нас приказ! — неподкупно отозвался блондин.
— Ясно, — кивнула я, не став спорить. — Извольте показать работу полевых кухонь.
— Но…
— Это не является секретными сведениями согласно приказу триста тринадцать дробь два, — отчеканила я с максимально уверенным лицом. — Извольте подчиняться!
— Может, лучше в бани с бабами, а, господин генерал? — грустно спросил рыжий офицер.
— Нет уж, — с невозмутимым видом помахал тот указательным пальцем. — Я жрать хочу, это раз, и выполнить свою работу, это два! А вы мне мешаете!
— Мы бы и рады…
— Выполнять!
Полевые кухни выглядели очень грустно. Одиноко. В количестве двух штук они послушно дымили дровишками. Дежурные солдаты с грустно-одухотворенными лицами мешали в их нутрах содержимое. Пахло совершенно неаппетитно.
Перед нашей скульптурной группой послушно расступились: впереди, как ледокол, шествовал Александр в генеральских погонах; следом я, с лицом, полным решимости разобраться и покарать; и за нами, как два падших ангела, понуро, нога за ногу, брели офицеры.
— Это что? — грозно вопросил актёр, получив небольшой плевок чего-то в мятую жестяную миску. Я здоровьем рисковать не стала, понюхала его порцию.
— Капуста, — отчиталась я. — Квашеная, потом тушеная. Калорийность порции не достигает двухсот калорий. Нарушение!
— Господин адъютант господина…
— Короче, — рявкнула я.
— В общем, у нас случился ряд трагических случайностей, и снабжение делает невозможное в условиях…
— Еще короче!
— Мы разбили «Захара»! — на что-то решившись произнес рыжий. — Как и положено, было два водителя в рейсе. Они заскучали, нашли алкоголь, решили выпить. Закусь была опечатана. Они остановились в ближайшем селе, напились. Отравились.
Офицер трагически замолчал.
— Поехали дальше по маршруту в состоянии интоксикации, — продолжил доклад блондин. — Врезались в ворота, вырвали шлагбаум и снесли три березы. Машина загорелась. Продукты в ней практически сгорели.
— Дебилы, — произнесла я.
— Так точно! — согласился рыжий.
— А пешком доставить никак? Арендовать машину в городе? — предложил Александр возможные пути решения проблемы.
— Приказа нет, — отчитался рыжий.
— Генерал ставит свою печать на приказы на поставку по вторникам с девяти до девяти сорока, — ещё более непонятно пояснил блондин.
— Вы должны понимать!
— Нет, — я решительно отказалась понимать этот бред. — В смысле ставит печать? Первый раз слышу такой детский лепет.
— Без печати генерала никто не отпустит еду со склада! — пораженный нашей тупостью, простонал рыжий. — Мы выкручиваемся как можем! Вот, капусту экспроприировали у местного населения.
— Почему не картошку? Она более калорийная!
— Пытались, но гражданское население проявило недостойное непонимание наших проблем и погналось с вилами. Поросенка пришлось бросить при отступлении и два мешка картошки тоже.
— Дебилы, — опять простонала я. — А эти?
Я неопределенно кивнула в сторону ангара, откуда солдаты выносили таинственные ведра.
— Этих кормим, — отчитался блондин. — С добытого мешка картошки с утра кормили. Но они привередничают, грозятся объявить голодовку и требуют сала и соленых огурцов.
— А самогон?
— Самогон у них свой, там же учёные, они помимо основной работы еще и алкоголь делают запросто, — выпалил рыжий, получил подзатыльник от коллеги и заткнулся.
— Понятно, — буркнул Александр. — Эту проблему решим.
И на нас повернулся весь лагерь. На лицах солдат проступило сложное чувство, словно они узрели что-то прекрасное, но ещё не до конца поверили своим глазам.
— Сегодня у нас суббота, верно? — негромко произнесла я, но меня услышали и закивали. — А генерал поставит печать во вторник?
— Так точно!
