чтобы принять по песят капель.
Кадырханов, похоже немного перебрал с дозой, потому, что язык у него стал слегка заплетаться.
Но тут появился Павел Чернуга. Милорадов, увидев конкурента, резко оживился и взяв его под руку повел хвастаться своими достижениями.
Паша слушал Вовку спокойно, лишь иногда равнодушно поднимая брови. Короткая стрижка открывала свободный обзор на его переломанные уши, намекая знающим людям о его спортивном прошлом.
Конечно, ровно в шесть часов начать торжественную часть не удалось. Но ближе к семи часам все приглашенные гости нашли свои места и тамада, один ведущих артистов нашего театра, начал вечер с того, что пригласил попа Мефодия освятить ресторан.
Последний, махнув фужер водки, степенно заел его котлетой, после чего встал, взял свой веник из лыка и вышел ближе к сцене. Диакон с ведром освященной воды засеменил следом.
Батюшка Мефодий, дожевав котлету, для начала сказал короткую речь.
— Братья и сестры, сегодня мы освящаем сей приют. Должен сказать, что церковь отрицательно смотрит на освящение таких заведений, часто бывающих гнездом порока и разврата. Но владельцы этого заведения заверили нас, что будут всемерно поддерживать нищих и убогих людей, помогая им не просто подаянием, а планомерной помощью от своих доходов. Именно поэтому мы отошли от церковного устава и решили освятить этот ресторан.
После этих слов Мефодий начал говорить чин благословления нежилого помещения.
Закончив с ним, он взял веник и ведро, поданное ему диаконом и начал щедро орошать водой все вокруг.
Предполагая это, я постарался забиться подальше, но все равно святая вода достала меня и в дальнем углу зала.
— Не задымился –значит, не демон, — насмешливо подумал я, стряхивая капли с костюма.
Покончив с освящением, отец Мефодий и безымянный диакон устремились к своему столику, где уже незаметно появились две бутылки Столичной.
Ну, а тамада четко зная свое дело приступил к дальнейшей программе развлечения собравшихся гостей.
Через час, как это обычно бывает, все уже забыли, зачем, собственно, собрались. Общество разбилось на мелкие группки по три- четыре человека и начали обсуждать свои проблемы, весьма далекие от наших. Милорадов периодически переходил от от одной такой группы к другой, Кадырханов, похоже, скоро будет спать лицом в салате. Ну, а я беседовал с главным врачом психиатрической больницы, непонятно, как появившемся на этом празднике новой жизни.
— Виктор Игоревич, честно признаюсь, не ожидал вас увидеть в нашем ресторане, — сообщил я, заметив знакомое лицо.
— Александр Николаевич, — а вы имеете некое отношение к сегодняшнему открытию этого заведения? — осторожно поинтересовался собеседник.
— Имею, — признался я. — Владельцы ресторана мои партнеры.
— Понятно, — задумчиво протянул Зуев. — А вы чем изволите заниматься?
— Аптеками, Виктор Игоревич, аптеками. Вы, наверняка, видели вывеску аптеки «Немезида» на проспекте Ленина.
Глава 15
— Видел, — согласился собеседник. — Неужели это ваша собственность?
Я улыбнулся.
— Смотрю, вы, Виктор Игоревич, совсем не уделяете внимания экономическим подвижкам в нашей стране. Кооперативному движению уже несколько лет. Я сейчас председатель кооператива и аптечное учреждение является его подразделением, а не моей личной собственностью.
— Понятно, — оживился главный врач. — Вы знаете, Александр Николаевич, я ведь тоже последнее время подумываю о создании кооператива, вы не против, если я иногда буду у вас консультироваться по сложным вопросам?
— Обращайтесь, — коротко ответил я. — Если вопрос будет в пределах моей компетенции, проконсультирую без проблем.
Наш разговор завершился, а Зуев без труда нашел себе другого слушателя в лице заместителя министра здравоохранения.
Ко мне же подошел Милорадов.
— Не знаешь, куда смылся Валиев? — спросил он, не скрывая озабоченности.
— Что-то случилось? — спросил я.
— Да ничего такого, — махнул рукой Вовка. — Пора этим гаврикам, попу и дьякону, отчаливать, а то придется их тащить на руках.
Хочется, пока они на ногах стоят, отправить их в церковь, там кое-кто уже ждет денюжку.
Валеру мы нашли довольно быстро, однако отец Мефодий заупрямился и не хотел уходить, лишь собранная сумка с водкой и закуской решила вопрос. Они оба с дьяком, на ходу сдергивая рясы, направились на выход.
Валиев появился спустя полчаса и с юмором начал рассказывать, как отец Мефодий и дьяк начали ссориться из-за денег уже в машине, а когда вышли у церкви, то разодрались по-настоящему. Валера быстро уехал от греха, и лишь позже обнаружил, что поп оставил в машине сумку с водкой и рясу.
— Ладно, — отсмеявшись, заявил Милорадов. — Завтра с утра завезем им водки и закуски и рясы вернем, пусть похмелятся с утра священнослужители.
Насколько я увидел, прием удался. Гости остались довольны, эксцессов не произошло, ну а будущее покажет, будет ли толк от этого ресторана вообще.
Спорить с Милорадовым мне не хотелось, так, как прекрасно знал, что это бесполезно. Теперь Вовка все силы бросит на открытие казино, правда, у него появилась еще одна фишка в голове — открыть ломбард.
Домой я приехал около двенадцати ночи и сразу лег спать. Завтра меня ждет обычный трудовой день кооператора.
Следующая неделя выдалась на редкость спокойной. В основном это означало, что я занимался своими делами и никуда не уезжал. Закончился ремонт в кабинетах стоматологии, и медтехники начали устанавливать оборудование.
Особое внимание уделили бормашинам. Я тоже не утерпел и нервировал мужиков наладчиков своим присутствием.
Коля Сергеев не заставил себя долго ждать и вскоре появился с трудовой книжкой, в которой у него было всего три записи за двадцать один год работы.
Когда, я привел его в небольшой кабинет, там молодой парнишка как раз устанавливал компьютер и факс.
Колька неверящим взглядом уставился на эту технику.
— Сашка! Ну, ты даешь! Я ведь тебе тогда не особо поверил, думал, заливает приятель. Здорово, теперь мы на коне!
Я улыбнулся.
— Фирма веников не вяжет, пользуйся, надеюсь, ты знаешь, как с этим ящиком обращаться?
— Знаю, конечно, — обиженно ответил Сергеев и сразу поинтересовался, — А какой тут процессор стоит?
Я развел руками.
— Пока, к сожалению 286, но, посмотрим, как пойдут дела, может быть, к концу года найдем что-нибудь новее.
Но Кольке уже было не до моих объяснений, он уже ходил вокруг монитора, стоящего на столе, как кот вокруг блюдца с молоком.
Оставив его беседовать с компьютерщиком, я занялся другими проблемами. Близится открытие стоматологии, а у меня персонала практически нет, а ведь здесь пенсионерами не удастся обойтись.
Поэтому
