокий, где-то под метр девяносто, в черном костюме от Бриони, просто наш российский агент 007. Стоявший рядом с ним Вова Милорадов явно ему проигрывал. Блондинистый мужчина на полголовы ниже ростом, казался на фоне Кадырханова хлюпиком, хотя если бы дело дошло до драки, Толяну я бы даже шанса не дал.
Милорадов, где-то раздобыл смокинг и теперь казался пришельцем из зарубежья. Черная бабочка, усыпанная блестками, делала его похожим на дирижера. Хотя, собственно, он и был дирижером сегодняшнего вечера.
— Ага! — воскликнул он. — Вот и Пирогов появился, я уже думал ты не придешь. Кстати, почему ты без моего подарка, рассказывай, куда дел цепочку? И вообще, я надеялся, что ты в малиновом пиджаке появишься. Говорят, сейчас это модно.
Я устало спросил:
— Вова, ты случайно не помнишь, сколько мне лет? Может, посоветуешь еще в олимпийке придти в ресторан, как делают твои орлы?
— Да помню я все, — засмеялся Вовка. — Уж больно у тебя физиономия была серьезная, вот и решил пошутить.
В это время Кадырханов толкнул его в бок, намекая, что на подходе важные персоны.
И, действительно, в холл с улицы зашел министр внутренних дел КАССР Лев Михайлович Харченко, естественно, в сопровождении жены.
После того, как мои партнеры с ним поздоровались, и парочка прошествовала в гардероб, я ехидно спросил:
— Степанов Виктор Николаевич тоже появится?
— Нет, — вздохнул Милорадов, — Для председателя Верховного Совета мы пока слишком мелки.
Тем не менее, народ все прибывал в ресторан.
И, наконец, когда в очередной раз, когда двери распахнулись в них вошли двое в рясах. Дородный поп сразу определился к кому обращаться и гордо прошествовал к нам. За ним семенил мелкий дьяк с испитым лицом хронического алкоголика.
После недолгих переговоров к нам спустилась администратор зала и пригласила обоих церковнослужителей к приготовленному столику.
Мы встречали гостей уже втроем, периодически уходя в туалет,