— А вам продовольствие на неделю, что ли, отгружают? А если форс-мажор? Бардак какой-то!
— Так точно, бардак, господин адъютант господина генерала!
Мы заглянули во вторую кухню, то там тоже была капуста с жалкими вкраплениями картошки. Отбирать последнее у и без того голодных солдат казалось как-то неправильно, и мы, сглотнув голодные слюни, отступили инспектировать бани.
С ними всё оказалось неплохо. Воду брали выше по течению, сами её не загадили, выше никаких других источников загрязнений тоже не было, дрова в лесу имелись, поэтому тут всё оказалось в полном порядке.
— Второй ангар надо осмотреть, — велела я.
— Господин генерал, — робко произнес рыжий. — А можно вначале со жратвой, в смысле, с продовольствием решить вопрос?
— А второй объект покажете?
— Никак нет!
— Значит, вначале ангар!
— Покажем, — решился блондин. — Если вы пообещаете, что никому не скажете, что мы показывали, то покажем. Реально жрать охота!
— Слабак, — презрительно буркнула я, но тут же улыбнулась во всем зубы. — Договорились! Но вначале вы показываете!
— Вот еще, — выдохнул рыжий. — Вначале приказ о поставке продовольствия. Это же долго, пока там всё согласуют, пока отгрузят. Тем более, придется вручную таскать.
— Уверен, солдаты радостно принесут! — покачал головой Александр. — Мой адъютант совершенно прав. Вначале вы даете нам посмотреть на ваших ученых. Так и быть, мы не гордые, можем в щелочку просто заглянуть. Потом я пишу приказ о внеурочной поставке продовольствия!
— Ладно, — буркнул рыжий. — Идите за мной. Посмотрим в щелочку, как они там эту дурь гонят!
Я старательно запихала в себя кучу вопросов, которые были готовы вырваться наружу. И, переглянувшись с Александром, поняла, что он тоже с трудом промолчал.
Мы прокрались следом за рыжим к обещанной щелочке. Приникли: Александр сверху, я снизу.
Ангар оказался похожим на завод, на котором мы вот недавно совершали чудеса производительности. Узкий проход, какая-то аппаратура, чаны, бидоны, нагнетатели, выпариватели, какие-то манометры, тахометры, трубки, змеевики и прочее научно-производительное. Освещение какое-то избирательное: тут светло, как в операционной, тут темно, как на складе.
— Хорошо устроились, — пробормотал Александр.
Я согласно кивнула.
— Пойдем, — сказал актёр. — Мы посмотрели всё, что хотели.
В этот момент возле нерабочего шлагбаума послышался шум, крики, и шлагбаум оказался рабочим. На территорию заехал бронированный автомобиль с затемненными стёклами и лихо подкатил практически к нам.
Александр гордо выпрямился, выставив грудь колесом, а вот я несколько напряглась.
Автомобиль несколько раз подпрыгнул на неровностях почвы, после чего дверь распахнулась и наружу выбрался генерал настоящий.
Я его даже знала. Даже видела лично. И по ламповизору и так, когда он прикалывал медаль к моей тощей груди несколько лет назад.
Уверена, что он меня точно не запомнил, но на всякий случай я немного сместилась, чтобы оказаться в тени.
— Здравия желаю, господин генерал, — первым произнёс Александр. — Генерал Грибков к вашим услугам!
— Зачем бы мне были нужны ваши услуги, — несколько брезгливо скривился настоящий генерал. — Вы вообще здесь зачем?
Александр мудро промолчал, тем более, что к генералу настоящему уже подбежал рыжий офицер и принялся негромко что-то докладывать.
— Ах, вот оно что, — произнес настоящий. — Значит, учения?
— Так точно, — кивнул актёр. По его лицу пробежала тень, и мне показалось, что он собирается пуститься в объяснения. Поэтому торопливо пнула его ботинком по щиколотке.
— От Самого, — Александр неопределённо ткнул пальцем куда-то вверх. — С целью проверки обороноспособности
