конце нервно подрагивающего хвоста – острая костяная щётка-булава.
Ящер машет лапой…
– Ложись! – ору я.
Поздно. Графёнка сносит с ног. Он падает и, кажется, отключается.
Превратившийся в ящера Шанк фыркает и небрежно пытается стащить Горчакова в сторону, чтобы достать из-под него драгоценную сумку. Парень упал прямо на неё.
Попытки ящера бесполезны: когти… проходят сквозь тело Горчакова. И откатить его с заветной сумки не получается. Что за чертовщина?
Но тут ящер оборачивается ко мне. И я понимаю, почему не почувствовал тряски пола под ногами, когда Шанк прыгнул вниз. И почему он просвечивает.
Он…
…призрачный.
Даже не так. Это не призрак – это полуматериальный дух дракона. Давным-давно дракон погиб, а его дух остался запечатанным в руке бога, чтобы стать его оружием. Мне известна эта практика. Страшная практика вечного рабства без права на перерождение или смерть.
Охренеть не встать… Значит ли это, что все остальные руки бога битв Шанкры тоже содержат чей-то заточённый дух? Не чужой ли силой эта мразь вообще стала богом?
Золотой дракон… Огромная редкость даже для моего мира.
И в памяти за секунду всплывает древняя легенда. Что-то очень туманное о том, как человек, которого золотой дракон считал братом, предал его и вырвал его сердце, чтобы получить божественную силу. В беззвёздные ночи эльфы говорят, что это золотой дракон вышел на поиски осколков своего разбитого сердца и поглотил их.
Но это эльфы. Их хлебом не корми – дай придумать какую-нибудь слезодавилку и годами воспевать её, утирая сопли.
Золотой дракон, собирающий осколки сердца… Может ли Шанк воровать золото, чтобы восстановить своё тело? В какой степени он вообще разумен и можно ли с ним договориться?
Второй секунды подумать мне не дали.
Вдруг становится ярко, будто тысячи прожекторов засветились одновременно. По ушам бьёт звук, похожий на сирену, и в то же мгновение все помещение заполняет густой белый туман. Так быстро, что я не успеваю задержать дыхание. Едкий газ попадает в лёгкие, и я теряю сознание.
* * *
Мир Никраса Борха, много-много лет назад
Будущий бог битвы Шанкра и Шанкар-ал-Тар
Высоко в тёмном небе огромный золотой дракон нёс на себе человека. Тот сидел прямо за рогатой башкой, небрежно опираясь спиной на острые выступы гребня.
Это ошибка – думать, что удержаться на широкой спине дракона легко. Крылья создают настоящий торнадо, удерживающий многокилограммовую тушу в воздухе. Резко двигаются сильные мышцы. Здесь же, в самом начале гибкой шеи, удобно.
К тому же человеку и дракону было о чём поговорить.
– Куда теперь, друг мой Шанкра? – спросил дракон, чуть повернув голову. Чешуя блеснула золотом в свете луны. – Ты отомстил. Теперь мы свободны.
Его всадник, смуглый, в простой одежде воина, ответил:
– Свобода? Что такое свобода? Знаешь, Шанкар, как много ещё в мире таких вот правителей? Отбирающих у людей последнее? Деньги… бабы… Даже воля и свобода тут – лишь предмет торга. Место убитого мной короля сейчас займёт другой. Думаешь, он будет лучше? Ты наивен как девственница, друг мой!
– Тогда почему ты не остался там и не занял его место? – поинтересовался дракон.
Шанкра обхватил пальцами острый драконий шип и задумчиво положил на него подбородок.
– Я смотрел на этого ублюдка, пока он подыхал в луже собственной крови. Смотрел и понимал, что хочу большего. Королевство? Да гори оно чёрным огнём, Шанкар!!!
Он расхохотался и раскинул руки.
– Я хочу всей силы этого мира! Всей! Ты со мной, друг мой?
– Я с тобой, брат, – кивнул золотой дракон.
* * *
Я просыпаюсь. Глаза открывать не спешу.
Легко просыпаюсь. Тело не болит, голова не болит, другие места тоже.
Приоткрываю один глаз.
Опрятная комната. Глаз радуется интерьеру – не лазарет и не казарма. И хорошо, что и не психпалата.
Резко сажусь на кровати, потягиваюсь, хрущу шеей.
Так же быстро встаю, начинаю разминать тело. Ага, судя по ощущениям, я тут не так уж и давно. Часа два… может, три максимум.
Выходить не спешу – жду «гостей».
Долго ждать не приходится. В дверь без стука заходит звезда сегодняшнего дня. Майор Зверевич собственной персоной. А морду-то какую строит. Деловая колбаса…
Без особых церемоний он берёт стул, ставит его напротив меня, садится.
– Выглядишь спокойным, Каменским.
– А чего мне напрягаться, – пожимаю плечами.
– Значит, понял?
– Что это всё представление для выявления личностных качеств? Конечно. С самого начало всё было ясно. Ещё когда вы нам в команду подсунули свинью вместо Ильина.
В голове всплывает момент, когда я растирал между пальцами кровь «Ильина» и пробовал её на вкус.
Едва заметно, но я замечаю, как уголок губ майора приподнимается.
– Свинью?
– Ага. Знаете, свиная кровь по вкусу сильно отличается от человеческой. Я вот только не понял, куда вы дели настоящего Ильина. Когда вы его подменили? И что вообще это за хреновина с нами ходила, называющая себя Ильиным.
Судя по лицу майора, ответа я не дождусь. Ну и ладно, храните свои секреты. Мне же надо просто его впечатлить, чтобы заслуженно «выиграть» испытание. Скорее всего, настоящий Ильин просто был в другой команде. Ну или он, засранец, с ними в сговоре.
Продолжаю:
– К слову, такая подмена, наверное, недешёвая. Но вам нужно было показать нам страшный и кровавый труп, чтобы мы с самого начала поверили, что всё вокруг смертельно опасно и серьёзно. – Делаю паузу. – Интересно, что остальные испытания были сделаны так, чтобы кровавых тел больше не появлялось. Палей вон упал в неизвестность. И, судя по звуку падения, свалился он точно не на голый камень или на заострённые колья. Скорее, в какой-то пух… или вату…
Да уж. Секция, где надо было уворачиваться от всяких бревен, тоже была с пропастью. Нисколько не сомневаюсь, что и там на дне была вата. Если бы это испытание было для потехи маньяков, то было бы видно, что на дне. Какие-нибудь колья. Но нет же – кто-то, очевидно, постарался спроектировать дно так, чтобы ни хрена его не было видно. Никто бы в здравом уме так не проектировал секции без очевидных на то причин.
А ещё интересно, что не я один это понял. Например, Палей преспокойно в пропасть сиганул. Умный и хитрый парень. Зато теперь я знаю, что он просто прикидывается идиотом.
Майор скрещивает руки на груди. Он явно не хочет что-то спрашивать. Любит больше слушать. Хорошее качество. Но, видимо, длительное молчание все же заставляет его задать вопрос. Пока что не самый интересный для него.
– Почему ты не рассказал всё своей команде?
