полезно. Домового вон пойди ты примани! Им же условия подавай, сам знаешь. Чтоб живой огонь, типа камин был, чтоб молоко всегда свежее, до фига всего. А у меня дома так домовой живёт, без капризов. Но вот остальные…
Вид у Токсина виноватый, а Таш орёт на него:
– Ты достал, Димка! Твой артефакт от нечисти – где?! Я сколько раз говорила – без артефакта не смей ходить! В мою машину без артефакта не смей лезть!
Одновременно она выкручивает чёрту ухо. Тот извивается ужом, пытаясь не то вырваться, не то кусануть, но Таш держит крепко.
Выметаемся из машины – сидеть там уже вообще невозможно.
– Артефакт спёр кто-то, – бурчит Токсин. – Да за каким он мне в лагере-то? Спёрли и спёрли, хрен бы с ним…
– А в машину ко мне садиться без артефакта – тоже хрен? – интересуется кузина, потрясая чёртом.
– Ну прости, прости! Как, блин, ехать-то теперь…
– Тебе бы – отлично и полезно! – отрезает Таш. – А мне теперь эфир на хрень всякую тратить.
Поднимает чёрта на уровень своих глаз. Шипит ему:
– Быстро всё вычистил, чтоб ни следа!
И делает несколько пассов.
А девчонка-то – менталист. И, видно, неплохой. Она явно внушает чёрту, чтобы он устранил следы своего ссанья. И чёрт выполняет приказ.
Токсин суётся в салон и радостно сообщает:
– Не воняет больше! Поехали!
Таш раскручивает чёрта над головой и отправляет в вольный полёт. Тот верещит, падает и махом улепётывает в придорожные кусты, яростно размахивая хвостом.
Едем дальше. Токсин явно чувствует себя виноватым.
– Ну в блок предохранителей не нассал же, – говорит он, вздыхая. – Только под сидушку. Ура-ура!
– Ещё одно слово – и я в эту обоссанную сидушку тебя неделю мордой спать заставлю! – взрывается Таш. – На, активируй! – Она суёт брату что-то типа брелка – шарик на цепочке с кольцом. – К штанам прицепи и НЕ СНИМАЙ!!!
– А мне? – спрашиваю с интересом.
– А у тебя что – аспект света? Вот и сиди спокойно. Это они к Димке липнут, как мухи на говно.
– Таш!
– Хорошо – на варенье! Безмозглое!
– А в лагере почему не липли? – интересуюсь я у Токсина.
– Так там защита стоит от нечисти. А так я с отталкивающим артефактом не расстаюсь.
– И это дорогое удовольствие, – холодно комментирует Таш.
– Да ладно тебе, я виноват, что ли? У Палея вон в казарме бляху родовую ночью попёрли, а тут всего лишь артефакт…
Шанк в сумке опять подаёт признаки жизни. Приходится похлопать по ней под непонимающим взглядом Токсина.
– Так… пыль выбиваю, – говорю первое попавшееся.
Кстати, бляху ту я помню. Видел, как Шанк её в столовой тырил. Интересно, артефакт Токсина – тоже его рук дело? Шанк не нечисть, его такие примочки не остановят.
В разговорах о нечисти мы подъезжаем к столице.
И меня начинает подташнивать. Но теперь я понимаю почему. Это моя тьма реагирует на защитные кристаллы, окружающие город. Возможно, реагирует и Шанк – снова начинает ворочаться в сумке.
– Кстати, – говорю, чтобы отвлечься. На самом деле так и не решил, куда податься в городе. Видимо, сразу в башню училища, заселяться. – Мне в «Золотой гранат» уже не надо.
Матвей по-прежнему «вне зоны доступа». А значит, что-то в задуманной им игре изменилось. «Тупой сопляк», конечно, выбрался на свободу и готов радостно кутить с помощью предоставленной ему карты. Но его защитник в лице камердинера куда-то пропал – а вот охотники вряд ли пропали. Никогда не считал бессмысленный риск благородным делом.
Токсин, разумеется, заметил, что раз пять за дорогу я куда-то звонил.
– И какие тогда планы? – спрашивает он, поворачиваясь.
– Да никаких, – пожимаю плечами. – Если подкинете к училищу – буду благодарен.
– Туда точно торопиться не стоит, – задумчиво говорит он. – Со мной прогуляться не хочешь? Думаю, тебе понравится. А заселиться и вечером можно.
Что мне нравится в этом парне – он никогда не лезет в чужие дела. Хотя понятно, что ему интересно, с чего бы у меня поменялись планы. И почему у меня дёргается сумка. И откуда я знаю техники аспекта света…
Верная же позиция: надо будет – я сам расскажу.
– Таш, – говорит Токсин, – нас, короче, обоих к Марку Абрамовичу. И это… я, наверное, на аукцион сегодня приду. Тоже с Ником.
Его кузина ведёт машину по-прежнему спокойно. Но голос у неё наливается холодом:
– Дима, на аукцион ты можешь приводить хоть толпу. Но с деньгами, – уточняет. – Или с товаром. Но господин Шварц сам знаешь как относится к пустому любопытству. Твой товарищ вполне может найти себе другое развлечение.
– Это не пустое любопытство, – ровно отвечает Токсин.
Они переглядываются, и Таш кивает.
* * *
Москва – довольно странный город.
Мне удивительно видеть огромные небоскрёбы не на фото, а вот так, своими глазами. Но ещё удивителен сам факт существования многоэтажных домов. Что за странная идея – жить в коробках, расчленённых на кучу меньших коробок? Ежедневно натыкаясь на соседей? Деля систему канализации и отопления? Слыша, как кто-то кашляет за стеной? Даже если в той коробке и всего пять этажей.
Казарма казармой! Разве что в этих койки разделены стенами и в личном пространстве умещается не только тумбочка, но и клозет, и пара-тройка-четвёрка комнат. Но суть от этого не меняется.
Однако странность столицы для меня не только в этом. Кварталы с небоскрёбами периодически сменяются на другие – с домами поменьше. И редко – на территории с парками, особняками, старинными зданиями. Старая часть Москвы красива. Её архитектура делает честь этому миру.
Такие контрасты даже завораживают, но, разглядывая многолюдную столицу Российской империи, я невольно вспоминаю свой замок. Нет… когда я буду строить его здесь – я сделаю это в уединённой местности. Как можно более уединённой.
Да и прямо сейчас согласился бы пожить хоть пару дней в отдельной квартире – чёрт с ней, пусть даже в многоэтажке. Привычка к толпе вокруг выработана у каждого военного. Но не все наши привычки нам нравятся.
Полчаса спустя красный «жучок» высаживает меня и Токсина на узкой и очень красивой улочке в районе под названием «Патриаршие пруды». Сквозь аллею высоченных лип действительно просматривается пруд. С уточками.
Но мы сюда явно не прогуливаться приехали: Токсин уверенно шагает к небольшому, явно старому дому – всего два этажа, довольно вычурная архитектура.
И скромная табличка у подъезда: «Экспертно-исследовательская мастерская. М. А. Шварц».
Токсин жмёт кнопку домофона, представляется по имени и фамилии, и дверь открывается.
Никакая прислуга нас не встречает, но мой проводник топает очень уверенно.
В кабинете, куда
