в гигантскую сеть. Он скользнул вниз – прямо к открывающейся клешне с когтями.
В последний момент Кендрик сжался в клубок и ушёл в сторону. Он пролетел между острыми когтями и поднялся вверх. Но Зверь снова оказался быстрее: он прыгнул и достал его. Кендрика отбросило к серой стене пещеры, и он ударился о неё с такой силой, что из лёгких выбило воздух. Перед глазами заплясали разноцветные звёзды. Он рухнул на каменный пол, в ушах звенело. Сквозь застилающую глаза пелену он увидел, как к Зверю летит что-то красное. Айви! Зверь тоже заметил её и обернулся.
«Вниз!» – свистнул Кендрик.
Айви сложила крылья. Она увернулась, и удар Зверя пришёлся в пустоту. Монстр разочарованно зарычал. Или это был свист? Такого звука Кендрик ещё не слышал. Нет, слышал. Кендрик вспомнил этот звук. Его издавала мисс Боксворт в тот вечер, когда рассказывала историю об авах.
Кендрик с трудом поднялся. Всё тело болело. Но в груди разгорелся гнев. Зверь убил его маму, а теперь хотел убить и его – и Айви. Он этого не допустит! Пусть он меньше и слабее этого чудовища. Но он сокол! Один из ав!
Кендрик расправил крылья и поднялся в воздух. В его глазах, должно быть, пылала та же ненависть, что и в звериных. Зверь отразил атаку. Ужасный запах из чудовищного рта поразил Кендрика. Но в то же время произошло нечто странное. Он будто ощутил чувства Зверя. Его боль. Кендрик мысленно потянулся к нему и…
Зверь поднял крылья. И одновременно выпустил когти. Правым крылом он снова швырнул Кендрика о стену пещеры. Кендрик упал. A когда попытался расправить крылья, то повиновалось только левое. Правое безвольно повисло. Вывихнуто!
Кендрик бросился к двойному клюву чудовища. На этот раз он рассмотрел его с жестокой ясностью: крючковатый, как у хищной птицы. Изогнутая верхняя пластина длиннее нижней, края обеих острые как нож. Две выпуклости в верхней половине находились напротив углублений в нижней части.
«Соколиные клыки!» – промелькнуло в голове у Кендрика. С их помощью его сородичи ломали шеи своим жертвам. Кендрик оказался совсем близко к смерти.
Собрав все силы, он дёрнул повреждённое крыло вверх. И удерживая равновесие, взмахнул вторым крылом. Послышался громкий треск. По его телу огненным шаром пронеслась боль. Зато крыло снова встало на место. В последний момент Кендрик увернулся от смертоносного клюва и взмыл вверх, готовясь нанести Зверю новый удар, отомстить!
«Кендрик! – свистнула Айви, едва державшаяся на краю узкого карниза. – Надо уходить! Предупредить мисс Боксворт!»
«Нет! – ответил Кендрик. – Он убил мою маму, и я отомщу! Даже если умру сам!»
Айви, тяжело дыша, вцепилась в карниз.
«Если ты погибнешь, то и я с тобой! Одна я не выберусь. Зверь проснулся – надо сообщить авам! Ты нам нужен, Кендрик! – И, поколебавшись мгновение, добавила: – Ты нужен мне!»
Он слышал её слова, но им владела ненависть к Зверю. Даже если бы он захотел улететь, ненависть его бы не отпустила. Кендрик был в её власти. И ничего не мог с собой поделать. Вдруг промелькнула странная мысль. Она уже приходила прежде. До того как впервые обернулся птицей. Нужно ли сражаться с ненавистью? Сражаться с яростью? Или эти чувства навсегда с ним, как птичий и человеческий облики?
Ненавидеть – не плохо и не хорошо. Ненависть просто есть. Ни больше ни меньше. И если осознать это, то можно сделать выбор. Поддаться ненависти. Или нет.
Кендрик взглянул на Зверя. Вот бы увидеть его мёртвым! Но если он не победит в схватке, то авы ничего не узнают, чудовище застанет их врасплох. И тогда они проиграют. И Зверь… уничтожит человечество.
Судя по всему, Зверь почувствовал, о чём думает Кендрик. Не дожидаясь атаки, он оттолкнулся от каменного пола. Кендрик увернулся и полетел к Айви. Позади огромные крылья рассекали воздух. Айви поспешила протиснуться в коридор. Кендрик пронёсся за ней. Они прошли первое узкое место. Скала задрожала.
Зверь пробивал вход! Он вырезал выемку в туннеле, вонзал когти в гору, взрывал камни. Он расширил туннель, чтобы добраться до них. Кендрик слышал, как Зверь втягивает воздух, чтобы запомнить их запах.
«Вперёд! – свистнул он. – Несмотря ни на что!»
Потому что Кендрик знал, что произойдёт. Туннель обрушится. Это точно. И тогда они с Айви окажутся в ловушке. С чудовищем, у которого глаза будто озёра расплавленной стали. Паника не нахлынула – она обрушилась на него гигантской волной.
Она дотянулась и схватила Кендрика. Навалилась на него всеми силами: перед глазами заплясали точки; накатила тошнота; стало тесно в груди; дыхание участилось; во рту стало кисло от желчи. Кендрик не сопротивлялся панике. Он с радостью встретил все её проявления. Страх всегда жил в нём. Как и гнев.
Паника в испуге отступила. Не рассеялась. Но освободила место для здравого смысла. Она подозрительно посмотрела на Кендрика, но не стала вмешиваться, когда Кендрик протолкнул Айви в щель и сам протиснулся следом.
Вперёд, что бы ни случилось. Лишь бы подальше от Зверя.
«Тупик», – свистнула Айви. Голос у неё был ещё более измученной, чем когда Кендрик её нашел. Кендрик тоже выбился из сил. Они блуждали уже несколько часов.
Он был уверен, что этот туннель приведёт их к подножию вершины. Но придётся смириться с фактами. Перед ними были только обломки. Надо разворачиваться и искать другой путь. Хватит ли у них на это сил?
Кендрик разочарованно ударил клювом один из нижних камней. Тот покачнулся, и другой камень, чуть выше, упал. Сверху посыпались новые обломки. Коридор, казалось, заканчивался этой непроницаемой стеной. Но на мгновение у Кендрика возникло ощущение… Может быть, он снова ошибся. И всё же он царапнул камни когтями. Потом ухватился за крайний и с силой потянул. Камень отделился от стены. Кендрик отбросил его в сторону.
«Подожди, я помогу», – сказала Айви.
K сожалению, в узком туннеле было недостаточно места, чтобы обернуться людьми. Поэтому они орудовали птичьими когтями и клювами, кропотливо выкапывали ямы, которые тут же снова заполнялись. Снова. И снова. И…
Крыло Кендрика пощекотал порыв ветра. Соколиные перья радостно встали дыбом. Ветер приветствовал его, как старого друга, по которому успел соскучиться.
«Айви!» – свистнул он, но она и сама уже заметила.
«Там есть проход», – прощебетала она.
Кендрик повернул клюв к ветру. Пахло лесом и лугом. Как у Белых вершин.
Они продолжали работать из последних сил. Так же как в глубине горы трудился Зверь? Грохот давно стих. Даже чудовище устаёт ворочать камни.
Наконец отверстие стало достаточно широким. Кендрик подтолкнул
