шагнула за ворота — и он увидел меня.
Всё вокруг будто замерло. Его глаза сузились, губы скривились, и я поняла — сейчас будет худшее.
— Ну вот и ты, — сказал он, делая шаг ко мне. — Как всегда, вовремя. Он рассмеялся, но в смехе не было веселья. Только яд. — Знаешь, ты и раньше была никудышней матерью, а теперь вообще докатилась — отдала ребёнка демонам!
— Они не демоны, — выдохнула я автоматически. Но поняла, что это было худшее, с чего можно было начать.
Он уже собирался подойти ко мне, когда Зэйлор встал впереди, загородив меня собой. — Заткнись, — тихо сказал он. — Пока у тебя есть зубы.
— А ты ещё кто такой? — бывший уставился на него, но уже не с таким вызовом. А потом перевёл взгляд на меня — и в его глазах вспыхнуло настоящее торжество.
— Какая же ты шлюха, Аделина, — процедил он с мерзкой ухмылкой. — Даже не удивлён.
Щелчок. Удар.
Он не успел договорить — Зэйлор нанёс удар так быстро, что я даже не заметила движения. Бывший отлетел назад и с глухим звуком упал на землю, зажимая нос, из которого потекла кровь.
Но он… засмеялся. Лёжа на земле, с перекошенным лицом, он всё равно смеялся. — Прощайся с ребёнком, — бросил он мне. — Увидимся в суде.
Он поднялся, криво вытер кровь с губ, кивнул охране — и, как ни в чём не бывало, пошёл к своей машине. Почти копия саатры, только попроще, что ли.
Я осталась стоять. Не дыша. Он исчез за дверью транспорта, и тот сразу тронулся, уезжая прочь.
А я всё стояла. И не могла пошевелиться. Внутри что-то обрушилось.
Словно я умерла. Он заберет у меня дочь?
Глава 40
— Нет, нет, нет… Боги, какая же я дура… — вырывается у меня, и голос срывается на всхлип.
Зэйлор молча прижимает меня к себе, укрывая от всего мира своей грудью, своим теплом, своей силой. Он не говорит «не плачь», не даёт пустых обещаний — просто держит. И этого достаточно, чтобы я хоть как-то удержалась на плаву.
Он поднимает голову и обращается к воспитательнице, стоящей у ворот.
— Где Эви?
— Она сейчас ест, — спокойно отвечает женщина. — Про произошедшее не знает. Хотите, приведу?
— Не надо, — твёрдо говорит Зэйлор. — Мы вернёмся, как обычно. Без изменений.
Он бережно берёт меня за плечи и направляет к саатре. Я иду, ноги будто ватные, и только у машины снова обретаю голос:
— Давай её заберем. Сейчас. Ну пожалуйста…
Он останавливается и поворачивается ко мне. Его глаза спокойны, но в них горит огонь.
— Хочешь, чтобы она увидела тебя в таком состоянии? — спрашивает он тихо, почти ласково.
И я вдруг понимаю. Он прав. Моя девочка не должна видеть меня такой — сломанной, опустошённой. Я должна быть для неё стеной, мамой. А не напуганной истеричкой, которая даже слов не может подобрать.
Я опускаю голову и только киваю, позволяю усадить себя в саатру.
— Она в полной безопасности, Лина, — говорит он мягко. — Мы уже убедились в этом. Её никому не отдадут, кроме нас. Никогда.
В этот момент в окно постучали.
Я вздрогнула. Резко обернулась — и увидела лицо Заритара. В его взгляде была... тревога.
— Что тебе надо? — зло спросил Зэйлор, опуская стекло.
— Давай не сейчас, Зэй, — вздохнул Заритар. — Просто поехали ко мне. Нам всем надо поговорить.
И не дожидаясь ответа, он развернулся и пошёл к своей саатре.
— Пошёл он к чёрту, — процедил Зэйлор сквозь зубы, но всё же завёл транспорт.
Я ничего не сказала. Просто села рядом и смотрела в окно, наблюдая за дорогой. Пейзаж за стеклом сменялся быстро — деревья, поля, редкие здания — а в голове было пусто.
Я молчала.
Потому что если начну говорить — не смогу остановиться.
Мы подъехали к его дому в полной тишине. Никто из нас не разговаривал — не после того, что произошло. Зэйлор молчал, сжав челюсть. Я старалась не смотреть в зеркало — боялась увидеть там собственную панику.
Дом Заритара выглядел неожиданно… тёпло. Уютный фасад с вьющимися по стенам растениями, небольшие окна с деревянными рамами, старый, но явно ухоженный двор. Казалось, тут живёт кто-то… нормальный. Не один из драгов, а просто мужчина, который любит порядок и тишину.
Заритар распахнул дверь, пропуская нас вперёд.
— Проходите на кухню. Нам всем стоит немного остыть.
Внутри пахло древесиной, тёплыми пряностями и чем-то свежим — то ли хлебом, то ли каким-то растительным настоем. Мы вошли в просторную кухню с низким потолком, деревянными балками и овальным столом у окна. Всё было выполнено в тёплых тонах — бежевая плитка, посуда в светлых шкафах, мягкие кресла. Дом, в котором хочется спрятаться от всего мира. Даже после таких новостей.
Зэйлор не выпускал меня из рук, даже когда мы сели за стол. Он крепко обнял меня за талию, как будто кто-то мог вырвать меня прямо из его объятий. Его пальцы ритмично сжимали ткань на моём боку — он был напряжён до предела, но старался держаться.
— Что ты любишь пить? — спросил Заритар, внимательно глядя на меня, словно давая время прийти в себя.
— Я… — я моргнула. — Чай, наверное. Зелёный, если есть.
Он кивнул. Перед Зэйлором же он поставил чашку чёрного кофе. Видимо, они и правда хорошо дружили, раз он знает его предпочтения. Зэй посмотрел на чашку, затем на Заритара — и небрежно оттолкнул ее. — Не хочу, — буркнул он.
Чашка качнулась, но не опрокинулась. Напряжение в комнате можно было резать ножом.
Заритар вернулся с чашкой для меня спустя несколько минут. Он не сказал ни слова, просто поставил передо мной чашку с каким-то ароматным напитком и мисочку с изысканными сладостями. Сам налил себе что-то тёмное, чуть дымящееся, и, усевшись напротив, скрестил руки на столе.
— Давайте-ка мы сейчас пропустим обсуждение нашего... хм... положения, — сказал он, выразительно глянув на Зэйлора, — и начнём с того, кто это был и что, собственно, происходит?
— Это её муж, — хмуро бросил Зэйлор.
— Бывший муж, — поправила я автоматически.
Но тут же...
— Нет, Лина. Не бывший, — тихо, но жёстко сказал Зэйлор, не глядя на меня, всё ещё смотря на Заритара.
Я будто перестала дышать.
— Что?.. — вырвалось у меня, почти шёпотом. — Это невозможно. Я всё подписала. Я... я же...
Пальцы сжались в кулак. Меня затопило ледяным шоком. Нет. Это не может быть. Всё было закончено. Я помню этот день. Я поставила подпись. Я ушла.
И вдруг… как удар в живот.
— Он не
